Политика (управление)

  • Политика в управлении — это система принципов для принятия решений и достижения оптимальных результатов. Политика направляет действие на достижение генеральных целей при выполнении конкретных задач. Путём распределения направлений, которым нужно следовать, она объясняет основные механизмы, каким образом должны быть достигнуты цели. Политика оставляет свободу манёвра в последовательных действиях.

Источник: Википедия

Связанные понятия

Теория общественного выбора (англ. public choice theory) — раздел экономической теории, изучающий различные способы и методы, посредством которых люди используют государственные учреждения в своих собственных интересах.
Корпоративная социальная ответственность (КСО, также называемая корпоративная ответственность, ответственный бизнес и корпоративные социальные возможности ) — это концепция, в соответствии с которой организации учитывают интересы общества, возлагая на себя ответственность за влияние их деятельности на фирмы и прочие заинтересованные стороны общественной сферы. Это обязательство выходит за рамки установленного законом обязательства соблюдать законодательство и предполагает, что организации добровольно...
Большое правительство, также Большое государство (иногда оба слова пишутся с заглавных букв) — термин, обычно используемый политическими консерваторами в США, сторонниками экономического невмешательства, либертарианцами и анархистами, чтобы описать государственный или общественный сектор, который, по их мнению, чрезмерно большой, коррумпированный и неэффективный, или ненадлежащим образом участвует в определенных областях общественного порядка или частного сектора. В этом последнем смысле термин может...
Независимость СМИ (англ. Media independence) — отсутствие внешнего контроля и влияния на учреждение или отдельного человека, работающего в средствах массовой информации. Способность самостоятельного принятия решений средством массовой информации и отличает независимые СМИ от государственных.
Holacracy (англ. holacracy; читается «холакраси») это социальная технология или система управления организацией, в которой полномочия и ответственность за принятие решений распределяются по всей холархии самоорганизующихся команд, вместо управленческой иерархии. Holacracy внедрена в коммерческих и некоммерческих организациях США, Франции, Германии, Новой Зеландии, Австралии и Великобритании.

Подробнее: Холакратия

Упоминания в литературе

Исходя из проведенного эмпирического исследования, Ф. Кифер и М. Ширли заключают: «Выявление того, что институты, защищающие собственность и контракты, имеют измеримое и значимое влияние на инвестиции и экономический рост, создает проблему для политики развития. С одной стороны, реформы макроэкономической политики в слабой институциональной среде не могут обеспечить достижения ожидаемых результатов и способны вызвать обратный эффект дискредитации программ структурных изменений. С другой стороны, практически отсутствуют ясные подходы к институциональным реформам, несмотря на наличие множества доказательств того, институциональные улучшения могут принести гораздо большую отдачу даже при плохой экономической политике. Дилемма, разумеется, заключается в том, что улучшения формальных институтов того типа, которые повышают защищенность прав собственности, крайне трудно осуществлять: введение сдержек и противовесов в структуру власти, установление независимого правосудия, работающего федерализма или ограничений на действия исполнительной власти не являются теми рекомендациями, которые обычно дают международные агентства, по крайней мере, если они рассчитывают на их принятие. Оценки, сделанные Мировым банком, показывают, что попытки усилить социальную защиту, ввести правовые реформы или изменить бюджетные и другие функции правительства посредством технической поддержки и обучения персонала для помощи действиям правительства в этих сферах доказали свою крайнюю неэффективность. Частично причиной этого могут быть ошибки в понимании политической экономии институциональных изменений, частично – ошибки в локализации тех ментальных моделей, норм поведения и других неформальных институтов, которые сопротивляются изменениям» [Keefer, Shirley, 1998, p. 31–32].
Описанный подход имеет и ряд недостатков. Во-первых, понимание здравоохранительной политики сужается до совокупности официальных решений, тогда как политика – многоступенчатый процесс, включающий постановку повестки дня, принятие политики, её реализацию и т. д. Во-вторых, авторы этого подхода не придают существенного значения деятельности неправительственных объединений и гражданской позиции (в целом – роли гражданского общества) в реализации социальной политики, однако без их активного участия она не может быть эффективной и нацеленной на нужды человека. Этот нюанс учтён другими исследователями, которые приводят следующее определение общественной политики: система основных компетенций, решений и действий, реализуемых теми, кто непосредственно входит в состав власти или может влиять на её позицию (см. [70]). Соответственно, и политика по охраны здоровья населения должна пониматься как сфера деятельности властных и гражданских институтов.
С оригинальной концепцией «публично-правовой ответственности» (public responsibility), представляющей собой попытку обобщения аргументации сторонников идеи общественного договора, выступили профессор школы бизнеса Р. Смита Университета Мэриленда Л. Престон и профессор менеджмента Бостонского университета Дж. Пост. С одной стороны, солидаризируясь с институциональными экономистами, эти авторы предложили вообще отказаться от термина «социальная ответственность» в пользу категории «публично-правовая ответственность». Тем самым Л. Престон и Дж. Пост пытались «подчеркнуть важность государственной политики по сравнению с индивидуальным мнением и совестью при постановке задач и выработке критерия оценки» [Preston, Post, 1975, p. 102]. С другой стороны, они не отвергали и неоклассические трактовки, пытаясь сформулировать комплексный подход к анализу внешних сил, детерминирующих обязанности корпораций и их менеджеров. По мнению данных авторов, бизнес и общество представляют собой взаимопроникающие системы, объединяемые и рынком, и государственной политикой. Государственная политика, в свою очередь, подразумевает «не только точный текст законов и постановлений, но и модель широкого общественного контроля, воплощенную в общественном мнении, механизме идентификации социальных проблем, формальных правовых требованиях, а также в практике их внедрения и использования» [Preston, Post, 1981, p. 57].[18] При этом само взаимодействие конкретной фирмы с ее социальным окружением подразделяется на первичное и вторичное. В рамках первичного взаимодействия фирма реализует свою основную функцию, а вторичное подразумевает разнообразные косвенные эффекты.[19] Соответственно, фирма несет двойную ответственность – перед рынком и перед государственной политикой, призванной эти косвенные эффекты регулировать. Важно отметить, что без вовлечения в первичное взаимодействие и, соответственно, без решения собственно экономических задач фирма не может существовать. В этом смысле, с точки зрения авторов, «мнение М. Фридмана о том, что социальная ответственность бизнеса состоит в получении прибыли, действительно отражает базовый ориентир для успешной социальной деятельности» [Preston, Post, 1981, p. 57].
Профессор Бостонского университета Кевин Галахер и руководитель программы Института глобального развития и окружающей среды Тафтского университета Тимоти Вайз считают, что для выхода из кризиса нужно прежде всего реформировать ВТО. По их мнению, необходимо признать, что мировая экономика состоит из наций, находящихся на достаточно удаленных друг от друга уровнях развития. Чтобы на каждом уровне обеспечить «пространство для проведения торговой политики», необходимо ввести пять принципов: во-первых, каждая страна должна предусмотреть возможность в рамках ныне действующих правил ВТО использования механизмов обеспечения экономической безопасности при импорте, инвестировании, субсидировании кредитов, стимулировании национальной экономики посредством правительственных программ. Во-вторых, развивающиеся страны должны стать объектом частичной координированной глобальной ответственности, состоящей в необходимости вложения в их экономику по крайней мере 1 трлн. долл. В-третьих, США и Европа должны согласиться с субсидированием производства хлопка и сахара. При этом фермеры Западной Африки и Латинской Америки поддержат действующие правила ВТО. В-четвертых, для производства долго живущий принцип ВТО «специализируй и дифференцируй процедуры» должен быть для бедных стран представлен в иной форме, поощряющей переход от производства дешевых наркотиков к диверсификации экономик. Наконец, в-пятых, необходимо объявить мораторий на соглашения о преференциальной торговле в отношениях Севера и Юга [Galllagher, Wise]. Как видно, К. Галахер и Т. Вайз видят в представленных предложениях выход из кризиса, точнее – одну из мер по выходу из него. Оставляя в стороне оценку практической эффективности этих предложений, нельзя не заметить, что авторы предложений, формально предлагая реформировать ВТО, на деле предпочитают, не меняя правил и процедур, проводить иную торговую политику, причем временно, пока кризис не закончится.
В качестве примеров автор приводит ряд социально-психологических последствий, которые возникают при проведении такой политики. Например, стратегия «институционального компромисса» – это ситуация, когда власть и бизнес не противодействуют введению новой нормы закона, но проводят его деформализацию. Когда власть не вписывается в законодательные рамки, она часто вынуждена в интересах выполнения своих функций предъявлять бизнесу требования, которые не могут быть оформлены в виде нормативных актов (например, просьбы о материальных инвестициях и т. д.). Какие коррупционные последствия возникают от таких отношений? Интерес бизнеса к достижению компромисса с властью имеет двоякий характер: с одной стороны, развитие бизнеса, с другой – преодоление препятствий, связанных с несовершенными законами. Поэтому в таких отношениях, как показывают исследования, существует два вида коррупции – «захват государства» и/или «захват бизнеса».

Связанные понятия (продолжение)

Государство-рантье — в политологии и теории международных отношений, это государство, источником основных доходов которого является рента с иностранных компаний, получивших доступ к национальным ресурсам. Данная теория была впервые сформулирована Хоссейном Махдави в 1970 году . Кроме того, именно он впервые ввел понятие внешней ренты.
Теория стейкхолдеров (теория заинтересованных сторон, англ. stakeholder concept, stakeholder theory) — одно из теоретических направлений в менеджменте, формирующее и объясняющее стратегию развития фирмы с точки зрения учёта интересов так называемых стейкхолдеров (заинтересованных сторон).
Глобальное управление (англ. Global Governance) — система институтов, принципов, политических и правовых норм, поведенческих стандартов, которыми определяется регулирование по проблемам транснационального и глобального характера в природных и социальных пространствах. Такое регулирование осуществляется взаимодействием государств (прежде всего через сформированные ими многосторонние структуры и механизмы), а также негосударственных субъектов международной жизни.
Теория организаций — это социологическое изучение формальных общественных организаций, таких как бизнес и бюрократия, и их взаимосвязи с окружающей средой, в которой они работают. Она дополняет исследования организационного поведения и управления персоналом.
Агоризм — политическая философия, основанная Сэмюэлем Эдвардом Конкином III и разработанная при участии Дж. Нейла Шульмана, которая имеет в качестве своей конечной цели достижение общества свободного рынка, в котором все отношения между людьми строятся на добровольном обмене. Термин происходит от греческого слова «агора», обозначавшего площадь для собраний и рынок в древнегреческих городах-государствах. Идеологически эта философия представляет собой революционный тип рыночного анархизма. Шульман...
Субсидиа́рность (от лат. subsidiarius — вспомогательный) — принцип социальной организации, возникший в Римско-католической церкви и получивший своё развитие после Первого Ватиканского собора. Многие ассоциируют его с идеей децентрализации. Согласно данному принципу социальные проблемы должны решаться на самом низком, малом или удалённом от центра уровне, на котором их разрешение возможно и эффективно: центральная власть должна играть "субсидиарную" (вспомогательную), а не "субординативную" (подчинительную...
Неформальная экономика — сектор экономики, область человеческой деятельности, направленной на получение выгоды, основное регулирование в которой происходит при помощи доминирующих неформальных норм, может быть определена как вся экономическая деятельность, по разным причинам (неденежный оборот, высокие налоги, законодательные запреты и т. д.) не учитываемая официальной статистикой и не входящая в ВВП.Сам термин является примером «негативного» определения, то есть определения от противного, среди...
Политический предприниматель (англ. Policy Entrepreneur) — это индивид, использующий возможности влиять на политические решения для достижения личных целей, которых данный индивид не смог бы достичь, действуя вне политического контекста.
Государственная (публичная) политика — принципиальное руководство к действию для органов государственной власти, прежде всего органов исполнительной власти, касающееся определённых направлений их деятельности, соответствующее законам и социальным обычаям. Основаниями государственной (публичной) политики являются конституционные законы и правила, толкование законов и правовое регулирование.
«Творческий» или Креативный учёт (англ. creative accounting) ― совокупность законных методов, посредством которых бухгалтер, используя свои профессиональные знания, повышает привлекательность финансовой отчётности для заинтересованных лиц и снижает налоговое бремя для компании, на которую работает.
Свобо́дный ры́нок — это рынок, свободный от любого постороннего вмешательства (включая правительственное регулирование). При этом функция государства на свободном рынке сводится к защите прав собственности и поддержанию контрактных обязательств. Также свободный рынок определяют как рынок, цены на котором устанавливаются свободно без постороннего вмешательства и прочих внешних факторов, исключительно на основании спроса и предложения.Основой свободного рынка является право любого производителя создавать...
«Мягкое право» (англ. soft law) — новая форма отношений, которая в отличие от основного признака присущего праву - «общеобязательность», имеет только «внешнюю форму выражения», т.е. «формальную определенность» в виде концепций и т.д. Оно отсылает к инструментариям которые не имеют обязательной юридической силы или обязательная сила которых отчасти "слабее", чем обязательная сила традиционного права; часто противопоставляется тому, что подразумевают под жёстким правом (hard law). Например, в Европейских...
Теория Гласиер — универсальная теория формирования организаций, вошедшая в научную литературу под названием места своего создания — компании «Glacier Metal», Великобритания.
Экономическая политика — совокупность мер, действия правительства по выбору и осуществлению экономических решений на макроэкономическом уровне. Реализация экономической политики предполагает достижение общественно значимых целей. Цели экономической политики определяются состоянием экономики страны на данный момент.
Территория безопасности — регион, в котором широкомасштабное насилие (такое, как военные действия) стало маловероятным или вообще невозможным. Данный термин предложил известный политолог Карл Дойч в 1957 году. В своей основополагающей работе «Политическое сообщество и североатлантическое пространство: международная организация в свете исторического опыта» («Political Community and the North Atlantic Area: International Organization in the Light of Historical Experience»), Дойч и его соавторы определили...
Нормативные теории масс-медиа Дениса Макуайла — это теории массовой коммуникации Дениса Макуайла, которые называются «нормативными». Они имеют дело с представлениями о том, каким образом должны работать медиа или чего от них ожидают. В теориях описывается, какие в идеале роли должны играть медиа. Теориями Дениса Макуайла рекомендована идеальная практическая деятельность. В них прогнозируются «идеальные варианты» последствий от такой деятельности. Основой теорий является не эмпирическое наблюдение...
Общественные взгляды на интеллектуальную собственность включают в себя как положительные критические замечания, так и негативные оценки интеллектуальной собственности.
Культура участия (иногда её называют «партиципаторной», от англ. participation — участие) — это «активистская политическая культура», «политическая культура участия» или, по-другому, тип политической культуры, который характеризуется активным участием граждан в политике вне зависимости от позитивного или негативного отношения к политической системе.
Теория демократии — совокупность утверждений и предположений описательного, аналитического и нормативного характера, которые фокусируются на основах демократии и демократических институтах. В современной теории демократии есть три основных направления: феноменологическое, объяснительное и нормативное. Феноменологическая теория описывает и классифицирует существующие демократические системы. Объяснительная теория пытается установить, чьи предпочтения играют роль при демократии, какими должны быть...
Свя́зи с обще́ственностью, PR (англ. Public Relations — публичные отношения, связи с общественностью, отношения с общественностью, общественные связи, общественное взаимодействие; сокращённо: PR — пи-ар) — технологии создания и внедрения при общественно-экономических и политических системах конкуренции образа объекта (идеи, товара, услуги, персоналии, организации — фирмы, бренда) в ценностный ряд социальной группы, с целью закрепления этого образа как идеального и необходимого в жизни. В широком...
Поли́тика (др.-греч. πολιτική «государственная деятельность») — понятие, включающее в себя деятельность органов государственной власти и государственного управления, а также вопросы и события общественной жизни, связанные с функционированием государства. Научное изучение политики ведётся в рамках политологии.
Интерговернментализм — это одна из теорий европейской интеграции, появившаяся вначале как критика неофункционализма и развившаяся впоследствии в отдельный подход к объяснению интеграционных процессов внутри Европейского союза. Особое распространение данная теория в виде либерального интерговернментализма получила в 90-е гг. ХХ в.
Внутренняя политика — область государственной политики, которая касается мероприятий государства (законов, государственных программ и административных решений) внутри страны.
Концепция «Нормативной силы» Европейского Союза (от англ. normative power) – концепция, разработанная в 2002 году датским исследователем Ианом Маннерсом с целью объяснить особую роль Европейского Союза в мировой политике и специфику его внешнеполитической деятельности. Поскольку концепция «нормативной силы» также характеризует международную идентичность ЕС, то она может быть отнесена к сфере исследований социального конструктивизма. В основе концепции лежит утверждение о том, что Европейский Союз...

Подробнее: Нормативная сила
Свобо́да сло́ва — право человека свободно выражать свои мысли. В настоящее время включает свободу выражения, как в устной, так и в письменной форме (свобода печати и средств массовой информации); в меньшей степени относится к политической и социальной рекламе (агитации). Это право упомянуто в ряде международных и российских документов, среди которых: «Всеобщая декларация прав человека» (ст. 19), «Европейская Конвенция о защите прав человека и основных свобод» (ст. 10) и Конституция Российской Федерации...
Состязательная политика (contentious politics; contention – от англ. состязание, соревнование, спор) — одно из направлений в социологии социальных движений. Её основателями стали Чарльз Тилли, Дуг МакАдам, Сидни Тэрроу. Состязательная политика, как определяет её Чарльз Тилли, - это эпизодичные, публичные, коллективные взаимодействия между протестующими и их оппонентами, когда а) одной из сторон выступает правительство в качестве объекта (ему предъявляют требования), субъекта (оно предъявляет требования...
Социа́льное предпринима́тельство — использование стартапов и других средств предпринимательства для разработки, финансирования и реализации решений социальных, культурных или экологических проблем. В этом аспекте социальное предпринимательство сближается с третьим сектором. Концепция социального предпринимательства может быть применена к широкому спектру организаций, различных по размеру, имеющих разные цели.
Корру́пция (от лат. corrumpere «растлевать», лат. corruptio «подкуп, продажность; порча, разложение; растление») — термин, обозначающий обычно использование должностным лицом своих властных полномочий и доверенных ему прав, а также связанных с этим официальным статусом авторитета, возможностей, связей в целях личной выгоды, противоречащее законодательству и моральным установкам. Коррупцией называют также подкуп должностных лиц, их продажность, подкупность, что типично для мафиозных государств. Соответствующий...
Технокра́тия (греч. τέχνη, «мастерство» + греч. κράτος, «власть» греч. τεχνοκρατία) — гипотетическое общество, построенное на принципах меритократии, в котором власть принадлежит научно-техническим специалистам. Идея о полезности передать управление обществом отдельной категории людей — носителям знания, философам — впервые встречается у Платона в труде «Государство».
Теория «большой стратегии» (также высшая стратегия, от англ. grand strategy) — набор концептуальных положений и постулатов об эффективном использовании государством имеющихся в его распоряжении ресурсов и средств для достижения политических целей в военной и внешнеполитической сфере. Данная теория сложилась главным образом в Великобритании и США во второй половине XX века. Разные исследователи определяют большую стратегию по-разному в диапазоне от «узкого» определения как военной стратегии до «широкого...
Неофункционализм — теория европейской интеграции, созданная после Второй мировой войны и являющаяся ревизионистским вариантом функционализма.
Государственное управление — деятельность органов государственной власти и их должностных лиц по практическому воплощению выработанного плана во благо общества и укреплению государства.
Интеркультурный город — проект Совета Европы направленный на развитие идей и практической реализации интеграции переселенцев, беженцев, и национальных меньшинств города.«В основе положения о межкультурном городе лежит переосмысление и переформатирование важных, но отчасти ежедневных, функций города с межкультурной точки зрения с тем, чтобы обеспечить одинаковые услуги гражданам, независимо от их культурного происхождения.»Целью проекта является взаимопомощь и объединение в единую сеть городов, столкнувшихся...
Дистрибутизм — идеология, которая зародилась и развивалась в Европе в конце XIX — начале XX века. Основанием для неё послужило социальное учение католической церкви, изложенное, в частности, в папских энцикликах Льва XIII Rerum Novarum и Quadragesimo Anno Пия XI.
Критика Лукаса (англ. Lucas critique), названная в честь Роберта Лукаса исследований разработки макроэкономической политики, основывается на утверждении о наивности попыток предсказания последствий изменения экономической политики только на основе взаимоотношений показателей в имеющихся исторических данных, особенно сильно агрегированных исторических данных.
Даунсайзинг (от англ. downsizing «уменьшение размеров <компаний>; сокращение <аппарата>») — уменьшение размера организации для улучшения её функционирования и снижение затратной части бюджета, главным образом, за счет сокращения кадров; при этом комплекс мероприятий (стратегия) нацелен на эффективность HR-деятельности, преобразование структуры фирмы, изменение ключевых целей и рабочих процессов.
Консоциональная демократия - демократия, построенная по принципу разумного распределения управления во всех сферах и является обобщением опыта нескольких государств, таких как Швейцария, Бельгия, Нидерланды, Австрия, Израиль.
Лидер мнения — это человек, отличающийся высоким социальным статусом и лучшей информированностью, оказывающий влияние на мнение других людей, интерпретируя содержание и смысл сообщений средств массовой информации. Термин появился в 1955 году в книге «Личное влияние» и исходит из теории двухступенчатого потока коммуникации, выдвинутой Полом Лазарсфельдом и Элиу Кацем. Также в разработку понятия внесли вклад такие исследователи как Р. Мертон, Ч. Райт Миллс и Бернард Берельсон. Эта теория является одной...
Антирост (фр. décroissance; англ. degrowth) — социально-экономическая концепция, утверждающая необходимость сокращения размеров экономики для обеспечения общественного благосостояния в долгосрочной перспективе. В отличие от спада в ориентированной на рост экономике, антирост подразумевает целенаправленную экономическую и социальную трансформацию с целью максимизации уровня счастья и благополучия за счёт того, что время, освобождающееся при сокращении личного потребления и эффективной организации...
Неограмшизм (неограмшианство) — это критическая теория, которая изучает каким образом соотношение различных социальных сил (классов), их материальных возможностей, а также продвигаемых ими идей и институтов формирует политическую систему в рамках одного государства и, определяя поведение любого государства на международной арене, формирует систему международных отношений в целом.
Корпорати́вные коммуника́ции (англ. corporate communications) — это система управления внутренними и внешними потоками информации, нацеленными на создание положительного имиджа и благоприятного мнения о себе у ключевых партнёров, от которых зависит судьба компании, конкурентов, сотрудников компании и кандидатов; это сообщения, исходящие от корпорации, её руководства к её сотрудникам, СМИ, партнёрам и широкой публике. Организации нацелены на передачу единообразного сообщения всем своим партнёрам...
Правило налогово-бюджетной политики (англ. fiscal policy rule) или бюджетное правило (англ. fiscal rule) — постоянное ограничение налогово-бюджетной политики, выраженное через количественные целевые ориентиры или лимиты фискальных индикаторов, характеризующих состояние государственных финансов: дефицита государственного бюджета, государственного долга, новых заимствований, бюджетных расходов и бюджетных доходов.
Персональные данные — это любая информация, относящаяся к прямо или косвенно определенному или определяемому физическому лицу (субъекту персональных данных)Согласно законодательству Европейского Союза, к «персональным данным» относится любая информация, которая идентифицирует или с помощью которой можно идентифицировать индивида. Это можно сделать прямо или косвенно через ряд факторов, присущих его физической психологической, ментальной, экономической, культурной и социальной индивидуальности. Таким...

Подробнее: Защита персональных данных в Интернете в странах Европейского союза
Социальное инвестирование (англ. Social investment) — общее название различных практик вложения ресурсов с целью достижения положительного социального эффекта.
Недобросовестная (вредоносная) налоговая конкуренция (налоговый демпинг) (англ. The Harmful Tax Competition, фр. La concurrence fiscale dommageable) — юридический термин, применяемый национальными и международными регулирующими органами для характеристики налоговой политики государств, относящихся к офшорным юрисдикциям. Именно с обвинения во «вредоносной налоговой политике» началась кампания Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) против офшорных юрисдикций в рамках борьбы с...

Упоминания в литературе (продолжение)

Итак, правовая политика, как мы установили, есть самостоятельное направление деятельности государства. Она обладает собственной природой, критериями, параметрами, приоритетами; опирается главным образом на юридические средства, но использует и иные организационные возможности государства. Арсенал государственных средств велик, но не безграничен. Это свидетельствует о том, что при осуществлении правовой политики следует максимально эффективно использовать как правовые средства, так и политические возможности государства. Государство находится в центре правовой политики, обеспечивает целостность, стратегию, тактику, снабжает ориентирами и в конечном итоге является ответственным за ее качество. Невозможно обойтись или хотя бы теоретически исключить роль государства, его органов в формировании и проведении правовой политики, обозначении ее приоритетов. Правовая политика вне государства может оказаться мифом, иллюзией. Поэтому анализ приоритетов правовой политики необходимо проводить с обязательным учетом ее основного фактора – государства.
В-третьих, в любом обществе с рыночной экономикой бизнес будет иметь существенные ресурсы политического влияния (деньги, корпоративная солидарность, связи) и (по крайней мере в потенциале) структурные преимущества над другими группами, позволяющие ему рассчитывать на привилегированное положение при учете его интересов представителями публичной власти. Поэтому даже в условиях доминирования административно-политических элит роль бизнеса в политике никогда не будет второстепенной. Особенно это касается сферы принятия решений по экономическим вопросам. При этом сами представители публичного сектора часто являются одновременно и весьма успешными бизнесменами, обладая возможностями использовать свои формальные позиции для реализации частных и корпоративных интересов.
Принципиальной особенностью государственной политики как способа регулирования общественных отношений в интересах детей является то, что такое регулирование осуществляется не на основе рассмотрения различных вариантов из множества возможных управленческих решений, а на основе законодательно закрепленной правовой нормы, которая унифицирует поведение[31] макроструктур общества, имеющих непосредственное или опосредованное отношение к проблемам детства, и сводит ее лишь к «одному обязательному варианту»[32] – тому, который соответствует наилучшему обеспечению интересов детей. Указанный вариант фиксирует верховное положение детства в мире человеческих ценностей и не допускает участия детской части населения в общественных процессах в качестве «конкурирующей цели» (Г. С. Беккер, 1993) [17] общественного развития. Наличие одного единственного обязательного варианта решения проблем детства придает государственной политике в области охраны здоровья детей способность «оперативно упорядочивать общественные отношения» [203, c. 202] для достижения поставленной цели. На конкретном примере это означает, что в практике государственной политики интересы детей учитываются не с целью поиска путей уменьшения отрицательного воздействия на состояние их здоровья текущими, вынужденными или планируемыми социально-экономическими переменами в обществе, а с целью исключения отрицательного воздействия.
Идея необходимости поддержки и регулирования процессов предпринимательства, основанного на негосударственных формах собственности, не являлась всецело новым течением. Такой подход был заложен в неолиберальную экономическую программу Л. Эрхарда, отражая его теоретическую модель «свободного рыночного хозяйства». Что касается практики, то государственные программы поддержки малого бизнеса на Западе впервые появились только с середины 1970-х гг., в разных странах по-своему стимулируя предпринимательскую инициативу. В Беларуси такая задача по сложности реализации была отнесена к наиболее трудоемким в силу таких обстоятельств, как еще существующая недооценка роли малого бизнеса в рыночном хозяйстве, противостояние отдельных слоев общества возрождению предпринимательского слоя, необходимость концентрирования бюджетных средств для решения первоочередных социально-экономических задач и, наконец, отсутствие четкого представления о подходах, формирующих соответствующую политику, направленную на активизацию и разноплановую поддержку негосударственного сектора экономики. В общественном мнении предприниматель как особый тип личности рисовался в образах, нередко далеких от реальности, и действительное значение его деятельности для развития экономики было пока еще не понятным.
Наконец, действительно ли при принятии политических решений речь идет о «другом поведении», не таком, как на рынке? Ведь те или иные решения относительно производства общественных благ обладают очень четкой индивидуальной полезностью для отдельных политиков (скажем, повышают их шансы на переизбрание или открывают возможности для поиска ренты). Действительно, во многих случаях участники «рыночной» ветви принятия решений не имеют предпочтений относительно решений, принимаемых «политической» ветвью (хотя это тоже справедливо далеко не всегда), но зато они всегда имеют предпочтения относительно «комплементарных» к политическим решений. Например, последствием любых решений о государственных расходах является изменение налогового бремени – а это уже фактор, напрямую влияющий на каждого участника рыночных отношений. Вся исследовательская программа теории общественного выбора строится именно на объяснении политических решений на основе этой логики[39]. Другой пример – теория «административных рынков», использовавшаяся для описания политических решений в советской экономике [Кордонский, 2000]. Данный подход предполагает, в конечном счете, «растворение» политической ветви принятия решений в рыночной, где политика превращается в еще один рынок.
Политический риск обусловливается множеством факторов неопределенности, вызванных в первую очередь недостаточной рациональностью политики. Определенные политические риски существуют для инвестора и в пределах его собственного государства, но выходят на первый план при реализации зарубежных проектов, так как ему приходится осуществлять свой проект в зоне иностранного политического суверенитета. Политики контролируют как его «выход» из собственной страны, так и «вход» в чужое государство. Еще большее влияние они оказывают на ход ведения проекта и его конечный результат. Действия политиков как своего, так и зарубежного государства определяются массой факторов разного рода. Все вместе это создает для инвестора политическую неопределенность, а следовательно, политический риск. Политические риски являются продуктом политической нестабильности и политической неопределенности в стране и вызываются к жизни такими факторами, как порядок передачи власти в руководстве страны, преемственность государственной политики, формы и методы реализации властных полномочий местными правительствами.
На практике любая инициатива, связанная с выстраиванием горизонтальных связей в целях выработки политики, вероятно, будет использовать оба подхода: либо по отдельности для различных политических программ, либо даже в рамках одного и того же процесса. Их сочетание будет зависеть от ряда факторов: от политической идеологии правящей партии, от приоритетов и сроков, от структуры и организации государственного управления и от состояния государственных финансов. Степень сложности процесса также может повлиять на состав привлекаемых правительством заинтересованных лиц.
Изначально аналитические центры играли роль информационных агентов, помогающих политикам получать идеи, «упакованные» в удобный формат, однако впоследствии их деятельность радикально изменилась. Сегодня эти экспертные организации все чаще проводят агрессивные кампании, продвигающие определенную идеологическую точку зрения. В исследовании современных аналитических центров Эндрю Рич поясняет, что, несмотря на свой некоммерческий статус, они являются активными участниками партийной борьбы. Проводимые ими массированные маркетинговые кампании имеют целью «скорее подготовку пристрастных отчетов, чем объективный анализ», причем делается это, как правило, уже по принятии политического решения, когда становится понятной расстановка сил. В своих рассуждениях Рич идет дальше, утверждая, что «аналитические центры практически нейтрализовали возможности использования компетенций граждан в выработке американской политики»[104]. Более того, в последние годы иностранные правительства и организации заплатили десятки миллионов долларов аналитическим центрам, спонсируя «исследования» в своих собственных интересах. Являясь очевидным лоббированием под чужим именем, эта практика существует практически открыто.
В последние 10–12 лет многие как иностранные, так и российские политики, политологи и ученые (главным образом находившиеся в рамках традиции неолиберализма) высказывали мнение, в соответствии с которым перспективы сохранения в современных условиях суверенных государств (государств-наций) значительно сузились. Немало научных трудов и публицистических выступлений было посвящено вопросу о «размывании суверенитета». В них утверждалось, что в современном глобализирующемся мире в результате появления новых негосударственных акторов мировой политики он-де становится своего рода архаизмом. Выдвигается тезис о том, что в нынешней мирополитической системе на смену суверенным государствам-нациям в качестве основных игроков приходят не имеющие четкой национально-государственной идентичности транснациональные корпорации. Так ли это на самом деле? Еще в 1970-х гг. некоторые исследователи обратили внимание на то, что подавляющая часть транснациональных корпораций, проводивших операции глобального характера, в своей основе так или иначе имела определенную государственно-национальную окраску собственности и менеджмента. Тогда, как, впрочем, и сейчас, среди ведущих ТНК преобладали компании с доминированием американского капитала. Надо иметь в виду и то, что любой член руководства транснациональных компаний обладает определенным гражданством и должен отвечать соответствующим требованиям лояльности по отношению к своему государству, хотя понятно, что степень этой лояльности в реальной жизни может широко варьироваться в зависимости от соотношения интересов конкретной корпорации и государства.
По причинам в не меньшей степени объективного характера НК РФ вынужден формулировать собственное определение понятий «организация», «индивидуальный предприниматель», «обособленное подразделение организации» (ст. 11), «имущество», «товар», «услуга» (ст. 38), «реализация товаров, работ, услуг» (ст. 39), «дивиденды», «проценты» (ст. 43) и т. д. Аналогичные примеры могут быть приведены на основе налогового законодательства всех современных промышленно развитых стран. Как отмечают английские специалисты Д. Вильямс, Дж. Морс, «если налог действует так, что его можно обойти, то люди изменят поведение, чтобы платить меньше. Налог, не изменяющий поведения, – нейтрален; налоги должны быть нейтральны, если политика не требует обратного»[83]. Чтобы обеспечить нейтральность налога, современное налоговое право стремится обеспечить необходимую универсальность и адекватность соответствующим экономическим явлениям своих категорий, проявляя себя при этом как относительно автономная система правового регулирования.
Грамотная бюджетная политика – одно из главных условий получения Россией высокого инвестиционного рейтинга, как одного из главных условий устойчивого экономического роста[24]. Проведение эффективной бюджетной политики является условием повышения инвестиционной привлекательности России. Государство с быстрорастущей экономикой как Россия имеет в своем распоряжении арсенал геоэкономических инструментов для того, чтобы иметь возможность конкурировать с экономиками других стран на мировом рынке. Для достижения значимых результатов необходимо научиться качественно использовать имеющиеся инструменты, но для Российской Федерации эта задача осложняется давлением извне. Доказательством этого служит тот факт, что на протяжении нескольких последних десятилетий Россия, как и многие другие страны, столкнулась с политическим давлением со стороны иностранных правительств и международных организаций. От страны часто небезуспешно требовали и требуют отказаться от использования геоэкономических инструментов, защищающих собственное экономическое пространство. Речь идет о таких решениях, как допуск иностранных компаний к стратегическим активам и месторождениям полезных ископаемых; завышение курса национальной валюты; чрезмерное ограничение бюджетных расходов, невыгодные условия (в частности, ставки таможенных пошлин), которые ставились перед Российской Федерацией для вступления в ВТО на протяжении длительного времени, и так далее. «Возникает обсуждаемая многими политическими силами дилемма: или подчиниться навязанной нам Западом форме интеграции, или попытаться собственными силами создать диверсифицированную, конкурентоспособную на мировых рынках экономику. При этом на международной арене Россия будет испытывать сильное давление не только со стороны Запада, но в перспективе и стран-ОПЕК»[25].
В рамках теории множественных потоков[118] политика формируется в результате сложного процесса, соединяющего в себе проблемный поток (кризис или вопрос, требующий разрешения), идеологический поток (идеи и предложения) и политические потоки (политические процессы, действия, события, влияние на которые оказывают правительство, общественное мнение и интересы организованных групп). На пересечении этих потоков и открывается окно возможностей для определения конкретной государственной политики. Сторонники данного подхода показывают, каким образом ключевые акторы распространяют своё влияние на выбор альтернатив и определение главных составляющих политического решения. Они умело выбирают подходящий момент и благодаря устойчивым связям друг с другом эффективно отстаивают выгодные для себя решения. Их успех напрямую зависит от знания того, как работает система и каков расклад социально-политических сил в конкретной ситуации. Дж. Кингдон сравнивает этих людей с «серфингистами, ожидающими большой волны», и утверждает, что «почти всегда можно указать конкретного человека или по крайней мере нескольких людей, которые сыграли центральную роль во включении соответствующего вопроса в политическую повестку дня и в стимулировании определённых действий»[119]. В качестве примера использования данного подхода применительно к высшему образованию можно назвать диссертацию А. Чарльза[120], посвящённую изменениям правовых основ функционирования университетских колледжей.
Способность интерпретировать ситуацию в свою пользу также становится самостоятельным властным ресурсом, привлекая на свою сторону общественное мнение или (что намного более эффективно в российских условиях) требуя регулирующего неэкономического вмешательства со стороны органов государственной власти. И важная часть символической борьбы ведётся за определение и переопределение мер государственной экономической политики и использование государства для утверждения тех или иных правил (например, путём принятия соответствующего закона или подзаконного акта). Причём победителями в этой борьбе вовсе не всегда оказываются ведущие участники рынка. Претенденты на их место, занимающие более низкие позиции во властной иерархии рынка, зачастую пытаются компенсировать свою экономическую слабость, прибегая к административному ресурсу, как это часто случается в российской политической практике[16].
Помимо составных частей и элементов в политике иногда выделяют три уровня ее существования. Первый, собственно политический, макроуровень характеризует государство как целое, публичную принудительную власть, ее устройство и функционирование как в центре, так и на местах. Второй, макроуровень политики охватывает отдельные организации: партии, профсоюзы, корпорации, фирмы и т. п. Здесь, как и в государстве в целом, также обнаруживаются внутренние явления и процессы, подобные большой политике: выдвижение и реализация коллективных целей, принятие решений, распределение должностей и благ, применение санкций, соперничество индивидов и групп за власть, конфликты интересов и т. д. Третий, мегауровень политики относится к деятельности международных организаций: ООН, НАТО, ЕС и т. п. Первый из этих трех уровней занимает центральное место и характеризует суть политики. Второй же и третий уровни имеют подчиненное значение.
Постиндустриальное общество, порожденное самим человеком, не меняя его природы, биологических, физиологических и нравственных основ, также формирует новую среду, когда уже не соединение работника и процесса производства образует прирост капитала, а происходит соединение компетенций работника с технологическими факторами (исключая сохранение рутинных способов производства, которые до сих пор в России достаточно широко распространены). Потому прирост капитала получил в современных условиях новые формы таинств, хотя современные известные экономисты его описывают. Общество, организованное на постиндустриальных началах, использует организационно-распорядительные, посреднические, обменные, операционные возможности современного постиндустриального общества. Сила и мудрость такой организации, в союзе с последовательной и ярко реализуемой социальной политикой поддержки малообеспеченных, не успешных в предпринимательстве обеспечивает устойчивость власти и минимизирует конфликтогенность. Поэтому в стратегиях правового развития следует учитывать возрастающую латентность отношений работника и работодателя, что существенно повышает роль конституционного, трудового законодательства, в целом права, обращенного в социальную сферу.
Достижение общего блага является целью, ради которой структурируется публичная власть[38]. Указанное положение нашло свое отражение в Конституции Российской Федерации: целью государства в экономической сфере является благополучие и процветание России (преамбула), Российская Федерация – социальное государство, чья политика направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь человека (ст. 7). Безусловно, указанные задачи предполагается решать посредством обеспечения свободы экономической деятельности и поддержки конкуренции (ст. 8). В этом смысле государство обязано способствовать развитию рынка, предоставляя в определенных случаях благоприятные условия его участникам (налоговые льготы и иные преференции). Вместе с тем следует учитывать, что в ряде секторов частное предпринимательство затруднено или невозможно по объективным причинам, а его стимулирование со стороны государства чисто экономическими методами неоправданно затратно или не дает надежного результата, обеспечивающего решение масштабной общественно значимой задачи. В подобной ситуации государству приходится непосредственно вмешиваться в социальные и экономические отношения, причем не только в виде их регулятора, но как непосредственного или опосредованного участника, действующего в целях поддержания и развития экономики. В этом аспекте Агентство является инструментом такого опосредованного участия государства в экономических отношениях.
В частности, И. И. Агапова выделяет такой вид этического поведения в экономике, как «отказ от получения конкурентного преимущества и экономической прибыли путем использования морально сомнительной возможности, неэтичного поведения или нарушения правил»[72]. Л. И. Ерохина, анализируя принципы рыночной экономики, формулирует один из них следующим образом: «Каждый субъект может выбирать для себя любую форму экономической деятельности, кроме запрещенных законом»[73]. Газета «Ведомости», критикуя министра экономического развития и торговли Г. Грефа, пишет, что его чиновники «забывают о базовом принципе развития любой рыночной экономики, в том числе и в России. Этот принцип называется “конкуренция”»[74]. В экономической теории выделяют даже такие узкие принципы, как «принципы национальной инвестиционной политики»[75], а заместитель председателя Банка России Т. Парамонова говорит о международных принципах ведения банковской отчетности[76].
Термин «политика» впервые был предложен в IV веке до н. э. Аристотелем, который предлагал для него следующее определение: это искусство управления государством (полисом)55. Следует отметить, что на протяжении всего развития общественных наук содержание этого термина многократно менялось. О. Э. Лейст понимал под политикой деятельность по поводу общественных интересов, выраженную в поведении общественных групп, а также как совокупность поведенческих моделей и институтов, регулирующих общественные отношения и создающих как сам властный контроль, так и конкуренцию за обладание силой власти56. Р. Михельс рассматривал ее как форму общественного сознания, выражающую корпоративные интересы сообщества, и проявляющуюся в гражданском обществе (государстве) в виде течений, движений, профсоюзов и других общественных организаций и объединений по специфическим интересам57. Политика, – по мнению И. М. Чудиновой, – это система мер, закрепленных в соответствующих политических документах и правовых актах государства, направленная на учет, сочетание и реализацию национальных приоритетов, на решение возникающих противоречий во имя общих целей58. Г. Н. Манов указывает, что значение этого слова заключается в способности правящей элиты понимать волю большинства и учитывать мнение меньшинства при формировании стратегии развития государства59.
Очевидно, что геокультурные особенности территорий особенно важны для реализации социальных инноваций, без которых невозможны никакие модернизационные изменения, в том числе в экономике. Более того, социально-экономическая модернизация не может осуществляться только экономическими средствами. Предложения экономистов, направленные на формирование современных рыночных отношений, не имеют успеха у значительного большинства членов общества, поскольку они разрабатываются без оценки степени готовности различных социокультурных групп к таким преобразованиям. Можно даже сказать, что при разработке государственной экономической политики у нас, в отличие от развитых стран, социальные, демографические и прежде всего культурные факторы часто просто не принимаются во внимание, хотя воплощать в жизнь принимаемые решения должны вполне конкретные люди с их социальными и культурными различиями. Соответственно соотношение социальных выгод и затрат при принятии экономических решений не оценивается.
Несмотря на то, что намерение подчеркнуть превосходство содержания над формой является правильным, сложности международной финансовой отчетности, вероятно, вызовут дальнейшую кодификацию и стандартизацию практики бухгалтерского учета во всех странах мира. Оставаясь желательным в связи с идеей перехода к Международным стандартам бухгалтерского учета (International Accounting Standards, IAS) в 2005 году, единый стандарт финансовой отчетности для финансовых рынков, наверное, может быть принят только при условии больших компромиссов. Учитывая важность финансовой отчетности для завершения создания общеевропейского рынка капиталов, не исключено давление на Европейскую комиссию (European Commission) с целью заставить ее ввести единые показатели, позволяющие стандартизировать и гармонизировать структуры налогообложения корпораций, т. е. пойти значительно дальше, чем намерены пойти большинство политиков в их желании национальной «налоговой независимости». Иски о признании налоговых потерь в одной стране Европейского союза уже ожидают решения в налоговых службах других стран ЕС.
Кроме того, согласно распространенному среди сторонников неолиберальной парадигмы мнению, в современном мире меняется сама природа политической власти, использование которой становится все более «мягким» и сдержанным. Так, Ч. Купчан утверждает, что изменения в источниках власти, развитие международных норм как ключевых регуляторов поведения государств, а также глобальное распространение демократии создают условия для реализации великими державами умеренной внешней политики, основанной на «разделяемом чувстве общности, помогающем сформировать транснациональное пространство, внутри которого правила эгоистической конкуренции более не применяются…»[35]. Как следствие, национальные интересы государств и традиционные методы их реализации, предполагающие наращивание военной и экономической мощи, утрачивают свою роль, уступая место «мягким», кооперативным формам международного взаимодействия, регулируемым транснациональными правилами и общими интересами. В результате мировой порядок оказывается под сильным влиянием норм и ценностей, воплощенных в институтах, международных режимах и сетях, нередко образующих собственные политические порядки, претендующие на легитимность в определенной сфере (регулирование капиталов, миграция, экология, здравоохранение, культура и т. д.)[36]. Это приводит к тому, что национальные государства перестают быть единственными и главными легитимными акторами в мировой политике, все чаще сталкиваясь с конкуренцией со стороны транснациональных норм и наднациональных институтов.
Пожалуй, более важным является тот факт, что улучшение доступа к финансам для бедных слоев населения требует стратегии, выходящей за рамки кредитования домохозяйств. Поскольку расширение доступа остается важной задачей даже в развитых странах, недостаточно сказать, что рынок сам о себе позаботится. Неудачи на рынке, связанные с недостатком информации, координацией действий и концентрацией усилий, означают, что правительство играет важную роль в построении всеохватывающей финансовой системы любой страны. Однако не все действия правительств одинаково эффективны, непродуманная политика в сфере финансов может привести к обратному эффекту. Прямое вмешательство правительства в поддержку доступа к финансовым услугам требует тщательного анализа, а его, как правило, не проводят. Наше обсуждение – выборочно: в нем излагаются принципы эффективной политики, выводы, сделанные в ходе исследования, приведены примеры, иллюстрирующие решение тех или иных проблем.
Глава 1 начинается с установления параметров исследования. На протяжении десятилетий ученые давали термину «геоэкономика» различные определения. Мы не слишком заинтересованы в присоединении к этим теоретическим дебатам, наша цель – сосредоточиться на международной деятельности, которая, как простой эмпирический пример, играет все большую роль во внешней политике. Поэтому мы определяем предмет нашей книги следующим образом: геоэкономика есть использование экономических инструментов для отстаивания национальных интересов и для получения выгодных геополитических результатов и влияния на экономики других государств в соответствии с геополитическими целями страны.
Президентом Российской Федерации Д. А. Медведевым инициирована и сегодня осуществляется беспрецедентная антикоррупционная политика. Среди ее основных направлений можно назвать три. Первое – это оптимизация и ужесточение полицейских и судебных практик по выявлению и пресечению коррупционных проявлений. Второе – оптимизация администрирования управленческих процессов, а также процесса оказания государственных услуг населению. Они должны стать максимально транспарентными, объективированными, там, где это возможно, – лишенными личного контакта чиновника с индивидом или корпорацией, с минимизацией личного усмотрения чиновника и чрезмерно широкой вариативности его служебного поведения. Этот блок также предполагает меры по качественному повышению кадрового состава государственных служащих, усовершенствованию этики должностного поведения. Наконец, третье направление – это воспитание нетолерантности и ненависти к коррупции в гражданском обществе, стимулирование его к активному сотрудничеству с государством при проведении антикоррупционных мер и к собственному неучастию в коррупции.
Так, Марракешское соглашение об учреждении ВТО (Устав ВТО) в ст. VIII прямо устанавливает, что ВТО получает статус (международного) юридического лица и должна наделяться своими членами такой правоспособностью, которая может быть необходима для исполнения возложенных на Организацию функций. Функции ВТО установлены ст. III ее Устава, при этом их формулировка может получать весьма широкое толкование. Например, ВТО должна упростить применение норм, осуществлять администрирование и обеспечивать достижение целей, установленных ее Уставом и многосторонними торговыми соглашениями, заключенными в ее формате (ч. 1 ст. III). Кроме того, с целью достижения большей согласованности при проведении глобальной экономической политики ВТО необходимым образом взаимодействует с Международным валютным фондом (МВФ) и Международным банком реконструкции и развития (МБРР) (ч. 5 ст. III), что, по сути, придает ВТО полномочия – выступая и действуя от лица своих членов, развивать сотрудничество с этими международными организациями в вопросах, способных на практике (в ближней или более отдаленной перспективе) определить и сформировать «экономический облик» мира, строго говоря, фактически вне непосредственного участия самих ныне существующих суверенных государств.
Наряду с этими противоположными точками зрения набирает силу более взвешенная и реалистическая позиция, характерная для центристских движений. Ее суть заключается в том, что в условиях характерной для нашего времени глобализации процессов развития человечества повышение эффективности общественного устройства России является условием выживания. Однако попытки механического перенесения современных западных институтов на российскую почву обречены на неудачу: преобразования, не соответствующие национальной культуре, будут неизбежно отторгнуты обществом. Политическая, экономическая и культурная модернизация общества должна базироваться на стратегии, соответствующей укорененным в России нормам и ценностям, принимаемым и поддерживаемым большинством населения[19]. Делаются достаточно серьезные попытки обосновать такую стратегию[20], однако социальные силы, стремящиеся «взять ее на вооружение» и способные бороться за ее воплощение в жизнь, пока еще только формируются. Правительству, занятому решением неотложных сиюминутных проблем, похоже, вообще не до стратегии. Правда, по сообщениям газет, какие-то программы разрабатываются и время от времени публикуются, но какого-либо влияния на реальную жизнь России это не оказывает. Государственная дума, только что пережившая выборы, занята собственными внутренними делами. Президент досрочно ушел в отставку, новые претенденты готовятся к выборам. Основная же часть населения не верит власти, отчуждена от политики и возлагает некоторые надежды только на В. Путина, способного навести в стране некоторый порядок.
Предложенный анализ роли государства в сложных обществах с точки зрения концепции реструктурирования рынка позволяет также лучше понять неадекватность пяти концепций государства, описанных нами выше. И установление контроля над производственными активами, и определение прав и обязанностей в воспроизводимых отношениях, и обеспечение денежного обращения и кредита, и поддержание национальных границ можно описать в терминах общественных благ. Однако именно потому, что все эти роли могу выполняться столь многими способами, понятие государства общественных благ оказывается весьма слабым аналитическим инструментом. Предложенная Маршаллом концепция государства социальных прав также имеет серьезные недостатки, поскольку она не учитывает, что функция государства по определению прав и обязанностей разных социальных групп зародилась задолго до капитализма. Аналогично идея стабилизирующего государства упускает из виду неотъемлемую историческую роль государства в установлении уровня цен посредством влияния на системы денежного обращения и кредита. Наконец, есть причина полагать, что большинство государств стремятся стать государствами развития; при этом подлинная проблема заключается в различиях их возможностей и эффективности их политики.
Во-вторых, в секторе малого и среднего бизнеса кризис и антикризисная политика обусловили сложные процессы. Одна часть малых предприятий уходит «в тень», другая, напротив, «из тени» выходит, чтобы воспользоваться предлагаемыми мерами поддержки. Судя по всему, в регионах эти процессы протекают по-разному, но во многих случаях они создают существенные препятствия для эффективного функционирования механизмов содействия развитию малого и среднего бизнеса. Так, в Калинин градской области малый бизнес во многом имел «теневой» характер еще в докризисный период, и в условиях кризиса эта тенденция только усугубилась. В Вологодской области возникали проблемы взаимодействия со средним бизнесом. По мнению областной администрации, недостаточно успешная реализация такой потенциально привлекательной для бизнеса формы поддержки, как субсидирование процентной ставки по кредитам, была связана с тем, что средний бизнес, на содействие которому в первую очередь была ориентирована эта мера, в значительной степени оказался неготовым к выполнению условий, требуемых для предоставления поддержки. Областная администрация стремилась содействовать предпринимателям в решении связанных с этим вопросов, в частности в реструктуризации задолженности по налогам, но желание бизнеса избежать отчетности и контроля оказалось сильнее.
Что касается практики стимулирования модернизации извне, то вряд ли что-то может сравниться с ее описанием в книге Уильяма Истерли «В поисках роста: приключения и злоключения экономистов в тропиках», где автор анализирует собственный опыт и опыт своих коллег по Всемирному банку в предоставлении помощи слаборазвитым странам: «За последние пятьдесят лет экономисты часто полагали, что им наконец-то удалось найти верный подход к проблеме экономического роста. Все началось с мысли о необходимости предоставлять иностранную помощь для заполнения разрыва между «требуемыми» инвестициями и собственными накоплениями государства. Даже после того как некоторые из нас отказались от этой лишенной гибкости концепции…, инвестиции в средства производства по-прежнему казались нам ключом к экономическому росту. Эту идею дополняло представление о том, что образование является формой накопления «человеческого капитала», который, в свою очередь, обеспечит рост. Кроме того, обеспокоенные тем, что наличие «избыточного» населения может подорвать возможности роста экономики, мы выступали за контроль над рождаемостью. А затем, осознав, что росту экономики может препятствовать государственная политика, мы выступали за предоставление официальных займов, которые заставляли бы правительство проводить политику реформ. …Ни одно из этих средств не сработало так, как мы ожидали…»[14] Анализ, представленный в книге Итерли, показывает, что отдельные, стимулирующие развитие слаборазвитых стран проекты международных организаций были успешными, во многих случаях они не оказывали никакого позитивного влияния, но были и примеры гораздо более негативные, когда недоучет национальных, религиозных либо культурных особенностей страны приводил к обострению конфликтов, и экономическое положение ухудшалось.
Политическую составляющую макроокружения необходимо знать в первую очередь для того, чтобы иметь ясное представление о намерениях органов государственной власти в области инновационной деятельности, с помощью которых государство будет проводить в жизнь свою политику. Анализ политической компоненты концентрируется на выяснении следующих вопросов: какие инновационные программы пытаются провести в жизнь различные общественные структуры; какие группы лоббирования существуют в органах государственной власти; каково отношение правительства касательно различных отраслей экономики и регионов страны; какие изменения в законодательстве и правовом регулировании возможны в результате принятия новых законов и норм, регулирующих инновационные процессы.
По мере роста разнообразия интересов и усложнения форм человеческой деятельности содержание политики уже не ограничивалось только государственно-организованной деятельностью, но и проникало в сферу взаимодействия индивидов по вопросу реализации их частных интересов. По мнению М. Вебера, политика охватывает все виды деятельности по самостоятельному руководству. Разнообразие подходов к объяснению смысла политики осложняет выражение ее четкой формулировки. Специфика политики связана с ее способностью обеспечивать целостность общества, согласовывать различные социальные интересы, эффективно регулировать социальные взаимодействия. Политический мир также связан с властными отношениями, государственным устройством. Следовательно, при определении политики такие ключевые элементы, как деятельность, государство и власть, должны быть взаимоувязанными. Не претендуя на исчерпывающее толкование, отметим, что политика – это сфера деятельности, связанная с отношениями между социальными группами и различными общественными силами, целями которой являются завоевание, удержание и использование государственной власти. В этом определении выделены сущностные признаки политики. То, что политика является сферой властных отношений, служит удовлетворению общезначимых интересов, реализация которых невозможна вне государственного управления.
Основные направления социальной политики государства были намечены в очередном Послании Президента РФ Федеральному Собранию РФ. В числе насущных для граждан страны проблем, решение которых должно было стать приоритетной задачей государства, были выделены прежде всего качество и доступность жилья, образования, медицинского обслуживания. Вместе с этим в официальных заявлениях власти нередко проводились и более глубокие преобразования, полностью меняющие представление об основных социальных гарантиях, обеспечить которые являлось обязанностью государства. Все это нашло свое место в нормах так называемого Закона о замене натуральных льгот денежными компенсациями.
В современной реальной действительности организационные изменения чаще проводятся против воли персонала. Потенциальное сопротивление персонала принято смягчать управленческими стратегиями привлечения работников организации к соучастию в проводимых изменениях. Изменения в этих обстоятельствах могут трансформироваться из активного сопротивления в позитивную мотивацию и оказываемую поддержку. Однако управление такими процессами известно руководителям подобных изменений только в общих чертах. В работе «Организация и внешняя среда» американские исследователи П. Лоуренс и Дж. Лорш показали, что неустойчивость баланса между интеграцией и дифференциацией может стать серьезным препятствием для эффективности и прибыльности организации. Чрезмерная дифференциация может привести организацию к общему непониманию организационных целей и к конфликтам, а поэтому необходим противодействующий механизм, а именно интеграция. Согласно Лоуренсу и Лоршу интеграцию можно обеспечить, комбинируя следующие факторы: формальную иерархию; внутреннюю политику и правила; разделение на отделы; обучение межличностным отношениям [40]. Если неуспешные организации испытывают кризис из-за отсутствия баланса между слишком высокой дифференциацией и недостаточной интеграцией, то успешные организации сохраняют баланс внутренних процессов, связывающих организацию как целое, и выполняют узкопрофессиональные задачи достаточно качественно, несмотря на рост сложности среды. Интеграция организации должна быть тем больше, чем выше неопределенность внешней среды, иначе организация может не выдержать напряжения тех обстоятельств и условий, в которых она функционирует. Экстремальные условия среды являются серьезным испытанием для организационной власти, поскольку именно она решающим образом влияет на интеграционные процессы.
Доктрина государственной политики в определенной сфере должна быть также взаимоувязана с доктринами государственной политики в иных сферах на единой ценностной основе и быть фундаментом для различных стратегий и программ регионального и отраслевого развития. Иными словами, доктрина должна главенствовать и порождать набор официальных управленческих документов, которые задают содержание государственной политики. С учетом того, что она получает в этом случае более прозрачный, прогнозируемый, устойчивый характер, в меньшей степени зависящий от особенностей текущей правящей политической команды, конкретного министра или иных должностных лиц, российская политика придет к большему пониманию населением, зарубежными политическими партнерами страны, т. е. к большей политической эффективности деятельности российской власти.
Общим выводом была констатация того, что такие феномены, как дефицит, неэффективность и отсутствие стимулов для инноваций неизбежны для экономик советского типа, в которых доминирует неравновесие в виде «рынка продавца». Эти теории не указывали на конкретного субъекта реализации вытекающей из них политики и поэтому носили скорее идеологический характер – они обозначали направление необходимых преобразований и предостерегали от ошибок. Так, еще в конце 1980-х годов Янош Корнаи в своей работе «Путь к свободной экономике» говорил о возможности двух стратегий перехода к рынку – путь органического развития или быстрой приватизации. Органическое развитие ориентируется в первую очередь на создание новых предприятий. Соответственно, цель и инструменты политики должны состоять в поддержке этих новых предприятий – в устранении барьеров их входа на рынки, стабилизации отношений собственности, создании эффективных механизмов гарантирования контрактов и т. п. Приватизация старых предприятий должна иметь место, но при этом важно не мешать новым.
Институциональное строительство государственной службы в постсоветской России началось в условиях, когда в качестве «наследия прошлого» данный институт в консолидированном виде отсутствовал, а кадровая политика и кадровая работа в государственном аппарате регулировались закрытыми нормами, действовавшими в рамках партийно-советской номенклатуры. Распад партийно-советской системы означал утрату этого механизма. У основной части политических акторов понимание институциональной автономии государственной службы и необходимости наличия механизма управления ею явно не обнаруживалось, традиция рассматривать государственную службу как вид трудовой деятельности, не требующей отдельных институциональных элементов регулирования, действовала весьма устойчиво. Осознание необходимости институционального строительства государственной службы приходило по мере решения задач формирования новой государственности. При этом дефицит экспертных знаний и неспособность в ускоренном порядке разработать перспективную траекторию реформы привели инициаторов изменений к предложению сначала сформировать структурный механизм управления государственной службой (и, соответственно, ее реформой), а затем, консолидировав при помощи этого механизма экспертное знание и административные практики, осуществить содержательные реформационные действия10. Однако идея выстроить систему управления государственной службой не получила поддержки у тех доминирующих групп в правящей элите, которые в рамках стратегии «шоковой либерализации» уделяли первостепенное внимание запуску рыночных механизмов и проявляли индифферентность к вопросам государственного строительства. Кроме того, они считали, что формирование бюрократической структуры, осуществляющей управление государственно-служебными отношениями, связано с риском острой конкуренции за «овладение» этой структурой разными группами интересов11.
Гибкое сочетание методов рыночного регулирования, основанных на обратных связях, с государственным регулированием социально-экономических процессов. Необходимость такого подхода вызывается тем, что движение к рынку – это сложный процесс, непременным и активным участником которого должно быть государство. Известно, что рынок не способен решить многих проблем, связанных с нуждами всего общества, социальным единством страны, проведением фундаментальных научных исследований, долгосрочных программ и т.д. Целесообразность регулирования рынка путем проведения определенной государственной политики в таких областях, как социально-экономическая, валютнофинансовая, структурно-инвестиционная и научно-техническая, была практически повсеместно признана после разрушительного мирового кризиса конца 20-х годов. Роль государства состоит в том, что оно должно устанавливать и охранять общие правила функционирования рынка, используя такие формы вмешательства, как законодательство (в том числе антимонопольное), государственные заказы, лицензирование экспорта и импорта, установление кредитных ставок, различные формы стимулирования и контроля рационального производственного использования природных ресурсов, защиты потребителя и т.д. На государство возлагается и задача заполнения внерыночных зон хозяйствования, к которым относятся: экологическая безопасность, социально-экономические права человека (в том числе и защита потребителей), перераспределение доходов, научно-технический прогресс, ликвидация структурных и региональных диспропорций, развитие эффективных международных экономических отношений.
Основные направления социальной политики государства были намечены в очередном Послании Президента РФ Федеральному Собранию РФ. В числе насущных для граждан страны проблем, решение которых должно было стать приоритетной задачей государства, были озвучены: качество и доступность жилья, образования, медицинского обслуживания. Вместе с этим в официальных заявлениях власти нередко слышались и более глубокие и насыщенные преобразования, полностью меняющие представление об основных социальных гарантиях, обеспечить которые составляло обязанность государства. Все это нашло свое место в нормах так называемого Закона о замене натуральных льгот денежными компенсациями.
Второе, что необходимо сделать, – нужно реализовать решения «двадцатки» в части реформирования международных финансовых организаций. Здесь нельзя ограничиваться косметическими изменениями, как бы того ни хотелось отдельным государствам, а может быть, и самим международным финансовым организациям. Это в конечном счете должны быть принципиально новые финансовые институты, где не будет доминирования отдельных государств или регионов. Кроме таких институтов, некому выполнять функции раннего предупреждения кризисных явлений, координации макроэкономической политики в масштабах всего мирового сообщества и выполнять функции надзора за функционированием международной валютной системы.
Со второй половины ХХ столетия инвестиционная политика стала играть значительно большую роль в международной жизни. С одной стороны, перемещение капитала стало постепенно заменять перемещение товаров и услуг. С другой стороны, в этот период на карте мира появилось много новых государств, освободившихся от колониальной зависимости. Свое освобождение от колониального гнета новые государства видели в том числе и в прекращении разграбления национальных природных ресурсов иностранными компаниями. Таким образом, провозглашение суверенитета и независимости в новых государствах нередко сопровождалось принятием актов о национализации иностранной собственности на своих территориях. Заявляя о своем праве определять условия осуществления предпринимательской деятельности иностранными лицами, развивающиеся государства нередко объединяли свои усилия. Примером такого рода объединения может служить принятие странами Латинской Америки в 1969 г. Единого инвестиционного кодекса (далее – ЕИК), который отразил солидарную позицию развивающихся государств, стремящихся защитить национальные интересы против действий иностранных инвесторов. ЕИК интересен в том числе и попыткой определить категорию «иностранный инвестор» способом, отличным от тех критериев, которые использовались и используются в традиционном международном частном праве. Иностранным по ЕИК являлся не только инвестор, являющийся иностранным лицом с точки зрения традиционных подходов к определению его государственной принадлежности (например, место регистрации, место нахождения головного офиса), но и лицо, по существу, «национальное», но у которого преобладал «иностранный интерес», например, доля иностранного участия в юридическом лице превышала 51 %. ЕИК устанавливал требование о необходимости постепенного уменьшения доли иностранного участия и увеличения доли национального участия[3].
Примером могут служить многочисленные случаи применения сомнительных учетных политик и необоснованных суждений, позволяющих показывать в финансовой отчетности завышенные суммы прибыли. Причиной таких искажений отчетности является желание высшего руководства компании преподнести итоги своей деятельности в наиболее выгодном для себя свете и получить соответствующие выгоды – как политические (сохранение своих позиций в совете директоров), так и экономические (бонусы по итогам года). В бухгалтерской практике такие действия получили название креативного учета (creative accounting).
В реализации антитеррористических мер социального уровня прерогатива принадлежит государству, его структурам в центре и на местах. «Социальные меры предполагают особое внимание со стороны правительства к конкретным причинам социально-экономического недовольства части населения, поддерживающей террористов; применение социально-экономической политики, которая сокращает склонность к участию в политическом насилии»[133]. На этом уровне возрастает роль негосударственных, общественных институтов: трудовых коллективов, народных собраний, общественных движений, партий, церкви, национальных организаций, культурно-просветительских учреждений, независимых средств массовой информации и пр. В. Л. Васильев подчеркивает важность человеческого фактора при использовании метода социальной коррекции. «Важна высокая психологическая культура и профессиональная компетентность всех лиц, обязанных контролировать социальные процессы»[134]. При грамотной организации со стороны государства перечисленные структуры способны значительно повысить эффективность своих совместных профилактических усилий, направленных на предупреждение политического экстремизма и терроризма.
Кратко необходимо упомянуть Вольфсбергскую группу и разработанные ею Вольфсбергские принципы – принципы политики по оценке возникновения в деятельности финансовых организаций риска легализации (отмывания) доходов, полученных: преступным путем. Одиннадцать ведущих банков мира, список которых, по сведениям, изложенным в указании оперативного характера Банка России от 08 апреля 2003 г. № 53-Т «О внесении изменений и дополнений в Вольфсбергские принципы»[29], выглядит следующим образом: ABN AMRO N.V., Bank of Tokyo-Mitsubishi Ltd., Barclays Bank, Citigroup, Credit Suisse Group, Deutsche Bank AG, Goldman Sachs, HSBC, J.P Morgan Private Bank, Santander Central Hispano, Societe Generale, UBS AG, инициировали разработку и 30 октября 2000 г. подписали Всеобщие директивы по противодействию отмыванию доходов в частном банковском секторе (Вольфсбергские принципы). Вольфсбергские принципы содержат приоритетные направления политики банков и основные элементы механизмов по предотвращению использования банковской системы для легализации доходов, полученных преступным путем. В основе политики любого банка в соответствии с Вольфсбергскими принципами должно лежать правило, согласно которому банк может устанавливать отношения только с теми клиентами, в отношении источников доходов или финансирования которых может быть в разумных пределах подтверждено их законное происхождение. Вместе с тем Вольфсбергские принципы предполагают, что конкретные механизмы противодействия отмыванию доходов, полученных преступным путем, могут определяться по усмотрению банка.
Гибкое сочетание методов рыночного регулирования, основанных на обратных связях с государственным регулированием социально-экономических процессов. Необходимость такого подхода обусловлена тем, что движение к рынку – это сложный процесс, непременным и активным участником которого должно быть государство. Известно, что рынок не способен решить многих проблем, связанных с нуждами всего общества, социальным единством страны, проведением фундаментальных научных исследований, долгосрочных программ и т.д. Целесообразность регулирования рынка путем проведения определенной государственной политики в таких областях, как социальноэкономическая, валютно-финансовая, структурно-инвестиционная и научнотехническая, была практически повсеместно признана после разрушительного мирового кризиса конца 20-х годов. Роль государства состоит в том, что оно должно устанавливать и охранять общие правила функционирования рынка, используя такие формы вмешательства, как законодательство (в том числе антимонопольное), государственные заказы, лицензирование экспорта и импорта, установление кредитных ставок, различные формы стимулирования и контроля рационального производственного использования природных ресурсов, защиты потребителя и т.д. На государство возлагается и задача заполнения внерыночных зон хозяйствования, к которым относятся: экологическая безопасность, социально-экономические права человека (в том числе и защита потребителей), перераспределение доходов, научно-технический прогресс, ликвидация структурных и региональных диспропорций, развитие эффективных международных экономических отношений.
а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я