Неточные совпадения
— Такой приказ, так уж, видно, следует, — сказал швейцар и прибавил к тому слово: «да». После чего
стал перед ним совершенно непринужденно, не сохраняя того
ласкового вида, с каким прежде торопился снимать с него шинель. Казалось, он думал, глядя на него: «Эге! уж коли тебя бары гоняют с крыльца, так ты, видно, так себе, шушера какой-нибудь!»
Опять у него мурашки поползли по сердцу; опять что-то лишнее оказалось там; опять ее
ласковый и любопытный взгляд
стал жечь его. Она так грациозно оборотилась к нему, с таким беспокойством ждала ответа.
Аркадий оглянулся и увидал женщину высокого роста, в черном платье, остановившуюся в дверях залы. Она поразила его достоинством своей осанки. Обнаженные ее руки красиво лежали вдоль стройного
стана; красиво падали с блестящих волос на покатые плечи легкие ветки фуксий; спокойно и умно, именно спокойно, а не задумчиво, глядели светлые глаза из-под немного нависшего белого лба, и губы улыбались едва заметною улыбкою. Какою-то
ласковой и мягкой силой веяло от ее лица.
Он заметил, что, возвратясь из поездки, Марина
стала относиться к нему
ласковее, более дружески, без той иронии, которая нередко задевала его самолюбие. И это новое ее отношение усиливало неопределенные надежды его, интерес к ней.
Он и Елизавета Спивак запели незнакомый Климу дуэт, маленький музыкант отлично аккомпанировал. Музыка всегда успокаивала Самгина, точнее — она опустошала его, изгоняя все думы и чувствования; слушая музыку, он ощущал только
ласковую грусть. Дама пела вдохновенно, небольшим, но очень выработанным сопрано, ее лицо потеряло сходство с лицом кошки, облагородилось печалью, стройная фигура
стала еще выше и тоньше. Кутузов пел очень красивым баритоном, легко и умело. Особенно трогательно они спели финал...
Нередко вечерами, устав от игры, она
становилась тихонькой и, широко раскрыв
ласковые глаза, ходила по двору, по саду, осторожно щупая землю пружинными ногами и как бы ища нечто потерянное.
А через несколько дней мальчик почувствовал, что мать
стала внимательнее,
ласковей, она даже спросила его...
Жена прижалась плотнее к нему, ее высокий, несколько крикливый голос
стал еще мягче,
ласковее.
Подходя к комендантскому дому, мы увидели на площадке человек двадцать стареньких инвалидов с длинными косами и в треугольных шляпах. Они выстроены были во фрунт. Впереди стоял комендант, старик бодрый и высокого росту, в колпаке и в китайчатом халате. Увидя нас, он к нам подошел, сказал мне несколько
ласковых слов и
стал опять командовать. Мы остановились было смотреть на учение; но он просил нас идти к Василисе Егоровне, обещаясь быть вслед за нами. «А здесь, — прибавил он, — нечего вам смотреть».
Таковой
ласковый прием приятно изумил заседателя. Он отказался от водки и
стал слушать Кирила Петровича со всевозможным вниманием.
И Нехлюдову, после хорошего обеда, вина, за кофеем, на мягком кресле, среди
ласковых и благовоспитанных людей,
становилось всё более и более приятно.
Так что Наталья Ивановна была рада, когда поезд тронулся, и можно было только, кивая головой, с грустным и
ласковым лицом говорить: «прощай, ну, прощай, Дмитрий!» Но как только вагон отъехал, она подумала о том, как передаст она мужу свой разговор с братом, и лицо ее
стало серьезно и озабочено.
Добродушное,
ласковое лицо Бузовкина вдруг
стало грустным, и глаза его застлались какой-то пленкой.
— Что ты, Борюшка, видишь, как она весела, совсем другая
стала: живая, говорливая,
ласковая…
Чем менее Райский замечал ее, тем она была с ним
ласковее, хотя, несмотря на требование бабушки, не поцеловала его, звала не братом, а кузеном, и все еще не переходила на ты, а он уже перешел, и бабушка приказывала и ей перейти. А чуть лишь он открывал на нее большие глаза, пускался в расспросы, она
становилась чутка, осторожна и уходила в себя.
Потом в окно робко и тихонько, но всё
ласковее с каждым днем
стала заглядывать пугливая весна лучистым глазом мартовского солнца, на крыше и на чердаке запели, заорали кошки, весенний шорох проникал сквозь стены — ломались хрустальные сосульки, съезжал с конька крыши подтаявший снег, а звон колоколов
стал гуще, чем зимою.
Бывало — зайдет солнце, прольются в небесах огненные реки и — сгорят, ниспадет на бархатную зелень сада золотисто-красный пепел, потом всё вокруг ощутимо темнеет, ширится, пухнет, облитое теплым сумраком, опускаются сытые солнцем листья, гнутся травы к земле, всё
становится мягче, пышнее, тихонько дышит разными запахами,
ласковыми, как музыка, — и музыка плывет издали, с поля: играют зорю в лагерях.
Рассчитав, что услуга, оказанная накануне этим гостем, принесет на плохой конец полсотню тысяч, Марко Данилыч
стал к нему еще
ласковей, еще приветливее.
Встрепенулось в Дунином сердце дремавшее до тех пор неизведанное еще чувство любви — весь мир показался ей краше и веселее, и почувствовала она, что сама
стала добрее ко всем и
ласковее.
Отцовское письмо такое было
ласковое, такое тоскливое… И жаль
стало Дуне старика, положившего в нее душу свою. Одинокий, в тоске, в печалях, в заботах, быть может, больной!.. И никто ему не молвит приветного слова! Один, как перст, один-одинешенек…
— Пустое выдумал, — молвил Никифор Захарыч. — От добра добра не ищут, а у тебя добро под руками, только приневоль себя на первый раз, работай хоть в токарне, хоть в красильне. Верь, друг, месяца не пройдет, как Патап Максимыч
станет на тебя
ласковым оком глядеть. Поговорить, что ли, мне с ним?
Он обнял Любку за
стан и поглядел на нее
ласковыми, почти влюбленными глазами, хотя сам подумал сейчас же, что смотрит на нее, как отец или брат.
Но ведь он чуть не совсем забыл ее в слезовые дни ее замужества,
стал заботным и
ласковым лишь с той поры, как сделалась она вольной вдовой с большим капиталом…
Все эти
ласковые лица, которые меня так любят, — вдруг
стали неприступны; зашали я, и меня тотчас же унесут.
Только Прасковья Ивановна
стала несравненно
ласковее и добрее, как мне казалось.
И
стало ей жалко и совестно, и совладела она с своим страхом великиим и с своим сердцем робкиим девичьим, и заговорила она голосом твердыим: «Нет, не бойся ничего, мой господин добрый и
ласковый, не испугаюсь я больше твоего вида страшного, не разлучусь я с тобой, не забуду твоих милостей; покажись мне теперь же в своем виде давишнем; я только впервые испугалася».
Стала она его о том молить и просить; да зверь лесной, чудо морское не скоро на ее просьбу соглашается, испугать ее своим голосом опасается; упросила, умолила она своего хозяина
ласкового, и не мог он ей супротивным быть, и написал он ей в последний раз на стене беломраморной словесами огненными...
Тогда сели все они за столы дубовые, за скатерти браные, за яства сахарные, за пития медвяные;
стали есть, пить, прохлаждатися,
ласковыми речами утешатися.
И услышала она, ровно кто вздохнул, за беседкою, и раздался голос страшный, дикой и зычный, хриплый и сиплый, да и то говорил он еще вполголоса; вздрогнула сначала молодая дочь купецкая, красавица писаная, услыхала голос зверя лесного, чуда морского, только со страхом своим совладала и виду, что испужалася, не показала, и скоро слова его
ласковые и приветливые, речи умные и разумные
стала слушать она и заслушалась, и
стало у ней на сердце радошно.
Мне показалось даже, а может быть, оно и в самом деле было так, что все
стали к нам
ласковее, внимательнее и больше заботились о нас.
В несколько дней я как будто переродился;
стал жив, даже резов; к дедушке
стал бегать беспрестанно, рассказывать ему всякую всячину и сейчас попотчевал его чтением «Детского чтения», и все это дедушка принимал благосклонно; угрюмый старик также как будто
стал добрым и
ласковым стариком.
Всякий день ей готовы наряды новые богатые и убранства такие, что цены им нет, ни в сказке сказать, ни пером написать; всякой день угощенья и веселья новые, отменные; катанье, гулянье с музыкою на колесницах без коней и упряжи, по темным лесам; а те леса перед ней расступалися и дорогу давали ей широкую, широкую и гладкую, и
стала она рукодельями заниматися, рукодельями девичьими, вышивать ширинки серебром и золотом и низать бахромы частым жемчугом,
стала посылать подарки батюшке родимому, а и самую богатую ширинку подарила своему хозяину
ласковому, а и тому лесному зверю, чуду морскому; а и
стала она день ото дня чаще ходить в залу беломраморную, говорить речи
ласковые своему хозяину милостивому и читать на стене его ответы и приветы словесами огненными.
Изо всех окон свесились вниз милые девичьи головы, женские фигуры в летних ярких ситцевых одеждах. Мальчишки шныряют вокруг оркестра, чуть не влезая замурзанными мордочками в оглушительно рявкающий огромный геликон и разевающие рты перед ухающим барабаном. Все военные, попадающие на пути,
становятся во фронт и делают честь знамени. Старый, седой отставной генерал, с георгиевскими петлицами, стоя, провожает батальон глазами. В его лице
ласковое умиление, и по щекам текут слезы.
С Невского Крапчик свернул в Большую Морскую, прошел всю ее и около почтамта, приближаясь к одному большому подъезду, заметно начал утрачивать свое самодовольное выражение, вместо которого в глазах его и даже по всей фигуре
стала проглядывать некоторая робость, так что он, отворив осторожно тяжелую дверь подъезда, проговорил
ласковым голосом швейцару...
Сенатору наскучило слушать их служебные препирания, и он с
ласковой улыбкой
стал оглядывать прочее общество.
— Нет, не
стану; я ведь уж обедал! — отвечал тот, отворачиваясь и покраснев немного: такое
ласковое и бесцеремонное приглашение барина его сконфузило!
Слово участия и
ласковый тон вызвали в мальчике еще большую нервную вспышку плача. Тогда девочка присела около него на корточки; просидев так с полминуты, она тихо тронула его волосы, погладила его голову и затем, с мягкою настойчивостью матери, которая успокаивает наказанного ребенка, приподняла его голову и
стала вытирать платком заплаканные глаза.
Варвара Павловна сама скоро поняла, что от этой старухи толку не добьешься, и перестала заговаривать с нею; зато Марья Дмитриевна
стала еще
ласковей с своей гостьей; невежливость тетки ее рассердила.
Снова
стало тихо. Лошадь дважды ударила копытом по мягкой земле. В комнату вошла девочка-подросток с короткой желтой косой на затылке и
ласковыми глазами на круглом лице. Закусив губы, она несла на вытянутых руках большой, уставленный посудой поднос с измятыми краями и кланялась, часто кивая головой.
…Павел говорил все чаще, больше, все горячее спорил и — худел. Матери казалось, что когда он говорит с Наташей или смотрит на нее, — его строгие глаза блестят мягче, голос звучит
ласковее и весь он
становится проще.
То же и в гостях, когда где-нибудь встречались, она сначала еле разговаривала, сдвигала брови, как будто я ее чем-нибудь обидел, и только постепенно
становилась милой и
ласковой.
Прежде
ласковые и внимательные глаза членов редакции «Русского богатства»
стали теперь холодными и какими-то невидящими.
Много пробудили
Грез во мне былых
Эти переливы
Звуков удалых,
Сотен свеч возженных
Нестерпимый свет,
Скользко навощенный,
Блещущий паркет,
Жаркое дыханье.
Длинных кос размах,
Тихая улыбка
В любящих глазах,
Груди волнованье,
Голос молодой,
Стана трепетанье
Под моей рукой,
Бешеного вальса
Страстная волна,
Ласковые взоры…
Все — она, она…
— Да, я узнала об этом гораздо позднее. Дело было в том, что мы должны были жить только на доходы с имения. Отец
стал бывать дома еще реже, а когда приезжал, был мрачен и рассеян и скоро уезжал опять. Мать моя с каждым днем
становилась бледнее и плоше. Она старалась скрыть от меня свое горе. Но наконец ей
стало не под силу. Она делалась все слабее и слабее. У нее открылась чахотка, и когда мне исполнилось девятнадцать лет, она умерла, а, умирая, все звала меня, называя всевозможными
ласковыми именами.
И странно: чем более одолевала ее болезнь, тем мягче, тем
ласковее, тем открытее к нам
становилась Нелли.
Со мной же
стал такой
ласковый, такой милый.
Отчасти смущало ее порою только то, что среди
ласкового, веселого разговора муж ее вдруг, ни с того, ни с сего, на несколько мгновений
становился как-то тоскливо угрюм и озабочен, или вдруг нападала на него то непонятная рассеянность, то какая-то глубокая подавляющая дума.
Лицо Жихарева изумительно играет,
становясь то
ласковым и сконфуженным, то вдруг гордым, и — сурово хмурится; вот он чему-то удивился, ахнул, закрыл на секунду глаза, а открыв их, —
стал печален.
Но Ефимушка не был похож на нищего; он стоял крепко, точно коренастый пень, голос его звучал все призывнее, слова
становились заманчивее, бабы слушали их молча. Он действительно как бы таял
ласковой, дурманной речью.
Я слишком много
стал думать о женщинах и уже решал вопрос: а не пойти ли в следующий праздник туда, куда все ходят? Это не было желанием физическим, — я был здоров и брезглив, но порою до бешенства хотелось обнять кого-то
ласкового, умного и откровенно, бесконечно долго говорить, как матери, о тревогах души.