Неточные совпадения
Итак, мы
спускались с Гуд-горы в Чертову долину…
Молча
с Грушницким
спустились мы
с горы и прошли по бульвару, мимо окон дома, где скрылась наша красавица. Она сидела у окна. Грушницкий, дернув меня за руку, бросил на нее один из тех мутно-нежных взглядов, которые так мало действуют на женщин. Я навел на нее лорнет и заметил, что она от его взгляда улыбнулась, а что мой дерзкий лорнет рассердил ее не на шутку. И как, в самом деле, смеет кавказский армеец наводить стеклышко на московскую княжну?..
С горшками шёл Обоз,
И надобно
с крутой
горы спускаться.
— Вы все шутите, а мне-то каково! — вздохнув, заметил он,
спускаясь с нею
с горы.
Фрегат взберется на голову волны, дрогнет там на гребне, потом упадет на бок и начинает скользить
с горы,
спустившись на дно между двух бугров, выпрямится, но только затем, чтоб тяжело перевалиться на другой бок и лезть вновь на холм.
Дорогой навязавшийся нам в проводники малаец принес нам винограду. Мы пошли назад все по садам, между огромными дубами, из рытвины в рытвину, взобрались на пригорок и,
спустившись с него, очутились в городе. Только что мы вошли в улицу, кто-то сказал: «Посмотрите на Столовую
гору!» Все оглянулись и остановились в изумлении: половины
горы не было.
Мы шли улицей, идущей скатом, и беспрестанно оглядывались: скатерть продолжала
спускаться с неимоверной быстротой, так что мы не успели достигнуть середины города, как
гора была закрыта уже до половины.
Райский обогнул весь город и из глубины оврага поднялся опять на
гору, в противоположном конце от своей усадьбы.
С вершины холма он стал
спускаться в предместье. Весь город лежал перед ним как на ладони.
Спустились к Театральной площади, «окружили» ее по канату. Проехали Охотный, Моховую. Поднялись в
гору по Воздвиженке. У Арбата прогромыхала карета на высоких рессорах,
с гербом на дверцах. В ней сидела седая дама. На козлах, рядом
с кучером, — выездной лакей
с баками, в цилиндре
с позументом и в ливрее
с большими светлыми пуговицами. А сзади кареты, на запятках, стояли два бритых лакея в длинных ливреях, тоже в цилиндрах и
с галунами.
А пока
с шести утра до двенадцати ночи форейторы не сменялись — проскачут в
гору,
спустятся вниз и сидят верхом в ожидании вагона.
На следующий день мы выступили из Иолайзы довольно рано. Путеводной нитью нам служила небольшая тропка. Сначала она шла по
горам с левой стороны Фудзина, а затем, миновав небольшой болотистый лесок, снова
спустилась в долину. Размытая почва, галечниковые отмели и ямы — все это указывало на то, что река часто выходит из берегов и затопляет долину.
Спустившись с дерева, я присоединился к отряду. Солнце уже стояло низко над горизонтом, и надо было торопиться разыскать воду, в которой и люди и лошади очень нуждались. Спуск
с куполообразной
горы был сначала пологий, но потом сделался крутым. Лошади
спускались, присев на задние ноги. Вьюки лезли вперед, и, если бы при седлах не было шлей, они съехали бы им на голову. Пришлось делать длинные зигзаги, что при буреломе, который валялся здесь во множестве, было делом далеко не легким.
С рассветом казалось, что день будет пасмурный и дождливый, но к 10 часам утра погода разгулялась. Тогда мы увидели то, что искали. В 5 км от нас река собирала в себя все протоки. Множество сухих релок давало возможность подойти к ней вплотную. Но для этого надо было обойти болота и
спуститься в долину около
горы Кабарги.
От места слияния Ли-Фудзина
с Синанцей начинается Фудзин.
Горы с левой стороны состоят из выветрелого туфа и кварцевого порфира. Прилегающая часть долины покрыта лесом, заболоченным и заваленным колодником. Поэтому тропа здесь идет косогорами в полгоры, а через 2 км опять
спускается в долину.
Утром на следующий день я пошел осматривать пещеры в известковых
горах с правой стороны Арзамасовки против устья реки Угловой. Их две: одна вверху на
горе, прямая, похожая на шахту, длина ее около 100 м, высота от 2,4 до 3,6 м, другая пещера находится внизу на склоне
горы. Она
спускается вниз колодцем на 12 м, затем идет наклонно под углом 10°. Раньше это было русло подземной реки.
Все видели только, что
с той стороны,
с гор и оврагов, окружавших часовню,
спускались в город по утрам самые невероятные и подозрительные фигуры, которые в сумерки исчезали в том же направлении.
Дальше мы по нему не пошли и начали спуск в долину реки Сицы.
С большой
горы всегда надо
спускаться осторожно, не торопясь, иногда останавливаться.
Выбрав один из них, мы стали взбираться на хребет. По наблюдениям Дерсу, дождь должен быть затяжным. Тучи низко ползли над землей и наполовину окутывали
горы. Следовательно, на вершине хребта мы увидели бы только то, что было в непосредственной от нас близости. К тому же взятые
с собой запасы продовольствия подходили к концу. Это принудило нас на другой день
спуститься в долину.
Виллу Тургенева я довольно легко нашел на той Fremers-bergstrasse, которая
с тех годов вся обстроилась. Тогда это казалось еще"урочищем", довольно отдаленным от центра. Место для виллы Тургенев выбрал в ближайшем соседстве
с семейством Виардо, между двумя подъемами в
гору, фасадом на Fremersbergstrasse, а сзади сад
спускается к той дороге, что ведет к швейцарской ферме, где и тогда уже был"Molkenkur"(лечение молочной сывороткой)
с рестораном в лесу.
Гагин начал копаться в своих рисунках; я предложил Асе погулять со мною по винограднику. Она тотчас согласилась,
с веселой и почти покорной готовностью. Мы
спустились до половины
горы и присели на широкую плиту.
В зале по стенам
горели в простенках между окнами трехлапые бра, а
с потолка
спускалась люстра
с хрустальными дрожащими подвесками.
Егор Егорыч, занятый своими собственными мыслями и тому не придав никакого значения, направился со двора в сад, густо заросший разными деревьями,
с клумбами цветов и
с немного сыроватым, но душистым воздухом, каковой он и стал жадно вдыхать в себя, почти не чувствуя, что ему приходится все ниже и ниже
спускаться; наконец, сад прекратился, и перед глазами Егора Егорыча открылась идущая изгибом Москва-река
с виднеющимся в полумраке наступивших сумерек Девичьим монастырем, а
с другой стороны —
с чернеющими Воробьевыми
горами.
На соборной колокольне городка заблаговестили к поздней обедне, когда увидели, что
с горы из Воздвиженского стала
спускаться запряженная шестериком коляска Александры Григорьевны.
Дети, взявшись за руки, весело побежали к лавкам, а от них
спустились к фабрике, перешли зеленый деревянный мост и бегом понеслись в
гору к заводской конторе. Это было громадное каменное здание,
с такими же колоннами, как и господский дом. На площадь оно выступало громадною чугунною лестницей, — широкие ступени тянулись во всю ширину здания.
С горы спускается деревенское стадо; оно уж близко к деревне, и картина мгновенно оживляется; необыкновенная суета проявляется по всей улице; бабы выбегают из изб
с прутьями в руках, преследуя тощих, малорослых коров; девчонка лет десяти, также
с прутиком, бежит вся впопыхах, загоняя теленка и не находя никакой возможности следить за его скачками; в воздухе раздаются самые разнообразные звуки, от мычанья до визгливого голоса тетки Арины, громко ругающейся на всю деревню.
Жандармский ключ бежал по дну глубокого оврага,
спускаясь к Оке, овраг отрезал от города поле, названное именем древнего бога — Ярило. На этом поле, по семикам, городское мещанство устраивало гулянье; бабушка говорила мне, что в годы ее молодости народ еще веровал Яриле и приносил ему жертву: брали колесо, обвертывали его смоленой паклей и, пустив под
гору,
с криками,
с песнями, следили — докатится ли огненное колесо до Оки. Если докатится, бог Ярило принял жертву: лето будет солнечное и счастливое.
С Болоньи дорога начинает
спускаться извилинами по склону
гор в Тосканскую долину, где тянется вдоль живописного и быстрого Арно до самой Флоренции.
Прогулка Санина
с Марьей Николаевной, беседа Санина
с Марьей Николаевной продолжалась час
с лишком. И ни разу они не останавливались — все шли да шли по бесконечным аллеям парка, то поднимаясь в
гору и на ходу любуясь видом, то
спускаясь в долину и укрываясь в непроницаемую тень — и все рука
с рукой. Временами Санину даже досадно становилось: он
с Джеммой,
с своей милой Джеммой никогда так долго не гулял… а тут эта барыня завладела им — и баста!
Не
с росой ли ты
спустилась,
Не во сне ли ви-жу я,
Аль горя-чая моли-итва
Доле-тела до царя?
В торжественный и мирный час,
Когда грузинка молодая
С кувшином длинным за водой
С горы спускается крутой,
Вершины цепи снеговой
Светлолиловою стеной
На чистом небе рисовались,
И в час заката одевались
Они румяной пеленой...
Именинница, а
с ней вместе и все бывшие в комнате гости бросились к окнам, из которых было видно, как
с горы осторожно, словно трехглавый змей на чреве,
спускалась могучая тройка рослых буланых коней.
Следы вывели меня опять на седловину, а затем направились по отрогу к реке. Тут я наткнулся на совершенно свежий след молодого лося. Тогда я предоставил кабаргу в распоряжение росомахи, а сам отправился за сохатым. Он, видимо, почуял меня и пошел рысью под
гору. Скоро след привел меня к реке. Лось
спустился на гальку, покрытую снегом, оттуда перешел на остров, а
с острова — на другой берег.
Было поздно. На западе уже поблекла последняя полоска вечерней зари. На небе одна за другой зажглись яркие звезды. Казалось, будто вместе
с холодным и чистым сиянием их
спускалась на землю какая-то непонятная грусть, которую нельзя выразить человеческими словами. Мрак и тишина сливались
с ней и неслышными волнами заполняли распадки в
горах, молчаливый лес и потемневший воздух.
Выйдя из дому, я обрывом
спустилась к Куре, перешла мост и, взобравшись на
гору с противоположного берега, оглянулась назад. Весь
Гори был как на ладони. Вот наш дом, вот сад, вот старый густолиственный каштан под окном отца… старый каштан, посаженный еще при дедушке… Там за его ветвями спит он, мой папа, добрый, любимый… Он спит и не подозревает, что задумала его злая потара сакварела…
16 сентября,
спустившись с этой поднебесной, всех измучившей
горы в долину Муттен-Тал, отряд, предводительствуемый генералом Багратионом, недалеко от селения Муттен встретил передовой пост французов, расположенный за прилеском. Багратион приказал казакам обнять его
с боков и
с тылу, а отборных передовых из пехоты двинул прямо. В минуту неприятель был окружен и после упорной защиты разбит. До ста человек
с офицерами взято в плен и гораздо больше того убито.
Гора Сен-Готард была охраняема французами. Чудо-богатырей ничто не останавливало на пути —
с ними был их чудо-вождь Суворов. На высочайшие
горы пробирались они по узеньким тропинкам, по обрывам
спускались в глубокие пропасти, шли часто прямо по целине, без дороги, по пояс в воде переходили вброд быстрые горные реки.
Накануне Бородинского сражения Пьер, выехав из Можайска,
спускается пешком
с крутой
горы. Навстречу ему поднимается обоз
с ранеными, сзади
с песнями его нагоняет кавалерийский полк. «Все почти
с наивным детским любопытством смотрели на белую шляпу и зеленый фрак Пьера».
С горы спускалась линейка. Подъехала к фонтану. Высокий болгарин сошел, чтобы попоить лошадей. Катя
с удивлением и радостью узнала Афанасия Ханова. И он ее тоже узнал.
Вышли на террасу.
С горы по дороге
спускался высокий молодой офицер
с лентою патронов через плечо, в очень высоких сапогах со шпорами… В руке у него была винтовка, из-за пояса торчали две деревянные ручки ручных гранат. На
горе, на оранжевом фоне заходившего солнца, чернела казенная двуколка и еще две фигуры
с винтовками.
Они карабкались в
гору, цепляясь за колючие плети цветущих каперсов. И теперь вдруг кругом защелкало по камням, запылилось по сухой земле. Катя
с жадным любопытством оглянулась. Всадники, спешившись,
спускались в поперечный овраг, другие стреляли
с колена.
С черных вершин
гор в долину
спускались тучи и, точно крылатые кони, летели на город, обреченный смерти.
Лишь только
спустился он
с горы и, взяв несколько вбок от нее по большой дороге, готовился повернуть на тропу, как послышал за собою колокольчик.
Я тоже улегся рядом со спящими ветлугаями, любуясь звездным небом, начинавшим загораться золотыми отблесками подымавшейся за холмами луны. А
с горы, тихо поскрипывая,
спускался опять запоздалый воз, подходили пешеходы и, постояв на берегу или безнадежно выкрикнув раза два лодку, безропотно присоединялись к нашему табору, задержанному военною хитростью перевозчика Тюлина.
И полковница начала рассказывать, как ее выдали прямо
с институтской скамьи за какого-то гарнизонного полковника, как она убежала за границу
с молодым помещиком, как тот ее бросил, как она запила
с горя и,
спускаясь все ниже и ниже, дошла до трущобы…
Проколесивши большую половину ночи, беспрестанно сбиваясь
с дороги, выученной наизусть, они наконец
спустились с крутой
горы в долину, и философ заметил по сторонам тянувшийся частокол, или плетень,
с низенькими деревьями и выказывавшимися из-за них крышами.
Кругом были крутые обрывы. Мы сели верхом,
спустились на дорогу и поехали, пробираясь между стоявшими обозами. Проехали
с версту. Обозы стояли, как остановившийся на бегу поток.
Горели костры.
А захотелось ему в эту минуту, когда он
спускался к овражку, владеть землей, да не здесь, а на Волге,
с усадьбой на
горе,
с парком, чтобы в лесу была не одна сотня десятин, и рыбная ловля, и пчельник, и заливные луга, свой конский завод.
На самом краю сего оврага снова начинается едва приметная дорожка, будто выходящая из земли; она ведет между кустов вдоль по берегу рытвины и наконец, сделав еще несколько извилин, исчезает в глубокой яме, как уж в своей норе; но тут открывается маленькая поляна, уставленная несколькими высокими дубами; посередине в возвышаются три кургана, образующие правильный треугольник; покрытые дерном и сухими листьями они похожи
с первого взгляда на могилы каких-нибудь древних татарских князей или наездников, но, взойдя в середину между них, мнение наблюдателя переменяется при виде отверстий, ведущих под каждый курган, который служит как бы сводом для темной подземной галлереи; отверстия так малы, что едва на коленах может вползти человек, ко когда сделаешь так несколько шагов, то пещера начинает расширяться всё более и более, и наконец три человека могут идти рядом без труда, не задевая почти локтем до стены; все три хода ведут, по-видимому, в разные стороны, сначала довольно круто
спускаясь вниз, потом по горизонтальной линии, но галлерея, обращенная к оврагу, имеет особенное устройство: несколько сажен она идет отлогим скатом, потом вдруг поворачивает направо, и
горе любопытному, который неосторожно пустится по этому новому направлению; она оканчивается обрывом или, лучше сказать, поворачивает вертикально вниз: должно надеяться на твердость ног своих, чтоб спрыгнуть туда; как ни говори, две сажени не шутка; но тут оканчиваются все искусственные препятствия; она идет назад, параллельно верхней своей части, и в одной
с нею вертикальной плоскости, потом склоняется налево и впадает в широкую круглую залу, куда также примыкают две другие; эта зала устлана камнями, имеет в стенах своих четыре впадины в виде нишей (niches); посередине один четвероугольный столб поддерживает глиняный свод ее, довольно искусно образованный; возле столба заметна яма, быть может, служившая некогда вместо печи несчастным изгнанникам, которых судьба заставляла скрываться в сих подземных переходах; среди глубокого безмолвия этой залы слышно иногда журчание воды: то светлый, холодный, но маленький ключ, который, выходя из отверстия, сделанного, вероятно,
с намерением, в стене, пробирается вдоль по ней и наконец, скрываясь в другом отверстии, обложенном камнями, исчезает; немолчный ропот беспокойных струй оживляет это мрачное жилище ночи...
Что делалось в это время
с Лизой? Какое счастье внезапно упало на нее
с неба? Она сама не могла отдать себе отчета в том, что, как
с нею случилось. Голова ее кружилась,
горела… Она чувствовала, что несется на огненных крыльях в край неведомый, таинственный и не в силах
спуститься на землю, образумиться…