Поллианна выросла
Элинор Портер, 1915

Продолжение романа Элинор Портер «Поллианна», самой читаемой книги в Америке после Библии. В ней Поллианна выросла. Какие приятные и неприятные сюрпризы ждут молоденькую девушку, вернувшуюся в городок своего детства? А главное, поможет ли повзрослевшей героине неожиданно напомнившая о себе необыкновенная игра, в которую она когда-то любила играть? В формате pdf A4 сохранен издательский дизайн.

Оглавление

Глава VI

Джерри приходит на помощь

Довольно скоро Поллианна оказалась на перекрёстке — там, где кончался парк и сходились две улицы. Перекрёсток необычайно заинтересовал девочку: здесь сновали автомобили, повозки, экипажи, а также толпой перебегали прохожие. Потом внимание девочки привлекла аптечная витрина, где красовался гигантский красный пузырёк. Откуда-то издали доносились завораживающие звуки шарманки. Мгновение-другое Поллианна не знала, на что решиться, куда отправиться, но потом беспечно пересекла улицу и устремилась туда, откуда звучала чудесная музыка. Скоро она увидела толпу приплясывающих ребятишек и заинтересовалась ещё больше. Некоторое время, как и они, шла следом за шарманщиком, радуясь весёлому развлечению. А ещё немного погодя оказалась на углу улицы с таким большим движением, что какой-то человек в голубом мундире с ремнём помогал людям переходить с одной стороны на другую. Минуту-другую как зачарованная она наблюдала за регулировщиком, а затем сама двинулась через улицу. О, это было целое приключение! Человек в голубом мундире сразу её увидел и приветливо помахал рукой. Даже устремился ей навстречу. Поллианна торжественно проследовала через улицу, пока по обеим сторонам замерли в ожидании нетерпеливо рычащие автомобили и ржущие лошади. Это было так здорово, что, оказавшись на другой стороне, она тут же повернула назад — чтобы снова пересечь улицу. Два раза подряд она повторяла эту изумительную процедуру, и оба раза регулировщик одним взмахом руки, словно по мановению волшебной палочки, перекрывал уличное движение. Он был похож на дирижёра. На третий раз регулировщик схватил Поллианну за руку и, вытащив на тротуар, рассерженно поинтересовался:

— Послушай, малышка, кажется, ты переходила улицу всего минуту назад! Зачем ты бегаешь туда-сюда?

— Не совсем так, сэр, — ответила сияющая Поллианна. — Я перехожу улицу уже в четвёртый раз!

— Ну и ну!.. — с упрёком сказал полисмен, но Поллианна затараторила без остановки:

— И каждый раз интереснее и интереснее!

— Да что ты! Неужели? — Мужчина сдвинул брови. Казалось, он вот-вот лопнет от возмущения. — Ты что, думаешь, мне больше нечем заняться, кроме как переводить тебя туда-сюда?

— Ах, простите, сэр! — смутилась Поллианна. — Я так не думаю. Просто не смогла удержаться. Я ведь знаю, кто вы такой. Вы полицейский. Около нашего дома тоже есть полисмен. То есть около дома, где живёт миссис Кэрью. А я просто приехала к ней в гости. Только тот полицейский не стоит посреди улицы, а ходит взад-вперёд по тротуару. Раньше я думала, что полицейские — это солдаты. Потому что носят мундиры с золотыми пуговицами и синие шляпы. Но теперь я знаю, как на самом деле. Конечно, вы похожи на солдат ещё и потому, что вы тоже храбрые. Ведь нужно быть большим храбрецом, чтобы, как вы, стоять посреди улицы, когда мимо проносятся машины, да ещё помогать людям переходить на другую сторону.

— Хо-хо-хо! — оглушительно загоготал полисмен. Он развеселился, как ребёнок, и хохотал от всей души. — Хо-хо-хо! Ты говоришь, что я похож на…

Но в следующую секунду ему пришлось взять себя в руки и снова стать серьёзным, чтобы перевести через дорогу какую-то перепуганную старенькую леди. Правда, на этот раз он шествовал с гордым видом — выпятив колесом грудь и триумфально поглядывая по сторонам. И всё это время Поллианна с восторгом наблюдала за его работой. Переведя через дорогу старушку и пустив по улице поток машин, регулировщик снова подошёл к девочке.

— Ах, сэр, вы неподражаемы! — с сияющим видом снова воскликнула Поллианна. — На вас можно смотреть бесконечно! Это напоминает мне переход народа Израиля через Красное море, когда морские волны разошлись в обе стороны и замерли, словно две высокие стены, пока люди шли по морскому дну. Могу себе представить, как вы счастливы, что у вас такая работа. Раньше я думала, что самая лучшая работа у врачей, а теперь вижу, что быть полисменом гораздо веселее. Ведь вы помогаете перепуганным людям на дороге.

Ах, как это…

— Хо-хо-хо! — снова загоготал регулировщик, возвращаясь в гущу машин посреди улицы.

Оставшись на тротуаре одна, Поллианна ещё некоторое время любовалась, как народ Израиля переходит через Красное море, а затем со вздохом зашагала дальше.

«Пожалуй, пора возвращаться домой, — рассуждала она про себя. — Наверное, уже обед…»

И, круто развернувшись, поспешила в обратную сторону.

Несколько раз Поллианна останавливалась, не зная, в какую сторону свернуть. Наугад выбирала дорогу и шла дальше. Но скоро стала подозревать, что «вернуться домой» — не такое простое дело, как представлялось раньше. Наконец она остановилась перед зданием, которого она точно раньше не видела, и только теперь поняла, что окончательно заблудилась.

Улица была узкой, грязной, с выбоинами. По обеим сторонам — обшарпанные доходные дома и несколько дешёвых магазинчиков. Вокруг мужчины и женщины, лопочущие словно на каком-то тарабарском наречии. Ни слова не разберёшь. Но что самое неприятное: люди провожали её хмурыми взглядами, какими провожают чужаков. Не раз она пыталась узнать дорогу, но всё напрасно. Судя по всему, никто и понятия не имел, где живёт миссис Кэрью. Несколько раз ей отвечали на каком-то незнакомом наречии. Она решила, что это датский. Поскольку единственная семья иностранцев, с которой она была знакома в Белдингвилле, переселилась туда из Дании.

Поллианна понуро брела, переходя с улицы на улицу, из переулка в переулок. Ей сделалось страшно. Хотелось есть. И она чуть не падала от усталости. Ноги ныли, глаза пекло от подступавших слёз. Но что ещё хуже — быстро темнело.

«Ну и что, что я потерялась! — привычно пыталась подбодрить она себя. — Зато когда меня найдут, то-то будет радости!»

Наконец она остановилась на перекрёстке двух оживлённых улиц. На неё нахлынуло отчаяние. Сдерживать слёзы больше не было сил — и они полились из глаз ручьём. Платка у неё не было, и слёзы приходилось размазывать по щекам ладошками.

Конец ознакомительного фрагмента.

Смотрите также

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я