Неточные совпадения
На биллиарде играл князь Н., молодой человек лет двадцати двух, с веселым и несколько презрительным лицом, в сюртуке нараспашку, красной шелковой рубахе и
широких бархатных
шароварах; играл он с отставным поручиком Виктором Хлопаковым.
На Аркадии Павлыче были
широкие шелковые
шаровары, черная бархатная куртка, красивый фес с синей кистью и китайские желтые туфли без задков.
Слабенький и беспокойный огонь фонаря освещал толстое, темное лицо с круглыми глазами ночной птицы; под
широким, тяжелым носом топырились густые, серые усы, — правильно круглый череп густо зарос енотовой шерстью. Человек этот сидел, упираясь руками в диван, спиною в стенку, смотрел в потолок и ритмически сопел носом. На нем — толстая шерстяная фуфайка,
шаровары с кантом, на ногах полосатые носки; в углу купе висела серая шинель, сюртук, портупея, офицерская сабля, револьвер и фляжка, оплетенная соломой.
На ней было
широкое и длинное шелковое голубое платье, надетое как-то на плечо, вроде цыганской шали, белые чистые
шаровары; прекрасная, маленькая, но не до уродливости нога, обутая по-европейски.
И простой и непростой народ — все были одеты в белые бумажные, или травяные (grasscloth),
широкие халаты, под которыми надеты были другие, заменявшие белье; кроме того, на всех надето было что-то вроде
шаровар из тех же материй, как халаты, у высших белые и чистые, а у низших белые, но грязные.
Они были одеты в белые куртки с
широкими рукавами, в белые ватные
шаровары и имели плетеную веревочную обувь на ногах.
Обезьяна эта, одетая дебардером, [грузчиком (от фр. debardeur).] в
широких красных
шароварах, сообщала всей комнате особый запах, чрезвычайно неприятный.
Они нашли Привалова на месте строившейся мельницы. Он вылез откуда-то из нижнего этажа, в плисовой поддевке и
шароварах; ситцевая рубашка-косоворотка красиво охватывала его
широкую шею. На голове был надвинут какой-то картуз. Когда Зося протянула ему руку, затянутую в серую шведскую перчатку с лакированным раструбом, Привалов с улыбкой отдернул назад свою уже протянутую ладонь.
Привалов с особенным удовольствием оглядывал теперь коренастую, немного сутуловатую фигуру Кости, его суконную рыжую поддевку, черные
шаровары, заправленные в сапоги, и это
широкое русское лицо с окладистой русой бородой и прищуренными глазами.
По воскресеньям надевал роскошный цветной кунтуш синего или малинового цвета с «вылетами» (откидные рукава), какой-нибудь светлый жупан,
широкие бархатные
шаровары и рогатую «конфедератку», перепоясывался роскошным поясом, привешивал кривую саблю и шел с молитвенником в костел.
Широкие синие
шаровары были под казакином опоясаны цветным поясом и вдеты в голенища лакированных мягких сапог.
Ставрученко был крепкий старик, седой, с длинными козацкими усами и в
широких козацких
шароварах.
Окинув своими маленькими, казалось, совсем бесстрастными, глазами Володин костюм, китаец первым делом достал
широкую блузу из тонкой светло-желтой ткани и такие же
шаровары и стал вертеть ими под носом у Володи.
Бенефактов исполнил, что ему говорил Ахилла, и увидел его лежащим на примощенной к стене дощатой кроватке. На дьяконе была ровная холщовая сорочка с прямым отложным воротником, завязанным по-малороссийски длинною пестрою тесьмой, и
широкие тиковые полосатые
шаровары.
Барин одет был живописно: с отложным
широким воротником рубашка, в черном коротком, плотно застегнутом пиджаке без талии и панталонах-шароварах к сапогам уже.
Широкие синие
шаровары из крашенины, засученные до половины икры с целью предохранить их от грязи, но вернее, чтобы скрыть лохмотья, которыми украшались они внизу, как бахромою, значительно побелели, местами даже расползались.
То был человек необыкновенно высокого роста, но худощавый как остов:
широкие складки красной как кровь рубахи и синие широчайшие
шаровары из крашенины болтались на его членах, как на шестах; бабьи коты, надетые на босые костлявые ноги, заменяли обувь.
И от него пахнуло на меня тем же счастьем, что и от его ковров и кресел. Полный, здоровый, с красными щеками, с
широкою грудью, вымытый, в ситцевой рубахе и
шароварах, точно фарфоровый, игрушечный ямщик. У него была круглая, курчавая бородка — и ни одного седого волоска, нос с горбинкой, а глаза темные, ясные, невинные.
У Ивана Никифоровича, напротив того,
шаровары в таких
широких складках, что если бы раздуть их, то в них можно бы поместить весь двор с амбарами и строением.
Одет он был в черный суконный кафтан, из-под которого виднелась красная кумачовая рубашка,
широкие такого же сукна
шаровары, вправленные в мягкие татарские сапоги желтой кожи, с золотыми кистями у верха голенищ.
Мигом забыты все мои несчастья. Сбрасываю платье с длинной талией и узкой шнуровкой и совершенно преображаюсь. На мне старый изношенный бешмет,
широкие залатанные
шаровары, белая папаха из бараньего меха, побуревшая от времени, и я уже не Нина бек-Израэл, княжна Джаваха, — стройный маленький джигит из горного аула.
Кузьма стал сзади берлина, в новой куртке синего фабричного сукна с большими белыми пуговицами;
шаровары белые, из фландского полотна,
широкие, и красным кушаком подпоясан.
Вошел старичок низенький и толстенький, из породы людей, называемых коротышками или карандашами, с пухлым и в то же время сморщенным личиком вроде печеного яблока. На нем была серая венгерка с черными шнурками и стоячим воротником; его
широкие плисовые
шаровары, кофейного цвета, оканчивались далеко выше щиколок.
На пороге кабака находился сам хозяин; это был дюжий, жирный мужчина с черною, как смоль, бородою и волосами, одетый в красную рубаху с синими ластовицами и в
широкие плисовые
шаровары. Он беспрерывно заговаривал с тем или другим, а иногда просто, подмигнув кому-нибудь в толпе, покрикивал: «Эй, парень! А что ж хлебнуть-то? Ась?.. Э-ге-ге, брат! Да ты, как я вижу, алтынник!»
От судов к бесчисленным пакгаузам и обратно по колеблющимся сходням сновали грузчики: русские босяки, оборванные, почти оголенные, с пьяными, раздутыми лицами, смуглые турки в грязных чалмах и в
широких до колен, но обтянутых вокруг голени
шароварах, коренастые мускулистые персы, с волосами и ногтями, окрашенными хной в огненно-морковный цвет.
Что бы и кто бы ни встретился по дороге: хохол в
широких белых
шароварах, лениво идущий рядом с парой сивых круторогих волов, придорожная корчма, еврейская «балагула», бархатное поле, распаханное под озими, — все вызывает его пытливые вопросы и замечания, дышащие то глубоким, почти философским пониманием простой обыденной жизни, то резким сарказмом, то неудержимым потоком веселья…
…Среди работавших были какие-то странные, сухие, бронзовые фигуры в красных чалмах, в фесках, в синих коротких куртках и в
шароварах, узких у голени, но — с
широкой мотней. Это, как я узнал, анатолийские турки. Их гортанный говор мешался с протяжным, растянутым говорком вятичей, с крепкой, быстрой фразой волгарей, с мягкой речью хохлов.
Одна пола была приподнята и заправлена за пояс, открывая
широкие плисовые
шаровары, вдетые в голенища высоких сапог.
Представьте себе маленькую, стриженую головку с густыми низко нависшими бровями, с птичьим носом, с длинными седыми усами и с
широким ртом, из которого торчит длинный черешневый чубук; головка эта неумело приклеена к тощему горбатому туловищу, одетому в фантастический костюм: в куцую красную куртку и в
широкие ярко-голубые
шаровары; ходила эта фигура, расставя ноги и шаркая туфлями, говорила, не вынимая изо рта чубука, а держала себя с чисто армянским достоинством: не улыбалась, пучила глаза и старалась обращать на своих гостей как можно меньше внимания.