Неточные совпадения
Неподвижное и серьезное
лицо Раскольникова преобразилось
в одно мгновение, и вдруг он залился опять тем же нервным хохотом, как давеча, как будто сам совершенно не
в силах был сдержать себя. И
в один миг припомнилось ему до чрезвычайной ясности ощущения одно недавнее мгновение, когда он стоял за дверью, с топором, запор прыгал, они за дверью ругались и ломились, а ему вдруг захотелось закричать им, ругаться с ними, высунуть им язык, дразнить их, смеяться,
хохотать,
хохотать,
хохотать!
Свежий ветер так и режет ему
лицо, за уши щиплет мороз,
в рот и горло пахнуло холодом, а грудь охватило радостью — он мчится, откуда ноги взялись, сам и визжит и
хохочет.
Сережа был удивительно мил; он снял курточку —
лицо и глаза его разгорелись, — он беспрестанно
хохотал и затеивал новые шалости: перепрыгивал через три стула, поставленные рядом, через всю комнату перекатывался колесом, становился кверху ногами на лексиконы Татищева, положенные им
в виде пьедестала на середину комнаты, и при этом выделывал ногами такие уморительные штуки, что невозможно было удержаться от смеха.
Всё
лицо ее будет видно, она улыбнется, обнимет его, он услышит ее запах, почувствует нежность ее руки и заплачет счастливо, как он раз вечером лег ей
в ноги и она щекотала его, а он
хохотал и кусал ее белую с кольцами руку.
(Я сам не раз встречал эту Акулину. Покрытая лохмотьями, страшно худая, с черным, как уголь,
лицом, помутившимся взором и вечно оскаленными зубами, топчется она по целым часам на одном месте, где-нибудь на дороге, крепко прижав костлявые руки к груди и медленно переваливаясь с ноги на ногу, словно дикий зверь
в клетке. Она ничего не понимает, что бы ей ни говорили, и только изредка судорожно
хохочет.)
Пошлые слова удачно дополнял пошленький мотив: Любаша, захлебываясь,
хохотала над Варварой, которая досадливо пыталась и не могла открыть портсигар, тогда как Гогин открывал его легким прикосновением мизинца. Затем он положил портсигар на плечо себе, двинул плечом, — портсигар соскользнул
в карман пиджака. Тогда взбил волосы, сделал свирепое
лицо, подошел к сестре...
Слева от Самгина
хохотал на о владелец лучших
в городе семейных бань Домогайлов, слушая быстрый говорок Мазина, члена городской управы, толстого, с дряблым, безволосым
лицом скопца; два года тому назад этот веселый распутник насильно выдал дочь свою за вдового помощника полицмейстера, а дочь, приехав домой из-под венца, — застрелилась.
Ему также все равно, где ни быть: придут ли
в прекрасный порт или станут на якорь у бесплодной скалы; гуляет ли он на берегу или смотрит на корабле за работами — он или делает дело, тогда молчит и делает комическое
лицо, или поет и
хохочет.
Мальчик радостно
хохочет, тянется ручонками, чтоб схватить пистолет, и вдруг артист спускает курок прямо ему
в лицо и раздробляет ему головку…
Бабы
хохотали. А Коля шагал уже далеко с победоносным выражением
в лице. Смуров шел подле, оглядываясь на кричащую вдали группу. Ему тоже было очень весело, хотя он все еще опасался, как бы не попасть с Колей
в историю.
Он
хохотал над ними
в глаза, он с гримасами и кривлянием говорил им
в лицо самые оскорбительные вещи.
Хиония Алексеевна
в качестве дуэньи держала себя с скромным достоинством и делала серьезное
лицо, когда Зося начинала
хохотать. Она быстро дала понять Привалову, что здесь она свой человек.
Сколько благодаря этому на каторге пессимистов, угрюмых сатириков, которые с серьезными, злыми
лицами толкуют без умолку о людях, о начальстве, о лучшей жизни, а тюрьма слушает и
хохочет, потому что
в самом деле выходит смешно.
Вот казанские татары
в шелковых халатах, с золотыми тюбетейками на бритых головах, важно похаживают с чернозубыми женами, прикрывшими белыми флеровыми чадрами густо набеленные
лица; вот длинноносые армяне
в высоких бараньих шапках, с патронташами на чекменях и кинжалами на кожаных с серебряными насечками поясах; вот евреи
в засаленных донельзя длиннополых сюртуках, с резко очертанными, своеобразными обличьями; молча, как будто лениво похаживают они, осторожно помахивая тоненькими тросточками; вот расхаживают задумчивые, сдержанные англичане, и возле них трещат и громко
хохочут французы с наполеоновскими бородками; вот торжественно-тихо двигаются гладко выбритые, широколицые саратовские немцы; и неподвижно стоят, разинув рты на невиданные диковинки, деревенские молодицы
в московских ситцевых сарафанах с разноцветными шерстяными платками на головах…
Замечу еще черту: несмотря на ласковость и простодушие, никогда это
лицо не становилось веселым; даже когда князь
хохотал от всего сердца, вы все-таки чувствовали, что настоящей, светлой, легкой веселости как будто никогда не было
в его сердце…
Все смеялись. Улыбалась и Анна своими прищуренными глазами. Густав Иванович
хохотал громко и восторженно, и его худое, гладко обтянутое блестящей кожей
лицо, с прилизанными жидкими, светлыми волосами, с ввалившимися глазными орбитами, походило на череп, обнажавший
в смехе прескверные зубы. Он до сих пор обожал Анну, как и
в первый день супружества, всегда старался сесть около нее, незаметно притронуться к ней и ухаживал за нею так влюбленно и самодовольно, что часто становилось за него и жалко и неловко.
Он угадал; через минуту все суетились, принесли воды. Лиза обнимала свою мама, горячо целовала ее, плакала на ее плече и тут же, опять откинувшись и засматривая ей
в лицо, принималась
хохотать. Захныкала, наконец, и мама. Варвара Петровна увела их обеих поскорее к себе,
в ту самую дверь, из которой вышла к нам давеча Дарья Павловна. Но пробыли они там недолго, минуты четыре, не более…
Он схватил ее крепко, выше локтя, за руку; она
хохотала ему
в лицо...
Наташа из трех сестер была младшая, она была на пять лет моложе меня. Широкое
лицо и на нем — большие лучащиеся глаза, детски-ясные и чистые;
в них, когда она не смеялась, мне чувствовалась беспомощная печаль и детский страх перед жизнью. Но смеялась она часто,
хохотала, как серебряный колокольчик, и тогда весь воздух вокруг нее смеялся. Темные брови и светлая, как лен, густая коса. У всех Конопацких были великолепные волосы и чудесный цвет
лица.
При каждом появлении ее на сцене мы бешено хлопали ей, я с восторгом вглядывался
в ее милое, чистое
лицо и
хохотал в душе, представляя себе натянутый нос цесаревича, принужденного убедиться, что и ему не все
в мире доступно.
Толпою вбежали девочки. Я вскочил и захохотал. Маша стояла с блестящими глазами и удивленно смотрела. А я
хохотал ей
в лицо и восклицал...
— Ишь, жена-то от тебя улепетывает! —
хохотал ему
в лицо Поваляев, — это она к бархатниковскому приказчику поспешает! Совсем опутала молодца. Прежде честный и тверёзый был, а теперь и попивать и поворовывать начал.
В припадке нежности и отчаяния Аннинька и плакала, и
хохотала, и сто раз принималась целовать m-lle Эмму —
в лицо, шею, даже ее голые точеные руки.
Это погубило его, — через полчаса все люди на пароходе
хохотали над ним; подойдут вплоть к нему, уставятся глазами прямо
в лицо, спросят...
Но кухарка так заливчато
хохотала, что я тоже улыбнулся невольно и взглянул
в ее зеркало:
лицо у меня было густо вымазано сажей.
В выразительном
лице Горация перемигнулось все, от подбородка до вывернутых белков глаз. Он щелкнул языком, покачал головой, увел ее
в плечи и стал
хохотать.
Вдобавок, рассказывая, он дышал
в лицо Андрею Ефимычу и
хохотал ему
в ухо.
Помня, что это значит, Тетка вскочила на стул и села. Она поглядела на хозяина. Глаза его, как всегда, глядели серьезно и ласково, но
лицо,
в особенности рот и зубы, были изуродованы широкой неподвижной улыбкой. Сам он
хохотал, прыгал, подергивал плечами и делал вид, что ему очень весело
в присутствии тысячей
лиц. Тетка поверила его веселости, вдруг почувствовала всем своим телом, что на нее смотрят эти тысячи
лиц, подняла вверх свою лисью морду и радостно завыла.
Для графа Петра Игнатьевича, не говоря уже о князе Луговом, день, проведенный
в Зиновьеве, показался часом. Освоившаяся быстро с другом своего жениха, княжна была обворожительно любезна, оживлена и остроумна. Она рассказывала приезжему петербуржцу о деревенском житье-бытье,
в лицах представляла провинциальных кавалеров и заставляла своих собеседников
хохотать до упаду. Их свежие молодые голоса и раскатистый смех доносились
в открытые окна княжеского дома и радовали материнский слух княгини Вассы Семеновны.
Мальчик поднял голову: перед ним, широко улыбаясь, стоял отец; качался солдат, тёмный и плоский, точно из старой доски вырезанный;
хохотал круглый, как бочка, лекарь, прищурив калмыцкие глаза, и дрожало
в смехе топорное
лицо дьячка.
Ребятишки визжали,
хохотали, кидая
в неё камнями и грязью, а она повёртывалась к ним
лицом и, не мигая совиными глазами, повторяла...
Бывало, оставаясь с Лаптевым, она долго
хохотала, закрыв
лицо руками, и уверяла, что любовь для нее не составляет главного
в жизни, жеманилась, как семнадцатилетняя девушка, прежде чем поцеловаться с ней, нужно было тушить все свечи.
Она посмотрела на него своими детскими глазами и расхохоталась прямо
в лицо. Пепко ужасно сконфузился и почувствовал себя мальчишкой, а красивое чудовище продолжало
хохотать.
Как почти всегда, ему не везло, и на
лицах у королей, дам и валетов чудилось ему выражение насмешки и злобы; пиковая дама даже зубами скрипела, очевидно, злобясь на то, что ее ослепили. Наконец, после одного крупного ремиза, Передонов схватил колоду карт и с яростью принялся рвать ее
в клочья. Гости
хохотали. Варвара, ухмыляясь, говорила...
Окся неожиданно захохотала прямо
в лицо Кишкину, а когда он замахнулся на нее, так толкнула его
в грудь, что старик кубарем полетел на траву. Петр Васильич зажал рот, чтобы не расхохотаться во все горло, но
в этот момент за его спиной раздался громкий смех. Он оглянулся и остолбенел: за ним стоял Ястребов и
хохотал, схватившись руками за живот.
Клоус вышел из себя, взбесился, отскочил от постели, как будто обжегся, и закричал: «Как? без меня! я живу здесь неделю и плачу всякий день деньги, и меня не позвали!..» Красное его
лицо побагровело, парик сдвинулся
в сторону, вся его толстая фигурка так была смешна, что родильница принялась
хохотать.
— Ты все знаешь? — пробормотал он, озадаченный, и стал
хохотать, бесстыдно воззрившись мне
в лицо. — Санди! — кричал он, тряся злополучную мою руку. — А знаешь ли ты, что ты парень с гвоздем?! Вот ловко! Джон, взгляни сюда, тут ведь написано бесстыднейшим образом: «Я все знаю»!
Александра Михайловна забыла оставить дома поужинать Зине; на душе у нее кипело: девочка ляжет спать, не евши, а она тут, неизвестно для чего, сидит сложа руки.
В комнатах стоял громкий говор. За верстаком хихикала Манька, которую прижал к углу забредший снизу подмастерье Новиков. Гавриловна переругивалась с двумя молодыми брошюрантами; они
хохотали на ее бесстыдные фразы и подзадоривали ее, Гавриловна делала свирепое
лицо, а
в морщинистых углах черных губ дрожала самодовольная улыбка.
Платонов (
хохочет). Вас преследуют?! Вас ищут, хватают вас за руки?! Вас, бедную, хотят отнять у вашего мужа?! B вас влюблен Платонов, оригинал Платонов?! Какое счастье! Блаженство! Да ведь это такие конфекты для нашего маленького самолюбьица, каких не едал ни один конфектный фабрикант! Смешно… Не к
лицу развитой женщине эти сладости! (Идет
в дом.)
Крестьянская девка, лет двадцати пяти,
в изорванном сарафане, с распущенными волосами и босиком, шла к ним навстречу. Длинное, худощавое
лицо ее до того загорело, что казалось почти черным; светло-серые глаза сверкали каким-то диким огнем; она озиралась и посматривала во все стороны с беспокойством; то шла скоро, то останавливалась, разговаривала потихоньку сама с собою и вдруг начала
хохотать так громко и таким отвратительным образом, что Егор вздрогнул и сказал с приметным ужасом...
Илья Артамонов
хохочет в тёмное, круглое, как сковородка,
лицо её,
в широкий нос, — Алексей победил, сын Барских, шатаясь, идёт к двери, а Илья, грубо дёрнув руку Баймаковой, приказывает...
Ему хотелось, чтобы вокруг было тихо, чтобы девицы перестали плавать
в воздухе, как скучные клочья весенней тучи, и бритый тапёр с тёмно-синим
лицом утопленника не тыкал пальцами
в жёлтые зубы рояля, похожего на челюсть чудовища, которое громко и визгливо
хохотало.
…
В тесной и тёмной комнате пили чай, лысый
хохотал и вскрикивал так, что на столе звенела посуда. Было душно, крепко пахло горячим хлебом. Евсею хотелось спать, и он всё поглядывал
в угол, где за грязным пологом стояла широкая кровать со множеством подушек. Летало много больших, чёрных мух, они стукались
в лоб, ползали по
лицу, досадно щекотали вспотевшую кожу. Евсей стеснялся отгонять их.
— Ничего! — с досадой ответил сыщик. Щёки у него покраснели, он закусил губы. По его взгляду Евсей догадался, что он следит за писателем. Не спеша, покручивая ус, писатель шёл рядом с пожилым, коренастым человеком
в расстёгнутом пальто и
в летней шляпе на большой голове. Человек этот громко
хохотал и, поднимая кверху бородатое красное
лицо, вскрикивал...
— Теперь ушли! Теперь ищи ветра
в поле! — говорил Еремей, подымая телегу, а Колесников
хохотал и тер
лицо...
Тройки замедляли ход, дамы, обративши
лицо в сторону моего дома,
хохотали так громко, что даже через двойные оконные рамы до меня долетали их ликующие голоса; при этом Грацианов объяснял им, должно быть, нечто очень уморительное.
Произошло что-то невообразимое. Верхние навалились на нижних, нижние рухнули на пол и делали судорожные движения руками и ногами, чтобы выбраться из этой кутерьмы. Те, кому это удавалось,
в свою очередь, карабкались на самый верх «мала-кучи». Некоторые
хохотали, другие задыхались под тяжестью давивших их тел, ругались, как ломовые извозчики, плакали и
в остервенении кусали и царапали первое, что им попадалось, — все равно, будь это рука или нога, живот или
лицо неизвестного врага.
Снова, как тогда пред Антонием, захотелось мне поставить все прошлые дни
в ряд пред глазами моими и посмотреть ещё раз на пёстрые
лица их. Говорю я о детстве своём, о Ларионе и Савелии, —
хохочет старик и кричит...
В общей гримерской добросовестно натираю
лицо кольд-кремом, прежде чем накладывать грим, представляю
в лицах всех наших
в минуту появления Громова. Забежавшие сюда
в антракте Маня и Людмила
хохочут.
Та делает большие глаза, не понимая, за что благодарит ее этот высокий юноша с оливково-желтым
лицом и прямыми, как палки, ногами. Потом начинает
хохотать и с хохотом же убегает
в уборную своей хозяйки, сделав нам знак подождать.