Неточные совпадения
Но куклы даже в эти годы
Татьяна в
руки не брала;
Про вести города, про моды
Беседы с нею не вела.
И были детские проказы
Ей чужды: страшные рассказы
Зимою в темноте ночей
Пленяли больше сердце ей.
Когда же няня
собиралаДля Ольги на широкий луг
Всех маленьких ее подруг,
Она в горелки не играла,
Ей скучен был и звонкий смех,
И шум их ветреных утех.
Прежде, покамест был помоложе, так мне казалось, что все дело в деньгах, что если бы мне в
руки сотни тысяч, я бы осчастливил множество: помог бы бедным художникам, завел бы библиотеки, полезные заведения,
собрал бы коллекции.
Бывшие ученики его, умники и остряки, в которых ему мерещилась беспрестанно непокорность и заносчивое поведение, узнавши об жалком его положении,
собрали тут же для него деньги, продав даже многое нужное; один только Павлуша Чичиков отговорился неимением и дал какой-то пятак серебра, который тут же товарищи ему бросили, сказавши: «Эх ты, жила!» Закрыл лицо
руками бедный учитель, когда услышал о таком поступке бывших учеников своих; слезы градом полились из погасавших очей, как у бессильного дитяти.
Он нагнулся к камню, схватился за верхушку его крепко, обеими
руками,
собрал все свои силы и перевернул камень.
— Между тем поверенный этот управлял большим имением, — продолжал он, — да помещик отослал его именно потому, что заикается. Я дам ему доверенность, передам планы: он распорядится закупкой материалов для постройки дома,
соберет оброк, продаст хлеб, привезет деньги, и тогда… Как я рад, милая Ольга, — сказал он, целуя у ней
руку, — что мне не нужно покидать тебя! Я бы не вынес разлуки; без тебя в деревне, одному… это ужас! Но только теперь нам надо быть очень осторожными.
На сцене певица, блестя обнаженными плечами и бриллиантами, нагибаясь и улыбаясь,
собирала с помощью тенора, державшего ее за
руку, неловко перелетавшие через рампу букеты и подходила к господину с рядом по середине блестевших помадой волос, тянувшемуся длинными
руками через рампу с какою-то вещью, — и вся публика в партере, как и в ложах, суетилась, тянулась вперед, кричала и хлопала.
Свияжский сидел боком к столу, облокоченною
рукой поворачивая чашку, другою
собирая в кулак свою бороду и поднося ее к носу и опять выпуская, как бы нюхая.
Собрали мокрые пеленки; няня вынула ребенка и понесла его. Левин шел подле жены, виновато за свою досаду, потихоньку от няни, пожимая ее
руку.
Кити держала ее за
руку и с страстным любопытством и мольбой спрашивала ее взглядом: «Что же, что же это самое важное, что дает такое спокойствие? Вы знаете, скажите мне!» Но Варенька не понимала даже того, о чем спрашивал ее взгляд Кити. Она помнила только о том, что ей нынче нужно еще зайти к М-me Berthe и поспеть домой к чаю maman, к 12 часам. Она вошла в комнаты,
собрала ноты и, простившись со всеми, собралась уходить.
Вот он кончил наслаждаться телятиной, аккуратно, как парижанин,
собрал с тарелки остатки соуса куском хлеба, отправил в рот, проглотил, запил вином, благодарно пошлепал ладонями по щекам своим. Все это почти не мешало ему извергать звонкие словечки, и можно было думать, что пища, попадая в его желудок, тотчас же переваривается в слова. Откинув плечи на спинку стула, сунув
руки в карманы брюк, он говорил...
И вот,
собрали они в
руки своя первопотребные для жизни вещи и землю также и начали ехидно пользоваться ими, дабы удовлетворить любостяжание свое и корысть свою.
Принялся снова за котел — нет, тяжел! Что делать? Тут же не оставить! Вот,
собравши все силы, ухватился он за него
руками.
— О да, я сам был тогда еще молодой человек… Мне… ну да, мне было тогда сорок пять лет, а я только что сюда приехал. И мне стало тогда жаль мальчика, и я спросил себя: почему я не могу купить ему один фунт… Ну да, чего фунт? Я забыл, как это называется… фунт того, что дети очень любят, как это — ну, как это… — замахал опять доктор
руками, — это на дереве растет, и его
собирают и всем дарят…
Он с живостью
собрал все бумаги, кучей, в беспорядке сунул их в большой старый портфель — сделал «ух», как будто горбатый вдруг сбросил горб, и весело потер
рука об
руку.
Он
собрал нечеловеческие силы, задушил вопль собственной муки, поднял ее на
руки.
Я поспешно вылез наружу и невольно закрыл глаза
рукой. Кругом все белело от снега. Воздух был свежий, прозрачный. Морозило. По небу плыли разорванные облака; кое-где виднелось синее небо. Хотя кругом было еще хмуро и сумрачно, но уже чувствовалось, что скоро выглянет солнце. Прибитая снегом трава лежала полосами. Дерсу
собрал немного сухой ветоши, развел небольшой огонек и сушил на нем мои обутки.
Пока я
собирал такую охапку травы, что ее можно было взять в одну
руку, Дерсу успевал нарезать столько, что еле обхватывал двумя
руками.
Правой
рукой он
собирал раковины, а левой держался за палку.
— Нет, никогда, никогда! Он гадок, это отвратительно! Я не увижусь, пусть меня съедят, я брошусь из окна, я пойду
собирать милостыню… но отдать
руку гадкому, низкому человеку — нет, лучше умереть.
Тогда Фогт
собрал всех своих друзей, профессоров и разные бернские знаменитости, рассказал им дело, потом позвал свою дочь и Кудлиха, взял их
руки, соединил и сказал присутствовавшим...
Нас выпороли и наняли нам провожатого, бывшего пожарного, старичка со сломанной
рукою, — он должен был следить, чтобы Саша не сбивался в сторону по пути к науке. Но это не помогло: на другой же день брат, дойдя до оврага, вдруг наклонился, снял с ноги валенок и метнул его прочь от себя, снял другой и бросил в ином направлении, а сам, в одних чулках, пустился бежать по площади. Старичок, охая, потрусил
собирать сапоги, а затем, испуганный, повел меня домой.
На скорую
руку мы закусили холодным мясом, напились чаю и,
собрав котомки, пошли назад, к реке Нах-тоху.
На биваке костер горел ярким пламенем. Дерсу сидел у огня и, заслонив
рукой лицо от жара, поправлял дрова,
собирая уголья в одно место; старик Китенбу гладил свою собаку. Альпа сидела рядом со мной и, видимо, дрожала от холода.
Потом мы пошли к берегу и отворотили один камень. Из-под него выбежало множество мелких крабов. Они бросились врассыпную и проворно спрятались под другие камни. Мы стали ловить их
руками и скоро
собрали десятка два. Тут же мы нашли еще двух протомоллюсков и около сотни раковин береговичков. После этого мы выбрали место для бивака и развели большой огонь. Протомоллюсков и береговичков мы съели сырыми, а крабов сварили. Правда, это дало нам немного, но все же первые приступы голода были утолены.
Утром спать нам долго не пришлось. На рассвете появилось много мошкары: воздух буквально кишел ею. Мулы оставили корм и жались к биваку. На скорую
руку мы напились чаю,
собрали палатки и тронулись в путь.
Видно было, что ночевавшие
собирали всякий рухляк, какой попадался им под
руку, причем у одного из них сгорело одеяло.
— Где же вам помнить, матушка, — весело, радушно и почтительно говорил Марко Данилыч. — Вас и на свете тогда еще не было… Сам-от я невеличек еще был, как на волю-то мы выходили, а вот уж какой старый стал… Дарья Сергевна, да что же это вы, сударыня, сложа
руки стоите?.. Что дорогую гостью не потчуете? Чайку бы, что ли,
собрали!
— Погляжу я на вас, сударыня, как на покойника-то, на Ивана-то Григорьича, с лица-то вы похожи, — говорил Марко Данилыч, разглядывая Марью Ивановну. — Хоша я больно малешенек был, как родитель ваш в Родяково к себе в вотчину приезжал, а как теперь на него гляжу — осанистый такой был, из себя видный, говорил так важно… А душа была у него предобреющая. Велел он тогда
собрать всех нас, деревенских мальчишек и девчонок, и всех пряниками да орехами из своих
рук оделил… Ласковый был барин, добрый.
— Стой, крестный, не спеши. Поспешишь — насмешишь, — молвил Сергей Андреич, удерживая его за
руку. — Подожди до утра — сегодня ли, завтра ли деньги
собрать, все едино: платеж-от послезавтра еще… Много ль при тебе денег теперь?
Я начал было ободрять его, но он махнул
рукой и,
собравши картоны в охапку, бросил их на диван.
Это последнее обстоятельство объяснялось тем, что в народе прошел зловещий слух: паны взяли верх у царя, и никакой опять свободы не будет. Мужиков сгоняют в город и будут расстреливать из пушек… В панских кругах, наоборот, говорили, что неосторожно в такое время
собирать в город такую массу народа. Толковали об этом накануне торжества и у нас. Отец по обыкновению махал
рукой: «Толкуй больной с подлекарем!»
— Это для того, — говорит он серьезно, — что необходимо сначала очистить зелье, ибо
собирали его и приготовляли язычники-китайцы, и от их
рук чай поганый. В этом, по крайней мере, уверено все Замоскворечье. — Затем он опять наливает кипяток, но совсем немного, закутывает чайник толстой суконной покрышкой в виде петуха, для того чтобы настоялся лучше, и спустя несколько минут наливает его уже дополна. Эта церемония всегда смешит Зиночку.
— Спаси вас Господи и помилуй, — проговорила она, подходя к девушкам и смиренно придерживая одною
рукою полу ряски, а другою
собирая длинные шелковые четки с крестом и изящными волокнистыми кистями.
Адвокату «по неволе» сразу повезло счастье, и кроме очутившегося у него в
руках крупного родственного процесса, доставившего ему громадный гонорар, дела его, вообще, на первых порах пошли весьма ходко. Как артист в душе, Яков Осипович
собрал вокруг себя музыкальный кружок и делил свое время между письменным столом и роялем.
Сочинение это произвело, как и надо ожидать, страшное действие… Инспектор-учитель показал его директору; тот — жене; жена велела выгнать Павла из гимназии. Директор, очень добрый в сущности человек, поручил это исполнить зятю. Тот,
собрав совет учителей и бледный, с дрожащими
руками, прочел ареопагу [Ареопаг — высший уголовный суд в древних Афинах, в котором заседали высшие сановники.] злокачественное сочинение; учителя, которые были помоложе, потупили головы, а отец Никита произнес, хохоча себе под нос...
— Знаю, знаю, Дунюшка… Не разорваться тебе в сам-то деле!.. Руки-то твои золотые жалею… Ну,
собирай Илюшку, я его сейчас же и увезу с собой на Самосадку.
Это известие взволновало мать Енафу, хотя она и старалась не выдавать себя. В самом деле, неспроста поволоклась Фаина такую рань… Нужно было и самим торопиться. Впрочем, сборы были недолгие:
собрать котомки, взять палки в
руки — и все тут. Раньше мать Енафа выходила на могилку о. Спиридония с своими дочерьми да иноком Кириллом, а теперь захватила с собой и Аглаиду. Нужно было пройти пешком верст пятьдесят.
— Я знаю только одно, именно, что всё это шалости. Никогда вы не в состоянии исполнить ваших угроз, полных эгоизма. Никуда вы не пойдете, ни к какому купцу, а преспокойно кончите у меня на
руках, получая пенсион и
собирая ваших ни на что не похожих друзей по вторникам. Прощайте, Степан Трофимович.
В первое время, когда «Будильник» перешел к чиновнику В.Д. Левинскому, который забрал в свои
руки дело и начал вымарщивать копейки, сведя гонорар до минимума и посылая агентов
собирать объявления для журнала, еще держались старые редакционные традиции: были веселые «субботы» сотрудников.
Спорили, горячились, размахивая
руками, пили много чая, иногда Николай, под шум беседы, молча сочинял прокламации, потом читал товарищам, их тут же переписывали печатными буквами, мать тщательно
собирала кусочки разорванных черновиков и сжигала их.
Рано утром она вычистила самовар, вскипятила его, бесшумно
собрала посуду и, сидя в кухне, стала ожидать, когда проснется Николай. Раздался его кашель, и он вошел в дверь, одной
рукой держа очки, другой прикрывая горло. Ответив на его приветствие, она унесла самовар в комнату, а он стал умываться, расплескивая на пол воду, роняя мыло, зубную щетку и фыркая на себя.
Он
собрал свою бороду в
руку, посмотрел на нее и, отходя, сказал...
Ей хотелось обнять его, заплакать, но рядом стоял офицер и, прищурив глаза, смотрел на нее. Губы у него вздрагивали, усы шевелились — Власовой казалось, что этот человек ждет ее слез, жалоб и просьб.
Собрав все силы, стараясь говорить меньше, она сжала
руку сына и, задерживая дыхание, медленно, тихо сказала...
Я передал дальше. Через пять минут монета опять пришла ко мне. Гимназисты от скуки забавлялись тем, что не давали этим трем копейкам достигнуть своего Назначения. Я в это время
собирал на что-то деньги и опускал их в копилку. Зажал монету в
руке и стал ждать, скажет ли мой сосед: «Что ж не передаешь дальше?» Никто ничего не заметил. Я спустил деньгу в карман, а дома бросил в копилку.
Девушка торопливо вытерла своим платком протянутую мясистую ладонь, которая могла ее поднять на воздух, как перышко. Она слышала, как тяжело дышал ее собеседник, и опять
собрала около ног распустившиеся складки платья, точно защищаясь этим жестом от протянутой к ней сильной
руки. В это мгновенье она как-то сама собой очутилась в железных объятиях набоба, который задыхавшимся шепотом повторял ей...
— Устинов здесь, — тихо вымолвил Хвалынцев. Девушка, ничего не ответя, быстро
собрала шитье, надела на
руку баул и поднялась с места. Глаза ее встретились с глазами Хвалынцева.
Ее появление чрезвычайно сконфузило Жозефа, он залепетал было какие-то объяснения, но та, не слушая его, поблагодарила кондуктора, что он поберег ее спутника, и велела ему отпустить
руку Жозефа, а тому дала знак помогать ей
собирать находившиеся при ней дорожные мелочи ее багажа.
Глафира Васильевна сама знала, что нужно время, нужно оно было не для нее, а для Павла Николаевича, который хотел действовать осторожно и, раздув огонь,
собрать жар чужими
руками. На это и был здесь Висленев.
— Чудак! это прежде былины-то по деревням
собирали, а нынче за такое дело
руки к лопаткам и марш в холодную!
Старик жадно костлявой
рукою стал
собирать рассыпанные по столу золотые монеты и бережно укладывать их в ящик стола.