Неточные совпадения
Свой слог на важный лад настроя,
Бывало, пламенный творец
Являл нам своего героя
Как совершенства образец.
Он одарял предмет любимый,
Всегда неправедно гонимый,
Душой чувствительной, умом
И привлекательным лицом.
Питая жар чистейшей страсти,
Всегда восторженный герой
Готов был жертвовать собой,
И при конце последней
частиВсегда наказан был порок,
Добру достойный был венок.
В общество это затянули его два приятеля, принадлежавшие к классу огорченных людей,
добрые люди, но которые от
частых тостов во имя науки, просвещения и прогресса сделались потом формальными пьяницами.
Но
добрая хозяйка умерла;
часть ключей, а с ними мелких забот, перешла к нему.
Некоторые занимались ремеслами, иные держали лавочки и торговали; но большая
часть гуляла с утра до вечера, если в карманах звучала возможность и добытое
добро не перешло еще в руки торгашей и шинкарей.
Но в глубине своей души, чем старше он становился и чем ближе узнавал своего брата, тем
чаще и
чаще ему приходило в голову, что эта способность деятельности для общего блага, которой он чувствовал себя совершенно лишенным, может быть и не есть качество, а, напротив, недостаток чего-то — не недостаток
добрых, честных, благородных желаний и вкусов, но недостаток силы жизни, того, что называют сердцем, того стремления, которое заставляет человека из всех бесчисленных представляющихся путей жизни выбрать один и желать этого одного.
Кулигин. Никакой я грубости вам, сударь, не делаю, а говорю вам потому, что, может быть, вы и вздумаете когда что-нибудь для города сделать. Силы у вас, ваше степенство, много; была б только воля на
доброе дело. Вот хоть бы теперь то возьмем: у нас грозы
частые, а не заведем мы громовых отводов.
«Вырастет, забудет, — подумал он, — а пока… не стоит отнимать у тебя такую игрушку. Много ведь придется в будущем увидеть тебе не алых, а грязных и хищных парусов; издали нарядных и белых, вблизи — рваных и наглых. Проезжий человек пошутил с моей девочкой. Что ж?!
Добрая шутка! Ничего — шутка! Смотри, как сморило тебя, — полдня в лесу, в
чаще. А насчет алых парусов думай, как я: будут тебе алые паруса».
Вино у Каннингама, разумеется, было прекрасное; ему привозили из Европы. Вообще же в продаже в этих местах, то есть в Сингапуре, Гонконге и Шанхае, вина никуда не годятся. Херес, мадера и портвейн сильно приправлены алкоголем, заглушающим нежный букет вин Пиренейского полуострова. Да их большею
частью возят не оттуда, а с мыса
Доброй Надежды. Шампанское идет из Америки и просто никуда не годится. Это американское шампанское свирепствует на Сандвичевых островах и вот теперь проникло в Китай.
Несколько часов продолжалось это возмущение воды при безветрии и наконец стихло. По осмотре фрегата он оказался весь избит. Трюм был наполнен водой, подмочившей провизию, амуницию и все частное
добро офицеров и матросов. А главное, не было более руля, который, оторвавшись вместе с
частью фальшкиля, проплыл, в числе прочих обломков, мимо фрегата — «продолжать берег», по выражению адмирала.
Когда вы будете на мысе
Доброй Надежды, я вам советую не хлопотать ни о лошадях, ни об экипаже, если вздумаете посмотреть колонию: просто отправляйтесь с маленьким чемоданчиком в Long-street в Капштате, в контору омнибусов; там справитесь, куда и когда отходят они, и за четвертую
часть того, что нам стоило, можете объехать вдвое больше.
— О! зачем ты меня вызвал? — тихо простонала она. — Мне было так радостно. Я была в том самом месте, где родилась и прожила пятнадцать лет. О, как хорошо там! Как зелен и душист тот луг, где я играла в детстве: и полевые цветочки те же, и хата наша, и огород! О, как обняла меня
добрая мать моя! Какая любовь у ней в очах! Она приголубливала меня, целовала в уста и щеки, расчесывала
частым гребнем мою русую косу… Отец! — тут она вперила в колдуна бледные очи, — зачем ты зарезал мать мою?
Самое различение буржуазии и пролетариата носит аксиологический характер, есть различение зла и
добра, тьмы и света, почти манихейское деление мира на две
части, на царство тьмы и царство света.
Мы можем сказать про человека, что он
чаще бывает добр, чем зол,
чаще умен, чем глуп,
чаще энергичен, чем апатичен, и наоборот; но будет неправда, если мы скажем про одного человека, что он
добрый или умный, а про другого, что он злой или глупый.
«Да, о чем, бишь, я думал? — спросил себя Нехлюдов, когда все эти перемены в природе кончились, и поезд спустился в выемку с высокими откосами. — Да, я думал о том, что все эти люди: смотритель, конвойные, все эти служащие, большей
частью кроткие,
добрые люди, сделались злыми только потому, что они служат».
Осматривая его вещи, я рассортировал их на 2
части и
добрую половину посоветовал выбросить. Дерсу взмолился. Он просил ничего не трогать и доказывал, что потом все может пригодиться. Я не стал настаивать и решил впредь ничего не бросать, прежде чем не спрошу на это его согласия.
Вера Павловна несколько раз просиживала у них поздние вечера, по их возвращении с гулянья, а еще
чаще заходила по утрам, чтобы развлечь ее, когда она оставалась одна; и когда они были одни вдвоем, у Крюковой только одно и было содержание длинных, страстных рассказов, — какой Сашенька
добрый, и какой нежный, и как он любит ее!
Булгаков
чаще всего переводит как «трансцендентно», иногда — «выше».] знанию,
добру, красоте, добродетели, оно чуждо всяких предикатов, ибо они являются следствием различения, свойствами «другого», а Единое стоит по ту сторону всяких различений.
Большая
часть между ними были довольно
добрые люди, вовсе не шпионы, а люди, случайно занесенные в жандармский дивизион. Молодые дворяне, мало или ничему не учившиеся, без состояния, не зная, куда приклонить главы, они были жандармами потому, что не нашли другого дела. Должность свою они исполняли со всею военной точностью, но я не замечал тени усердия — исключая, впрочем, адъютанта, — но зато он и был адъютантом.
Бросая ваше семя, бросая вашу «милостыню», ваше
доброе дело в какой бы то ни было форме, вы отдаете
часть вашей личности и принимаете в себя
часть другой; вы взаимно приобщаетесь один к другому; еще несколько внимания, и вы вознаграждаетесь уже знанием, самыми неожиданными открытиями.
Теперь Самоквасов свел разговор с Смолокуровым на дела свои, рассказал, сколько у них всего капиталу, сколько по смерти затворника-прадеда надо ему получить, помянул про свое намеренье вести от себя торговлю по рыбной
части и просил не оставить его
добрым советом.
— Дело
доброе, — ответил Патап Максимыч. — По какой же
части думаете вы дела повести?
— У Воскресенья этого
добра вволю, — сказал дядя Онуфрий, — завтра же вы туда как раз к базару попадете. Вы не по хлебной ли
части едете?
И в те годы я уже не находил там народных головных уборов
доброго старого времени, больших белых чепчиков и остальных
частей костюма. Крестьянки — и старые и молодые — носили темные, плоские чепчики и одевались по-городскому, в капотцы, с платками и кофточками.
В Вене я больше видал русских. Всего
чаще встречался опять с зоологом У. —
добрым и излиятельным малым, страстным любителем театра и сидевшим целые дни над микроскопом. Над ним его приятели острили, что он не может определить, кто он такой — Гамлет или Кёлликер — знаменитый гистолог и микроскопист. У него была страстишка произносить монологи, разумеется по-русски, ибо немецкий прононс был у него чисто нижегородский. Он умудрялся даже такое немудрое слово, как «Kase» (сыр) произносить как «Kaise».
Возможно ли сознательно преодолеть персидский дуализм, манихейское допущение двух богов, двух равносильных начал, и пантеистический монизм, отвергающий абсолютное различие между
добром и злом, видящий в зле лишь несовершенство
частей, лишь недостаточное
добро?
Это — «Два помещика» из «Записок охотника». Рассказчик — еще молодой человек, тронутый «новыми взглядами», гостит у Мардария Аполлоновича. Они пообедали и пьют на балконе чай. Вечерний воздух затих. «Лишь изредка ветер набегал струями и в последний раз, замирая около дома, донес до слуха звук мерных и
частых ударов, раздававшихся в направлении конюшни». Мардарий Аполлонович, только что поднесший ко рту блюдечко с чаем, останавливается, кивает головой и с
доброй улыбкой начинает вторить ударам...
Отец с матерью старались растолковать мне, что совершенно
добрых людей мало на свете, что парашинские старики, которых отец мой знает давно, люди честные и правдивые, сказали ему, что Мироныч начальник умный и распорядительный, заботливый о господском и о крестьянском деле; они говорили, что, конечно, он потакает и потворствует своей родне и богатым мужикам, которые находятся в милости у главного управителя, Михайлы Максимыча, но что как же быть? свой своему поневоле друг, и что нельзя не уважить Михайле Максимычу; что Мироныч хотя гуляет, но на работах всегда бывает в трезвом виде и не дерется без толку; что он не поживился ни одной копейкой, ни господской, ни крестьянской, а наживает большие деньги от дегтя и кожевенных заводов, потому что он в
части у хозяев, то есть у богатых парашинских мужиков, промышляющих в башкирских лесах сидкою дегтя и покупкою у башкирцев кож разного мелкого и крупного скота; что хотя хозяевам маленько и обидно, ну, да они богаты и получают большие барыши.
Люди закричали вокруг Ромашова преувеличенно громко, точно надрываясь от собственного крика. Генерал уверенно и небрежно сидел на лошади, а она, с налившимися кровью
добрыми глазами, красиво выгнув шею, сочно похрустывая железом мундштука во рту и роняя с морды легкую белую пену, шла
частым, танцующим, гибким шагом. «У него виски седые, а усы черные, должно быть нафабренные», — мелькнула у Ромашова быстрая мысль.
Человеческая воля, резко разделяющая мир на две
части, представляет себе ад как вечную каторжную тюрьму, в которой «злые» уже изолированы — не могут причинять зла
добрым.
Тот сел; руки у него при этом ходили ходенем, да и не мудрено: Аггей Никитич, раздосадованный тем, что был прерван в своих размышлениях о Беме, представлял собою весьма грозную фигуру. Несмотря на то, однако, робкий почтмейстер, что бы там ни произошло из того, решился прибегнуть к средству, которое по большей
части укрощает начальствующих лиц и делает их более
добрыми.
— Вот что-с, понимаю, — проговорил Иван Дорофеев, — и ее справедливо называют почтенной женщиной: такая доточная и рассудительная барыня, что и сказать нельзя; господин доктор больше
добрый, но она теперича по дому ли что, или насчет денег, и даже по конторской
части, все это под ее распоряжением.
Признаюсь откровенно, в эту минуту я именно только об этом и помнил. Но делать было нечего: пришлось сойти с ослов и воспользоваться гостеприимством в разбойничьем приюте. Первое, что поразило нас при входе в хижину, — это чистота, почти запустелость, царствовавшая в ней. Ясное дело, что хозяева, имея постоянный промысел на большой дороге, не нуждались в
частом посещении этого приюта. Затем, на стенах было развешано несколько ружей, которые тоже не предвещали ничего
доброго.
— И прекрасно, что ты не препятствуешь; мы примем это к сведению. Но вопрос не в этом одном. Ему необходимо существовать в течение пяти лет академического курса, и ежели он, ради насущного труда, должен будет уделять
добрую часть времени постороннему труду, то это несомненно повредит его учебным занятиям… ты понимаешь меня?
Арто, услышав сзади себя разговор, повернулся и подбежал к людям. Его голубые
добрые глаза щурились от жары и глядели умильно, а высунутый длинный язык вздрагивал от
частого дыхания.
Храбрый до отваги,
добрый, но справедливо строгий, он был кумиром солдат и любимец той
части своих товарищей, которые искали в человеке не внешность, а душу.
Но будь и
добра: иногда выдай и ему что-нибудь, и приятелям ходить позволяй, раз в неделю, а если
чаще, то гони.
Феофан, — кто бы ни был ею, должен восприять на себя полную и всестороннюю заботу о всем доме, по всем
частям, и иметь неусыпное попечение о нем, сознавая себя ответным лицом и пред людьми за его
добро и худо; ибо в своем лице он представляет его все: за него получает стыд и одобрение, болит и веселится.
Подхалимов. Но вы забываете, ваше сиятельство, что акциз с спиртных напитков представляет собой
добрую часть нашего бюджета, и следовательно…
Ежели он человек салонов, то всякая
часть его одежды блестит и покроем свидетельствует, что в постройке ее участвовали первые мастера Парижа; если он un homme declasse, [деклассированный человек] то на каждой
части его туалета оказывается пятно, что заставляет его нюхать и рубашку, и жилет, и штаны, дабы не поразить
добрых знакомых запахом благополучия.
Я пришел назад в город очень поздно, и уже пробило десять часов, когда я стал подходить к квартире. Дорога моя шла по набережной канала, на которой в этот час не встретишь живой души. Правда, я живу в отдаленнейшей
части города. Я шел и пел, потому что, когда я счастлив, я непременно мурлыкаю что-нибудь про себя, как и всякий счастливый человек, у которого нет ни друзей, ни
добрых знакомых и которому в радостную минуту не с кем разделить свою радость. Вдруг со мной случилось самое неожиданное приключение.
Хозяин был не из важных. Нашествие вестников шика значительно на него подействовало. Он постарел, растерял давальцев, сократил наполовину число мастеров и учеников,
добрую часть квартиры отдавал внаймы под мастерскую женских мод, но никак не соглашался переменить вывеску, на которой значилось:"Иван Деев, военный и партикулярный портной", и по-французски:"Jean Deieff, tailleur militaire et particulier".
Он принимает героическое решение и откладывает
добрую часть капитала на хозяйственные реформы.
— Ведаю себя чистым пред богом и пред государем, — ответствовал он спокойно, — предаю душу мою господу Иисусу Христу, у государя же прошу единой милости: что останется после меня
добра моего, то все пусть разделится на три
части: первую
часть — на церкви божии и на помин души моей; другую — нищей братии; а третью — верным слугам и холопям моим; а кабальных людей и рабов отпускаю вечно на волю! Вдове же моей прощаю, и вольно ей выйти за кого похочет!
Признаюсь, именно им желал бы я быть хоть несколько полезным. Меня утешает мысль, что
добрый совет по
части технической может так же пригодиться им, как и наблюдения над нравами дичи или заметки и указания в самой стрельбе.
«А мы здесь чванимся, — писала она князю на возвратном пути из села Коломенского, — ездою, и Тавридою, и тамошними генерал-губернаторскими распоряжениями, как
добрыми без конца и во всех
частях».
Десять
добрых людей улягутся и мирно выспятся на одном войлоке, а два богача не уживутся в десяти комнатах. Если
доброму человеку достанется краюха хлеба, то половиной ее он поделится с голодным. Но если царь завоюет одну
часть света, он не успокоится, пока не захватит еще другую такую же.
То, что мы считаем для себя злом, есть большею
частью не понятое еще нами
добро.
Бедные, несчастные, бессмысленные народы, упорные в своем зле, слепые к своему
добру, вы позволяете отбирать от вас лучшую
часть вашего дохода, грабить ваши поля, ваши дома; вы живете так, как будто всё это принадлежит не вам, позволяя отнимать у вас вашу совесть, соглашаясь быть убийцами.
Если бы только мы
чаще вспоминали о том, что никогда не вернешь потерянного времени, никогда не переделаешь сделанного зла, мы больше бы делали
добра, меньше делали бы зла.
Тем не менее они сделали из своей панихиды
добрую демонстрацию, и весьма значительная
часть здешнего общества этой демонстрации сочувствует.