Неточные совпадения
Долго молчит, будто прислушиваясь, — снова неохотно
роняет тяжелые
слова...
— Здесь ни одного нет, который бы стоил таких
слов! — разразилась Аглая, — здесь все, все не стоят вашего мизинца, ни ума, ни сердца вашего! Вы честнее всех, благороднее всех, лучше всех, добрее всех, умнее всех! Здесь есть недостойные нагнуться и поднять платок, который вы сейчас
уронили… Для чего же вы себя унижаете и ставите ниже всех? Зачем вы всё в себе исковеркали, зачем в вас гордости нет?
— Живала она в хороших людях, в Москве, —
слово за
словом роняла Фленушка. — Лучше ее никто из наших девиц купеческих порядков не знает… За тобой ходить, говоришь, некому — так я-то у тебя на что?.. От кого лучше уход увидишь?.. Я бы всей душой рада была… Иной раз чем бы и не угодила, ты бы своею любовью покрыла.
— Лизавета Егоровна такая честная и непорочная в своем поведении девушка, каких дай нам бог побольше, — начал он, давая вес каждому своему
слову, но с прежнею сдержанностью. — Она не
уронила себя ни в каком кружке, ни в коммерческом, ни в аристократическом.
С этими
словами старик
уронил образ и упал на первый стул.
Словом сказать, все выходило так, что ни одна воспитанница m-lle Тюрбо не ударила в грязь лицом и не
уронила репутации заведения.
— Биче Сениэль! — тихо сказал я, первый раз произнеся вслух эти
слова. — Лисс, гостиница «Дувр». Там остановились вы дней восемь тому назад. Я в странном положении относительно вас, но верю, что вы примете мои объяснения просто, как все просто во мне. Не знаю, — прибавил я, видя, что она отступила,
уронила руки и молчит, молчит всем существом своим, — следовало ли мне узнавать ваше имя в гостинице.
Сказав эти
слова, Санин бросил на стол свою визитную карточку и в то же время проворно схватил Джеммину розу, которую один из сидевших за столом офицеров
уронил к себе на тарелку.
— Нет, не вздор! — догматически замечает Куликов, до сих пор величаво молчавший. Это парень с весом, лет под пятьдесят, чрезвычайно благообразного лица и с какой-то презрительно-величавой манерой. Он сознает это и этим гордится. Он отчасти цыган, ветеринар, добывает по городу деньги за лечение лошадей, а у нас в остроге торгует вином. Малый он умный и много видывал.
Слова роняет, как будто рублем дарит.
Ярль Торгнир взглянул на нее и со слезами послал птичке
слово: «Утешь меня, добрая птичка!» И ласточка крылья сложила и, над его головой пролетев,
уронила ему русый волос… золотой как горючий янтарь волосок, а длиной в целый рост человека…
Можно судить, в каком тревожном состоянии остался молодой человек. Все шаги, все
слова чудного посредника между ним и судьбою были заочно взвешены, рассчитаны по маятнику замиравшего сердца. «Вот, — думал Антон, — подошел старик к воротам Образца, вот он всходит на лестницу… Он в комнате боярина… произносит имя Анастасии, имя мое… Жребий мой положен на весы судьбы… Господи,
урони на него милостивый взор!»
— Вы! вы! и вы! — послала ему в напутствие Ида, и с этими
словами, с этим взрывом гнева она
уронила на грудь голову, за нею
уронила руки, вся пошатнулась набок всей своей стройной фигурой и заплакала целыми реками слез, ничего не видя, ничего не слыша и не сводя глаза с одной точки посередине пола.
— Батюшки-голубчики! — вскричал я,
уронив перо из рук: — ни за что в свете не напишу этого ужасного
слова! По этому
слову меня приняли в службу…
Уронил я раз Милля, толстенная, того-этого, книжища, и тоже обругался; и так, того-этого, стыдно стало: цивилизованный, думаю, англичанин, а я его такими
словами!
Гулки, как во сне, шаги отца: за много комнат слышно, как он идет, приближается, грузно давит скользкий, сухо поскрипывающий паркет; далеко слышен и голос его — громкий без натуги, сипловатый от водки, бухающий бас: будто не
слова, а кирпичи
роняет на землю.
Напился,
роняя капли с почерневших сухих губ, и снова хрипит, тускло бормочет: сколько ни слушать,
слов не разберешь.
День для сего выбирается не снежный и не ветреный: снег заносит приваду, налипает на сеть и может даже повалить шатер, а ветер качает его и также может
уронить; и то и другое обстоятельство, особенно последнее (то есть качка шатра), пугает тетеревов, и они под шатер не пойдут; одним
словом: чем мороз сильнее и погода тише, тем лучше.
Не обгорят рябиновые кисти,
От желтизны не пропадет трава.
Как дерево
роняет тихо листья,
Так я
роняю грустные
слова.
Андрей. А только теперь я очень конфужусь, провалиться, кажется б, сквозь землю! Все на меня смотрят, а я ни повернуться, ни
слова сказать… Стакан чуть не
уронил, чай на какую-то даму на платье пролил.
— Вот она. Крестьянка Александра Акунина, — тем же убийственно спокойным голосом
роняет он. — У Александры Акуниной, видите ли, найдено сильнейшее злокачественное… тут он называет непонятное для меня латинское
слово.
«Слушай же, — говорит мне, — красная девица, — а у самого чудно очи горят, — не праздное
слово скажу, а дам тебе великое
слово: на сколько счастья мне подаришь, на столько буду и я тебе господин, а невзлюбишь когда — и не говори,
слов не
роняй, не трудись, а двинь только бровью своей соболиною, поведи черным глазом, мизинцем одним шевельни, и отдам тебе назад любовь твою с золотою волюшкой; только будет тут, краса моя гордая, несносимая, и моей жизни конец!» И тут вся плоть моя на его
слова усмехнулася…
Урони ж хоть словечко, красная девица, просияй в бурю солнцем, разгони светом темную ночь!» Говорит, а сам усмехается; жгло его сердце по мне, да усмешки его, со стыда, мне стерпеть не хотелось; хотелось
слово сказать, да сробела, смолчала.
Полина быстро вскочила со своего места. Валя
уронила ложку, которой барабанила по столу и осталась сидеть с разинутым ртом и выпученными глазами. Так вот о чем так долго совещалась нынче с их матерью новая гувернантка! — хотя они всячески старались подслушать под дверью, о чем шла речь y взрослых, но это им не удалось. Плотно запертая дверь и тяжелая портьера скрадывали звуки голосов, раздававшихся в материнской спальне, и им не удалось услышать ни
слова.
А вышло потом, что по ремонтере она слезки
роняла: тот утек восвояси, улепетнул подобру-поздорову, потому что, знаете, знать (оно пришлось теперь к
слову сказать) пришло ему время уехать, срок вышел, оно не то чтобы и казенный был срок-то! а так… уж после родители дражайшие спохватились, узнали всю подноготную, да что делать, втихомолку зашили беду, — своего дому прибыло!..
Пьер думал о том, что князь Андрей несчастлив, что он заблуждается, что он не знает истинного света и что Пьер должен притти на помощь ему, просветить и поднять его. Но как только Пьер придумывал, как и чтó он станет говорить, он предчувствовал, что князь Андрей одним
словом, одним аргументом
уронит всё в его ученьи, и он боялся начать, боялся выставить на возможность осмеяния свою любимую святыню.