Костромской
— Прежде всего, нужно рассказать о том, кто такой был этот священник. Его звали Никандр, архимандрит, русский, из Костромской губернии, примерно пятидесяти лет, он был настоятель полуразрушенного мужского монастыря. С некоторых пор, он старался все время молиться Богу, чтобы стяжать духа святого, но Бог не спешил отвечать Никандру, более того, все чаще и чаще тот замечал, что сама молитва не очень-то ладится — отвлекают посторонние мысли, мирские заботы, дьявольские прилоги. И, чем больше он молился, усердно и добросовестно — тем больше не ладилось. Большую часть времени, он колесил по миру, в поисках спонсоров для своего забытого монастыря, полуразрушенного, промерзшего зимой, сумрачного летом. Монахи же, не дожидаясь его, запирались в келиях и пили горькую, которую гнали вместе с деревенскими. Такое отношение монастырской братии расстраивало его не меньше, чем молчание Бога. Еще у него была отдышка, его постоянно мучила дыхательная аллергия на бытовую пыль и время от времени донимали острые боли в спине. Кстати, наш рейс перенесли на час. Это время мы посвятили Дамиру и его желаниям.
Следователь улыбается.
— Так как же раскаяние Златана?
— Оно случилось автоматически, когда мы соединились в одно. Никандр, разумеется, тут же отпустил Златану все грехи — для этого не нужно было никаких слов, все было ясно, и тот успокоился и затих, на некоторое время.
— Почему вы занялись именно Дамиром?
