Неточные совпадения
— Были, ma chère. Они нас звали с мужем обедать, и мне сказывали, что соус на этом обеде
стоил тысячу рублей, — громко говорила княгиня Мягкая, чувствуя, что все ее слушают, — и очень гадкий соус, что-то зеленое. Надо было их позвать, и я сделала соус на восемьдесят пять
копеек, и все были очень довольны. Я не могу делать тысячерублевых соусов.
Деньги — есть, но — деньги тают: сегодня рубль
стоит сорок три
копейки.
— Начали воевать — рубль
стоил 80
копеек на золото, а сейчас уже 62 и обнаруживает тенденцию опуститься до полтинника. Конечно, «нет худа без добра», дешевый рубль тоже способен благотворно отразиться… но все-таки, знаете… Финансовая политика нашего министерства… не отличается особенной мудростью. Роль частных банков слишком стеснялась.
Зато занятия ее совершенно соответствовали ее виду: она каталась сама на лодке, гребя веслом искуснее всякого рыболова; стреляла дичь;
стояла неотлучно над косарями; знала наперечет число дынь и арбузов на баштане; брала пошлину по пяти
копеек с воза, проезжавшего через ее греблю; взлезала на дерево и трусила груши, била ленивых вассалов своею страшною рукою и подносила достойным рюмку водки из той же грозной руки.
Минеральная-то вода
стоит тридцать
копеек, а кувшинов-то надо выпить, может быть, сорок.
Обиду эту он почувствовал в первый раз, когда на Рождество их, ребят, привели на елку, устроенную женой фабриканта, где ему с товарищами подарили дудочку в одну
копейку, яблоко, золоченый орех и винную ягоду, а детям фабриканта — игрушки, которые показались ему дарами волшебницы и
стоили, как он после узнал, более 50 рублей.
Маслова достала из калача же деньги и подала Кораблевой купон. Кораблева взяла купон, посмотрела и, хотя не знала грамоте, поверила всё знавшей Хорошавке, что бумажка эта
стоит 2 рубля 50
копеек, и полезла к отдушнику за спрятанной там склянкой с вином. Увидав это, женщины — не-соседки по нарам — отошли к своим местам. Маслова между тем вытряхнула пыль из косынки и халата, влезла на нары и стала есть калач.
Чиновник уселся на тумбу около башни. Небритый и грязный цирюльник мигнул вихрастому мальчишке, тот схватил немытую банку из-под мази, отбежал, черпнул из лужи воды и подал. Здесь бритье
стоило три
копейки, а стрижка — пять.
Трактир этот славился расстегаями с мясом. Расстегай во всю тарелку, толщиной пальца в три,
стоит пятнадцать
копеек, и к нему, за ту же цену, подавалась тарелка бульона.
Вода, жар и пар одинаковые, только обстановка иная. Бани как бани! Мочалка — тринадцать, мыло по одной
копейке. Многие из них и теперь
стоят, как были, и в тех же домах, как и в конце прошлого века, только публика в них другая, да старых хозяев, содержателей бань, нет, и память о них скоро совсем пропадет, потому что рассказывать о них некому.
Обед из двух блюд с куском говядины в супе
стоил семнадцать
копеек, а без говядины одиннадцать
копеек. На второе — то котлеты, то каша, то что-нибудь из картошки, а иногда полная тарелка клюквенного киселя и стакан молока. Клюква тогда
стоила три
копейки фунт, а молоко две
копейки стакан.
Извозчик в трактире и питается и согревается. Другого отдыха, другой еды у него нет. Жизнь всухомятку. Чай да требуха с огурцами. Изредка стакан водки, но никогда — пьянства. Раза два в день, а в мороз и три, питается и погреется зимой или высушит на себе мокрое платье осенью, и все это удовольствие
стоит ему шестнадцать
копеек: пять
копеек чай, на гривенник снеди до отвала, а
копейку дворнику за то, что лошадь напоит да у колоды приглядит.
Лавчонка была крохотная, так что старик гигант Алексей Ермилыч едва поворачивался в ней, когда приходилось ему черпать из бочки ковши рассола или наливать из крана большую кружку квасу. То и другое
стоило по
копейке.
Обедали в столовых или питались всухомятку. Вместо чая заваривали цикорий, круглая палочка которого, четверть фунта,
стоила три
копейки, и ее хватало на четверых дней на десять.
— Вы едете к страшному человеку. Остерегайтесь его и удаляйтесь как можно более. Если он вас полюбит, плохая вам рекомендация; если же возненавидит, так уж он вас доедет, клеветой, ябедой, не знаю чем, но доедет, ему это ни
копейки не
стоит.
В несколько дней было открыто двадцать больниц, они не
стоили правительству ни
копейки, все было сделано на пожертвованные деньги.
— Чему же вы удивляетесь? — возразил доктор. — Цель всякой речи убедить, я и тороплюсь прибавить сильнейшее доказательство, какое существует на свете. Уверьте человека, что убить родного отца ни
копейки не будет
стоить, — он убьет его.
— Вам ни
копейки не
стоит знать, — отвечал он, — верю я магнетизму или нет, а хотите, я вам расскажу, что я видел по этой части.
— Вы продаете коляску, мне нужно ее, вы богатый человек, вы миллионер, за это вас все уважают, и я потому пришел свидетельствовать вам мое почтение; как богатый человек, вам ни
копейки не
стоит, продадите ли вы коляску или нет, мне же ее очень нужно, а денег у меня мало.
— Вам это ни
копейки не
стоит, — отвечал доктор, — за кого я вас принимаю, а дело в том, что я шестой год веду книжку, и ни один человек еще не заплатил в срок, да никто почти и после срока не платил.
— Отчего же вы не берете? Вам это ни
копейки не
стоит.
Ко всякому слову прибавлял он: «Ни
копейки не
стоит». Я раз шутя заметил ему это повторение.
Лет 20 назад беличья шкурка
стоила 20
копеек. По мере спроса на ее мех цена на него возрастала и ныне доходит до трех рублей за штуку.
— Да ведь метла, Игнатий Львович,
стоит у нас
копейку.
Ступни продавал, две порции говядины за ступни, а это четыре
копейки стоит.
Но он выбежал из воксала и очнулся только пред лавкой ножовщика в ту минуту, как
стоял и оценивал в шестьдесят
копеек один предмет, с оленьим черенком.
«Конечно, в шестьдесят
копеек, не
стоит больше!» — подтвердил он теперь, и засмеялся.
Но была и особенная причина, почему ему уж так очень захотелось проверить,
стоял ли он тогда перед лавкой: в числе вещей, разложенных напоказ в окне лавки, была одна вещь, на которую он смотрел и которую даже оценил в шестьдесят
копеек серебром, он помнил это, несмотря на всю свою рассеянность и тревогу.
— А вот и знаю!.. Почему, скажи-ка, по ту сторону гор, где и земли хуже, и народ бедный, и аренды большие, — там народ не голодует, а здесь все есть, всего бог надавал, и мужик-пшеничник голодует?.. У вас там Строгановы берут за десятину по восемь рублей аренды, а в казачьих землях десятина
стоит всего двадцать
копеек.
Самых отчаянных, самых отважных сорванцов, каким жизнь
копейка, а спина и полушки не
стоит, набирали они на астраханских пристанях да по рыбным ватагам, ихними руками и жар загребали.
—
Постой, погоди! — спешно перебил Смолокуров. — Денек-другой подожди, не езди к Орошину… Может, я сам тебе это дельце облажу… Дай только сроку… Только уж наперед тебе говорю — что тут ни делай, каких штук ни выкидывай — а без убытков не обойтись. По рублю по двадцати
копеек и думать нечего взять.
В дни голодовок, — а ему приходилось испытывать их неоднократно, — он приходил сюда на базар и на жалкие, с трудом добытые гроши покупал себе хлеба и жареной колбасы. Это бывало чаще всего зимою. Торговка, укутанная во множество одежд, обыкновенно сидела для теплоты на горшке с угольями, а перед нею на железном противне шипела и трещала толстая домашняя колбаса, нарезанная кусками по четверть аршина длиною, обильно сдобренная чесноком. Кусок колбасы обыкновенно
стоил десять
копеек, хлеб — две
копейки.
Правда, она умела сварить жирные щи, такие густые, что в них ложка
стояла торчком, приготовить огромные, неуклюжие, бесформенные котлеты и довольно быстро освоилась под руководством Лихонина с великим искусством заваривания чая (в семьдесят пять
копеек фунт), но дальше этого она не шла, потому что, вероятно, каждому искусству и для каждого человека есть свои крайние пределы, которых никак не переступишь.
Обыкновенно полугодовую квартиру, одну комнату с передней или без нее, нанимали с отоплением и мебелью за двадцать-тридцать рублей. Обед на двоих
стоил тогда от четырех до шести рублей в месяц. Какой это был обед — не спрашивайте! Но такой едой довольствовались две трети студенчества, остальная треть ела в кнейпах и в «ресторациях» (Restauration) с ценами порций от пятнадцати до тридцати
копеек.
— Нет, не беспокойся, спрячь деньги назад, — сказала Лизавета Александровна, — это дело не будет
стоить тебе ни
копейки.
M-me Гартунг была сердита на Замина и Петина за то, что они у нее около года
стояли и почти ни
копейки ей не заплатили: она едва выжила их из квартиры.
И вот во время уже проповеди подкатила к собору одна дама на легковых извозчичьих дрожках прежнего фасона, то есть на которых дамы могли сидеть только сбоку, придерживаясь за кушак извозчика и колыхаясь от толчков экипажа, как полевая былинка от ветра. Эти ваньки в нашем городе до сих пор еще разъезжают. Остановясь у угла собора, — ибо у врат
стояло множество экипажей и даже жандармы, — дама соскочила с дрожек и подала ваньке четыре
копейки серебром.
— Я еще его не поил-с, да и денег таких он не
стоит, со всеми его тайнами, вот что они для меня значат, не знаю, как для вас. Напротив, это он деньгами сыплет, тогда как двенадцать дней назад ко мне приходил пятнадцать
копеек выпрашивать, и это он меня шампанским поит, а не я его. Но вы мне мысль подаете, и коли надо будет, то и я его напою, и именно чтобы разузнать, и может, и разузнаю-с… секретики все ваши-с, — злобно отгрызнулся Липутин.
Прежде всего они удостоверились, что у нас нет ни чумы, ни иных телесных озлоблений (за это удостоверение нас заставляют уплачивать в петербургском германском консульстве по 75
копеек с паспорта, чем крайне оскорбляются выезжающие из России иностранцы, а нам оскорбляться не предоставлено), а потом сказали милостивое слово: der Kurs 213 пф., то есть русский рубль с лишком на марку
стоит дешевле против нормальной цены.
— Эка штука деньги! — думает Порфирка, — а у меня их всего два гривенника. Вот, мол, кабы этих гривенников хошь эко место, завел бы я лавочку, накупил бы пряников. Идут это мальчишки в школу, а я им: «Не побрезгуйте, честные господа, нашим добром!» Ну, известно, кой пряник десять
копеек стоит, а ты за него шесть пятаков.
Разговаривая с ней за ужином, я вижу, как этот взор беспрестанно косит во все стороны, и в то время, когда, среди самой любезной фразы, голос ее внезапно обрывается и принимает тоны надорванной струны, я заранее уж знаю, что кто-нибудь из приглашенных взял два куска жаркого вместо одного, или что лакеи на один из столов, где должно
стоять кагорское, ценою не свыше сорока
копеек, поставил шато-лафит в рубль серебром.
Об ину пору, особливо зимой, пуд говядины только двадцать
копеек стоит; конечно, говядина арестантская — так она и называется, — однако все-таки жить можно.
— Не за
копейку надо
стоять, а — за справедливость, — вот! Дорога нам не
копейка наша, — она не круглее других, но — она тяжеле, — в ней крови человеческой больше, чем в директорском рубле, — вот! И не
копейкой дорожим, — кровью, правдой, — вот!
Другой раз было со мною так. Мы рядами
стояли в гимназической церкви у обедни. Мой сосед со смехом сунул мне в руку три
копейки.
Бабушка мне подарила новенькую полушку. Блестящая крохотная монетка, на ней написано: «1/4
копейки». Полюбовался. Стал думать, — что с нею делать. Опустить в копилку? Не
стоит. На четверть
копейки больше, меньше, — не все равно? И что на нее купишь?
Коробочка оловянных солдатиков
стоит сорок
копеек.
Какое дело Крутицыну до того, что в городе Глазове пара рябчиков
стоит семь
копеек серебром?
Авдей не прекословит. Вязанку за вязанкой он перетаскивает сено во двор к мироеду и получает расчет. В городе сено тридцать
копеек стоит, мироед дает двадцать пять:"Экой ты, братец! поехал бы в город — наверное, больше пяти
копеек на пуд истряс бы!"
— Вот, друг мой Елена, — сказал я, подходя к ней, — в таких клочьях, как ты теперь, ходить нельзя. Я и купил тебе платье, буднишнее, самое дешевое, так что тебе нечего беспокоиться; оно всего рубль двадцать
копеек стоит. Носи на здоровье.
Я видел, что она положила на прилавок деньги и ей подали чашку, простую чайную чашку, очень похожую на ту, которую она давеча разбила, чтоб показать мне и Ихменеву, какая она злая. Чашка эта
стоила, может быть,
копеек пятнадцать, может быть, даже и меньше. Купец завернул ее в бумагу, завязал и отдал Нелли, которая торопливо с довольным видом вышла из лавочки.