Неточные совпадения
Общественное
сознание, общественная воля должны быть направлены на выработку закала
личности.
Но в нашем буржуазно-обывательском слое не оказалось достаточно сильного нравственного гражданского
сознания, нравственной и гражданской подготовки
личности.
Идейность в политике связана с духовным углублением
личности, с воспитанием души целого народа, с
сознанием великой ответственности, а не с упрощением и схематизацией сложной исторической жизни.
Всякий слишком героический путь
личности русское православное
сознание признает гордыней, и идеологи русского православия готовы видеть в этом пути уклон к человекобожеству и демонизму.
Новая жизнь ожидалась исключительно от изменений социальной среды, от внешней общественности, а не от творческих изменений в
личности, не от духовного перерождения народа, его воли, его
сознания.
И лишь углубление мировоззрения может привести человеческую
личность, так трагически поставленную перед мировыми проблемами, к
сознанию своего мирового исторического, а не «частного» только призвания.
Но эта реальность совсем не означает какого-то коллектива, стоящего над
личностями, принадлежащими к церкви и обладающими своим
сознанием.
Россия — страна неслыханного сервилизма и жуткой покорности, страна, лишенная
сознания прав
личности и не защищающая достоинства
личности, страна инертного консерватизма, порабощения религиозной жизни государством, страна крепкого быта и тяжелой плоти.
У русского человека недостаточно сильно
сознание того, что честность обязательна для каждого человека, что она связана с честью человека, что она формирует
личность.
Этот дух, совсем не противоположный правде демократических программ, прежде всего требует личного и общественного перевоспитания, внутренней работы воли и
сознания, он ставит судьбу общественности в зависимость от внутренней жизни человеческой
личности, нации, человечества, космоса.
Личность, ипостась, не исчерпывается наличным
сознанием, которое есть лишь феномен или модус
личности, однако всякое содержание
сознания облечено формой ипостасности, переживается, как состояние
личности.
Внешняя принудительность истин веры не отвечала бы основным требованиям религиозного
сознания, и достоинству чтущего нашу свободу Божества не соответствовало бы насиловать нашу
личность, хотя бы даже логическим принуждением или насилием знания.
«Профессор» стоял у изголовья и безучастно качал головой. Штык-юнкер стучал в углу топором, готовя, с помощью нескольких темных
личностей, гробик из старых досок, сорванных с крыши часовни. Лавровский, трезвый и с выражением полного
сознания, убирал Марусю собранными им самим осенними цветами. Валек спал в углу, вздрагивая сквозь сон всем телом, и по временам нервно всхлипывал.
Сознание границ моей
личности, обостряющее личное
сознание, есть, вместе с тем,
сознание моего рабства у чуждого мне мира и моего восстания против него.
В сновидении ослаблена синтезирующая активность
сознания и из недр подсознательного порождаются смутные, не синтезированные в целостной
личности образы.
Принес
сознание конфликта
личности и мировой гармонии, индивидуального и общего, неразрешимого в пределах истории.
В действительности, метафизически, я более крайний противник коммунизма, чем представители разных течений эмиграции, по состоянию своего
сознания коллективистических, признающих примат коллектива, общества и государства над
личностью.
В
личности, в личном
сознании, которое для него есть животное
сознание, он видит величайшее препятствие для осуществления совершенной жизни, для соединения с Богом.
Огромное, основоположное значение для дальнейшей истории русского
сознания имеет то, что у Белинского бунт
личности против мировой истории и мировой гармонии приводит его к культу социальности.
Социализм и анархизм, декадентство и мистика, разочарование в науке и пустота новейшей философии, небывалое еще ощущение
личности и
сознание неизбежности нового общества, мучительное обострение проблемы пола — все это ведет к какому-то пределу, к таинственному еще разрешению.
Современная философия — философия иллюзионистическая по преимуществу, ее гносеология отвергает не только реальность отношения к бытию, но и само бытие, лишает человека изначального
сознания свободы, свободы безмерной и безосновной, разлагает
личность на дробные части, отвергая ее изначальную субстанциональность.
Наша современная религиозная драма и религиозная жажда связана с болезненным, истонченным ощущением
личности, требующим высшего
сознания.
Личное самосознание и есть христианское самосознание, есть
сознание единственности и неповторяемости своей
личности в неразрывной связи с единственностью и неповторяемостью Христа.
Ни природа реальности, ни природа свободы, ни природа
личности не могут быть постигнуты рационалистически, идеи эти и предметы эти вполне трансцендентны для всякого рационалистического
сознания, всегда представляют иррациональный остаток.
Ни в одной из этих религий не только не было надежды на спасение
личности, но не было даже
сознания безусловного значения
личности.
Человеческая
личность, как Божья идея, как Божий образ, есть центр этического
сознания, верховная ценность.
Лишь в эпоху эллинистическую, ко времени явления Христа в религиозном
сознании иудаизма духовный элемент начинает освобождаться от власти элемента натуралистического, что означает высвобождение
личности, выход ее из растворенности в родовой, народной жизни.
Сознание лично и вырабатывает
личность, но оно также соборно, сверхлично, социально в метафизическом смысле слова.
Обыденность (man sagt, on dit, говорят) есть охлаждение творческого огня жизни, и нравственное
сознание в обыденности всегда определяется не тем, что думает сама
личность, а тем, что думают другие, не своей совестью, а чужой совестью.
Между тем как основной вопрос познания есть вопрос об отношении между трансцендентальным
сознанием или гносеологическим субъектом и человеком, живой и конкретной человеческой
личностью.
Но этика, основанная на
сознании достоинства
личности и духа, должна признать безнравственным соединение мужчины и женщины, поставившее себе исключительной целью продолжение рода, деторождение.
Корни человеческого существа уходят в добытийственную бездну, в бездонную, меоническую свободу, и в борьбе за
личность, за Божью идею человек должен был вырабатывать
сознание с его границами, освещать тьму, проводить через цензуру
сознания подсознательные влечения и инстинкты.
Освобождение от адского кошмара и мучительных грез, которые есть пребывание между бытием и небытием, есть или победа целостного
сознания (можно сказать, и сверхсознания)
личности, возвращение ее к истинному бытию и переход ее в вечность, или окончательное уничтожение раздробленного
сознания и переход к окончательному небытию.
Еврейскому народу свойственно было
сознание бессмертия народа, т. е. рода, вида, а не
личности.
Нравственное
сознание предполагает дуализм, противопоставление нравственной
личности и злого мира, злого мира вокруг себя и в самом себе.
Вот я и спрашиваю, в чем благодатное, просветляющее действие трансцендентального
сознания гносеологического субъекта или мирового духа на человека, на живую, конкретную
личность, как раскрывается сила и прочность познания в человеке, и притом в данном человеке, а не в сфере внечеловеческой.
И
сознание в этом смысле играет и положительную и отрицательную роль в выработке человека, человеческой
личности.
Этика принуждена дать двойной ответ на вопрошание о войне: должно стремиться всеми силами к предупреждению войны, к укреплению нравственного
сознания, неблагоприятного для войн и осуждающего их, к созданию социальных условий, не вызывающих необходимости войн, но, когда война началась и ее уже нельзя остановить,
личность не может сбрасывать с себя ее бремя, выйти из общей ответственности, из круговой поруки, она должна принять на себя вину войны во имя высших целей, но изживать ее трагически, как ужас и рок.
Для нравственного
сознания всегда существует неизбывный трагический конфликт между
личностью и обществом, между
личностью и семьей, между
личностью и государством, между
личностью и
личностью.
Сознание само по себе не есть еще достижение цельности
личности.
Индусское
сознание не знает любви, потому что не знает
личности, потому что исповедует метафизику тождества.
Христианство прежде всего очень повысило
сознание бесконечной ценности всякой человеческой души, человеческой жизни, человеческой
личности, а значит, и бесконечной ценности души, жизни и
личности грешника и «злого».
Греческое
сознание никогда не преодолело окончательно власти города-государства над
личностью.
А только достижением цельности
личности можно бороться с теми раздробленными клочьями
сознания, которые ввергают в ад.
Экзистенциальный центр церкви и соборного
сознания находится в каждой
личности и в
личности Христа, именно в богочеловеческой
личности Христа, но не в каком-то коллективе, не в каком-то организме, воплощающем всеединство.
Можно было бы сказать, что
сознание Бога как
личности предшествовало
сознанию человека как
личности.
Для
личности характерно, что она не может быть самодовлеющей и самодостаточной, для её существования необходимо другое, высшее, равное и низшее, без этого невозможно
сознание различения.
Если верно монистическое понимание бытия, если такому бытию принадлежит примат, то
личности нет и непонятно даже возникновение
сознания о ней.
Для Лейбница сущность
личности есть
сознание самого себя, т. е. образ
личности связан с
сознанием.
Личность из глубины созидает своё
сознание, как укрепление, как границу, препятствующую смешению и растворению, но
сознание может препятствовать наполнению моей
личности универсальным содержанием, мешать общению с космическим целым.