Неточные совпадения
Появлялись новые партии рабочих, которые, как цвет папоротника, где-то таинственно нарастали, чтобы немедленно же исчезнуть в пучине водоворота. Наконец привели и предводителя, который один в целом городе считал
себя свободным
от работ, и стали
толкать его в реку. Однако предводитель пошел не сразу, но протестовал и сослался на какие-то права.
Обдумав всё, полковой командир решил оставить дело без последствий, но потом ради удовольствия стал расспрашивать Вронского о подробностях его свиданья и долго не мог удержаться
от смеха, слушая рассказ Вронского о том, как затихавший титулярный советник вдруг опять разгорался, вспоминая подробности дела, и как Вронский, лавируя при последнем полуслове примирения, ретировался,
толкая вперед
себя Петрицкого.
Казалось, как будто он хотел взять их приступом; весеннее ли расположение подействовало на него, или
толкал его кто сзади, только он протеснялся решительно вперед, несмотря ни на что; откупщик получил
от него такой толчок, что пошатнулся и чуть-чуть удержался на одной ноге, не то бы, конечно, повалил за
собою целый ряд; почтмейстер тоже отступился и посмотрел на него с изумлением, смешанным с довольно тонкой иронией, но он на них не поглядел; он видел только вдали блондинку, надевавшую длинную перчатку и, без сомнения, сгоравшую желанием пуститься летать по паркету.
— Томилину — верю. Этот ничего
от меня не требует, никуда не
толкает. Устроил у
себя на чердаке какое-то всесветное судилище и — доволен. Шевыряется в книгах, идеях и очень просто доказывает, что все на свете шито белыми нитками. Он, брат, одному учит — неверию. Тут уж — бескорыстно, а?
Маракуев смеялся, Варвара тоже усмехалась небрежненькой и скучной усмешкой, а Самгин вдруг почувствовал, что ему жалко Диомидова, который, вскочив со стула,
толкая его ногою прочь
от себя, прижав руки ко груди, захлебывался словами...
А вот малаец, цвета красной меди, гребет двумя вместе связанными веслами,
толкая их вперед
от себя.
Оказалось, что первым проснулся Дерсу; его разбудили собаки. Они все время прыгали то на одну, то на другую сторону костра. Спасаясь
от тигра, Альпа бросилась прямо на голову Дерсу. Спросонья он
толкнул ее и в это время увидел совсем близко
от себя тигра. Страшный зверь схватил тазовскую собаку и медленно, не торопясь, точно понимая, что ему никто помешать не может, понес ее в лес. Испуганная толчком, Альпа бросилась через огонь и попала ко мне на грудь. В это время я услышал крик Дерсу.
Александров вздрагивает и приходит в
себя от мечтаний. Жданов
толкает его локтем в бок и бурчит...
Несмотря на то, что
от жару некуда было деваться, что комары роями вились в прохладной тени арбы и что мальчишка, ворочаясь,
толкал ее, Марьяна натянула
себе на голову платок и уж засыпала, как вдруг Устенька, соседка, прибежала к ней и, нырнув под арбу, легла с ней рядом.
Я повторил сказанное уже тоном приказания. Шакро ещё сильнее стал стукать меня своей головой в грудь. Медлить было нельзя. Я оторвал
от себя его руки одну за другой и стал
толкать его в воду, стараясь, чтоб он задел своими руками за верёвки. И тут произошло нечто, испугавшее меня больше всего в эту ночь.
Чья-то рука легла на мое плечо и несколько раз меня
толкнула… Я открыл глаза и, при слабом свете одинокой свечи, увидел пред
собою Фустова. Он испугал меня. Он качался на ногах; лицо его было желто, почти одного цвета с волосами; губы отвисли, мутные глаза глядели бессмысленно в сторону. Куда девался их постоянно ласковый и благосклонный взор? У меня был двоюродный брат, который
от падучей болезни впал в идиотизм… Фустов походил на него в эту минуту.
Челкаш очнулся и
толкнул Гаврилу
от себя, хрипло сказав...
Надо было видеть, как он лихо танцевал с ней модные танцы, па-д'эспань, па-де-патинер, краковяк и лезгинку, как, оставив свою даму на одном конце комнаты, он ловко скакал вокруг самого
себя, держа руку над головой и живописно изогнувшись, как уже на другом конце, отделенный
от дамы другими парами, он выделывал, щелкая каблуками, соло, как потом он стремительно мчался, кружась и
толкая других танцоров, к покинутой даме, как он встряхивал плечами и округленными локтями в такт музыке и как, геройски полуобернувшись направо к Александре Васильевне, он наступал на чужие каблуки и платья.
Вот откуда в нас эта ирония, эта тоска, которая нас точит, доводит нас до бешенства,
толкает нас вперед, пока добьемся мы Сибири, истязания, ссылки, преждевременной смерти. Мы жертвуем
собою без всякой надежды;
от желчи;
от скуки… В нашей жизни в самом деле есть что-то безумное — но нет ничего пошлого, ничего косного, ничего мещанского.
Вами овладевает беспокойство; но фарсёр сохраняет всю свою серьезность и продолжает уверять, что вы больны, что лицо ваше обращает на
себя всеобщее внимание… Он доволен тогда только, когда лицо ваше, действительно, бледнеет
от смущения и внутренней тревоги. Фарсёр умышленно
толкает вас на улице, и говорит, прикидываясь раздраженным...
Ошибка гуманизма была совсем не в том, что он слишком утверждал человека, что он
толкал на путь человекобожества, как часто утверждалось в русской религиозной мысли, а в том, что он недостаточно, не до конца утверждал человека, что он не мог гарантировать независимость человека
от мира и заключал в
себе опасность порабощения человека обществу и природе.
— Поет, прыгает… кровь-то, известное дело, играет в ней. Кто первый подвернется… Я небось вижу
от себя, из своей каморки… что ни день — они ее
толкают и
толкают в самую-то хлябь. И все прахом пойдет. Горбунья и братца-то по миру пустит, только бы ей властвовать. А у него, у Ивана-то Захарыча, голова-то, сами, чай, изволите видеть, не больно большой умственности.
Путь пишущего
от начала до конца усыпан тернием, гвоздями и крапивой, а потому здравомыслящий человек всячески должен отстранять
себя от писательства. Если же неумолимый рок, несмотря на все предостережения,
толкнет кого-нибудь на путь авторства, то для смягчения своей участи такой несчастный должен руководствоваться следующими правилами...
Очнувшись, он увидел
себя в своей постели, раздетым, увидел графин с водой и Павла, но
от этого ему не было ни прохладнее, ни мягче, ни удобнее. Ноги и руки по-прежнему не укладывались, язык прилипал к небу, и слышалось всхлипыванье чухонской трубки… Возле кровати,
толкая своей широкой спиной Павла, суетился плотный чернобородый доктор.
Евлампий Григорьевич не отстал
от привычки называть его «дяденькой» и у
себя на больших обедах, что коробило Марью Орестовну. Он не рассчитывал на завещание дяди, хотя у того наследниками состояли только дочери и фирме грозил переход в руки «Бог его знает какого» зятя. Но без дяди он не мог вести своей политики.
От старика Взломцева исходили идеи и
толкали племянника в известном направлении.
Его не жалела жена. Берта подавала ей разные части туалета. Марья Орестовна надевала манжеты, а губы ее сжимались, и мысль бегала
от одного соображения к другому. Наконец-то она вздохнет свободно… Да. Но все пойдет прахом… К чему же было строить эти хоромы, добиваться того, что ее гостиная стала самой умной в городе, зачем было
толкать полуграмотного «купеческого брата» в персонажи? Об этом она уже достаточно думала. Надо по-другому начать жить. Только для
себя…
Сначала попав сюда из освещенных в это раннее утро электрическими рожками комнат, она не могла ничего различить в двух шагах
от себя. Но вот забелелась какая-то дверь направо и Даша,
толкнув ее, переступила порог комнаты.
Илья Андреич проглатывал слюни
от удовольствия и
толкал Пьера, но Пьеру захотелось также говорить. Он выдвинулся вперед, чувствуя
себя одушевленным, сам не зная еще чем и сам не зная еще, чтò он скажет. Он только что открыл рот, чтобы говорить, как один сенатор, совершенно без зубов, с умным и сердитым лицом, стоявший близко
от оратора, перебил Пьера. С видимою привычкой вести прения и держать вопросы, он заговорил тихо, но слышно...