В старые времена сибирские служивые выглядели весьма внушительно. Они носили латы 2-х видов, которые покрывали все тело. Одни сплошь состояли из железных колец, а другие из тонких железных пластин.
Вероятность того, что пуговицы на штанах расстегнутся, намного превосходит ту, что они сами застегнутся. Следовательно, застегивание штанов — процесс антиэнтропийный. С этого начинается покорение природы.
Подобно тому, как звезды, в ясной ночи, служат украшением неба и цветы весной — украшением зеленых лугов, так блестки остроумия украшают дружеские собрания и приятные беседы.
Для сцены необходимы длинные руки; лучше уж слишком длинные, чем слишком короткие. Артист с короткими руками никогда не будет обладать изящной жестикуляцией.
Возвышенность духа писателя помещается у него в затылке. Сам он видеть её не может. Если же попытается увидеть во что бы то ни стало, то лишь сломает шею.
Девушка, приносящая в приданое только свою красоту, не должна выходить за дворянина, у которого нет ничего кроме шпаги. Из двух камней масла не собьёшь.
За свою короткую, отпущенную мне Богом жизнь я сделал для вас, дорогие потомки, все, что мог. Я старался силой меча объединить наш истерзанный на куски край - вот к чему были направлены все мои завоевания.
Фибула (лат. fibula, скоба) — металлическая застёжка для одежды, одновременно служащая украшением. Фибулы разнообразных форм были распространены с бронзового века до раннего Средневековья. При всех разнообразных изменениях формы и усовершенствованиях устройства, которым фибулы подверглись в течение различных эпох, общий их тип сохранился почти неизменным для фибул с иглодержателем, а также есть средневековые некоторые из них называют «плащевые», которые представляют собой скобу подобную сульгаме или дужку с иглой.
Мужчины были в светло-бежевых костюмах по фигуре и коротких чёрных плащах, скреплённых серебряными фибулами в виде узкого овала с ажурным треугольником сбоку, пронзённого гранёной стрелой.
Затем, сняв свою белую княжескую епанчу, в нескольких местах с прорехами от вражеских клинков и немало забрызганную кровью, набросил её стременному на плечи и прикрепил золотой фибулой.
Несколько мгновений я стоял, ничего не понимая, пока, наконец, всё не стало на свои места. Я сорвал с головы шлем и расстегнул фибулу, снимая плащ.