Неточные совпадения
Несмотря на то, что княгиня поцеловала руку бабушки, беспрестанно называла ее ma bonne tante, [моя добрая
тетушка (фр.).] я заметил, что бабушка была ею недовольна: она как-то особенно поднимала брови, слушая ее рассказ о том, почему князь Михайло никак не мог сам приехать поздравить бабушку, несмотря на сильнейшее желание; и, отвечая по-русски на французскую речь княгини, она сказала, особенно растягивая свои
слова...
— А! Иван Федорович! — закричал толстый Григорий Григорьевич, ходивший по двору в сюртуке, но без галстука, жилета и подтяжек. Однако ж и этот наряд, казалось, обременял его тучную ширину, потому что пот катился с него градом. — Что же вы говорили, что сейчас, как только увидитесь с
тетушкой, приедете, да и не приехали? — После сих
слов губы Ивана Федоровича встретили те же самые знакомые подушки.
— Кажется, вы сегодня опять намерены воевать со мной? — заметила она. — Только, пожалуйста, не громко, а то
тетушки поймают какое-нибудь
слово и захотят знать подробности: скучно повторять.
— Если б ma tante [
тетушка (фр.).] услыхала вас на этом
слове… «отступления от правил»… — заметила Софья.
— Посмотрю на тебя я, Дунюшка, какая ты стала неразговорчивая, — так начала Аграфена Петровна. — А давно ль, кажется, как жили мы здесь у
тетушки, с утра до́ ночи ты соловьем заливалась… Скажи по душе, по правде скажи мне по истинной, отчего такая перемена сталась с тобой? Отчего, моя милая, на
слова ты скупа стала?
Слово «прибьет» меня смутило; я не мог себе представить, чтоб
тетушка, которой жалко было комара раздавить, могла бить Матрешу.
Я многого не понимал, многое забыл, и у меня остались в памяти только отцовы
слова: «Не вмешивайся не в свое дело, ты все дело испортишь, ты все семейство погубишь, теперь Мироныч не тронет их, он все-таки будет опасаться, чтоб я не написал к
тетушке, а если пойдет дело на то, чтоб Мироныча прочь, то Михайлушка его не выдаст.
К вечеру, однако, я придумал себе вот какое оправдание: если маменька сама сказала мне, что я должен утаить от
тетушки, что входил в ее амбар, для того, чтоб она не побила Матрешу, то я должен утаить от матери
слова Параши, для того, чтоб она не услала ее в Старое Багрово.
Тетушка уговаривала нас не плакать и уверяла, что маменька здорова, что она скоро воротится и что ее ждут каждый день; но я был так убежден в моих печальных предчувствиях, что решительно не поверил тетушкиным
словам и упорно повторял один и тот же ответ: «Вы нарочно так говорите».
Она напомнила мне, какой перенесла гнев от моей матери за подобные
слова об
тетушках, она принялась плакать и говорила, что теперь, наверное, сошлют ее в Старое Багрово, да и с мужем, пожалуй, разлучат, если Софья Николавна узнает об ее глупых речах.
Дедушка открыл глаза, не говоря ни
слова, дрожащею рукой перекрестил нас и прикоснулся пальцами к нашим головам; мы поцеловали его исхудалую руку и заплакали; все бывшие в комнате принялись плакать, даже рыдать, и тут только я заметил, что около нас стояли все
тетушки, дядюшки, старые женщины и служившие при дедушке люди.
Ее муж бывал иногда как-то странен и даже страшен: шумел, бранился, пел песни и, должно быть, говорил очень дурные
слова, потому что обе
тетушки зажимали ему рот руками и пугали, что дедушка идет, чего он очень боялся и тотчас уходил от нас.
Произнося последние
слова, она бросала выразительные взгляды на
тетушку Татьяну Степановну, которая краснела и потупляла глаза и лицо в тарелку.
Впоследствии, когда мои
слова сделались известны всем
тетушкам, они заставляли меня повторять их (всегда без матери) и так хохотали, что приводили меня в совершенное изумление.
Слыша часто
слово «Парашино», я спросил, что это такое? и мне объяснили, что это было большое и богатое село, принадлежавшее тетке моего отца, Прасковье Ивановне Куролесовой, и что мой отец должен был осмотреть в нем все хозяйство и написать своей
тетушке, все ли там хорошо, все ли в порядке.
Впрочем, мать, бабушка и
тетушки знали, что пьяные люди идут вброд по полоям, а как я, наконец, сказал слышанные мною
слова, что старый Болтуненок «пропал, утонул», то несчастное событие вполне и для них объяснилось.
— Вот и в вашем доме, — продолжал он, — матушка ваша, конечно, ко мне благоволит — она такая добрая; вы… впрочем, я не знаю вашего мнения обо мне; зато ваша
тетушка просто меня терпеть не может. Я ее тоже, должно быть, обидел каким-нибудь необдуманным, глупым
словом. Ведь она меня не любит, не правда ли?
Еще в детстве она слыхала, что одна из ее grandes-tantes, princesse Nina, [
тетушек, княжна Нина (франц.).] убежала с каким-то разносчиком; ей рассказывали об этой истории, comme d’une chose sans nom, [как о неслыханной вещи (франц.).] и даже, из боязни запачкать воображение княжны, не развивали всех подробностей, а выражались общими
словами, что родственница ее сделала vilenie. [низость (франц.).]
— Когда здесь, в проезд государя, были маневры, она говорит, что слышала, как дрожали стекла от пушек, но произносить… я не слыхала ни звука, а
тетушка говорит, что она один раз слышала, как Вера грубо крикнула одно
слово… но Бог знает, было ли это
слово или просто непонятный звук…
Егор Антонович часто со мной — особенно в наши праздники. Я в их кругу провожу несколько усладительных минут. Если Малиновский в Питере, то скажите ему от меня что-нибудь. Всем, всем дядюшкам и
тетушкам поклоны. Может быть, из Иркутска скажу вам несколько
слов — adieu, adieu. Наградите щедро моего Привалова,он добр.
Несчастливцев. Ну, Аркадий,
тетушка моя женщина почтенная, строгая; я не хочу, братец, чтоб она знала, что я актер, да еще провинциальный. (Грозит пальцем.) Смотри, не проговорись; я Геннадий Демьяныч Гурмыжский, капитан в отставке или майор, уж как тебе угодно будет; одним
словом, я барин, а ты мой лакей.
Одно
слово, одно
слово, братец! Утопающий за соломинку хватается. Попросите
тетушку, может быть, она сжалится надо мной; теперь только тысячу рублей нужно, только тысячу.
— Сядьте и вы, Григорий Михайлыч, — сказала она Литвинову, который стоял, как потерянный, у двери. — Я очень рада, что еще раз вижусь с вами. Я сообщила
тетушке ваше решение, наше общее решение, она вполне его разделяет и одобряет… Без взаимной любви не может быть счастья, одного взаимного уважения недостаточно (при
слове"уважение"Литвинов невольно потупился) и лучше расстаться прежде, чем раскаиваться потом. Не правда ли, тетя?
В ту же минуту добрая
тетушка, Прасковья Ильинична, не вытерпела, бросила разливать чай и кинулась было ко мне лобызать меня; но я еще не успел ей сказать двух
слов, как тотчас же раздался визгливый голос девицы Перепелицыной, пропищавшей, что «видно, Прасковья Ильинична забыли-с маменьку-с (генеральшу), что маменька-с требовали чаю-с, а вы и не наливаете-с, а они ждут-с», и Прасковья Ильинична, оставив меня, со всех ног бросилась к своим обязанностям.
«Это пустое!» — вспомнилось ему, кинутые его женой, тогда невестой,
слова, когда он напомнил ей, что у
тетушки есть внучатые племянник и племянница.
Тетушка Глеба Алексеевича, Глафира Петровна Салтыкова, жила у Арбатских ворот. В Москве, даже в описываемое нами время, а не только теперь, не было ни Арбатских, ни Покровских, ни Тверских, ни Семеновских, ни Яузских, ни Пречистенских, ни Серпуховских, ни Калужских, ни Таганских ворот, в настоящем значении этого
слова. Сохранились только одни названия.
Он постепенно за неделю убедился, что она права в том, что тетушка-генеральша «похорохорится, похорохорится, да и в кусты», по образному выражению Дарьи Николаевны, так как никаких ни с какой стороны не было заметно враждебных действий, и даже при встрече с родственниками, он видел только их соболезнующие лица, насмешливые улыбки, но не слыхал ни одного резкого, неприятного
слова по его и его невесты адресу: о его предполагаемом браке точно не знали или не хотели знать — последнее, судя по выражению лиц родственников и даже просто знакомых, было правильнее.
Тетушка Анна, всегда точная, верная своему
слову, не сдержала, однако ж, своего обещания. Не было о ней ни слуху ни духу. Уже дедушка Кондратий выплел все свои сети и давно бродил вместе с сосновским стадом по полям, которые теперь зеленели; уже Дуня начинала меньше тосковать и часто даже с улыбкой поглядывала на своего сынишку, который теперь бегал; но
тетушка Анна все еще не выполняла своего обещания и не приходила навестить их.
Одним
словом,
тетушка Анна, как говорится, закалякалась и хватилась, что пора домой, тогда уже, когда на дворе было темнее, чем в погребе.
Во время объяснения его с Василием
тетушка Анна подсобила Дуне стать на ноги; поддерживая ее под руку, старушка повела ее к дому. Петр последовал за ними. Он оставил, однако ж, обеих женщин у завалинки и, не сказав им ни
слова, вошел в ворота.
— Словно сердце мое чуяло! — сказала
тетушка Анна, тоскливо качая головою (это были почти первые
слова ее после смерти мужа). — Тому ли учил его старик-ат… Давно ли, касатка… о-ох!.. Я и тогда говорила: на погибель на свою связался он с этим Захаром!.. Добре вот кого жаль, — заключила она, устремляя тусклые, распухшие глаза свои на ребенка, который лежал на руках Дуни.
Тетушка пригласила оба семейства погостить к себе в Подмосковную недели на две, дом у нее был огромный, сады большие, одним
словом, все удобства.
Словом — какой это ни был опрометчивый поступок, но
тетушка о нем не сожалела, так как она и вообще не сожалела никогда о том, что уже случилось, а держалась того правила: «что укоротишь — того не воротишь: надо с другого конца надшивать или надвязывать».
Исполнил ли Селиван свое обещание принести назад огарок, — этого я уже не видел, потому что мы с кузеном опять спали, но меня, однако, что-то тревожило. Сквозь сон я слышал иногда шушуканье
тетушки с няней и улавливал в этом шепоте чаще всего
слово «шкатулка».
Акулина. Куды? А велел
тетушку Марфу позвать. Позови, говорит, сестру ко мне. Я помру, говорит, нужно мне ей сказать
слово.
Дурнопечин. Не стыдно ли вам так отказываться от ваших
слов? Вы еще сказали, что дай бог
тетушке вечную память, — вот что вы говорили!
К сожалению, ваша теория воспитания для здоровья находит ещё многих представителей в отживающем поколении провинциальных, степных бабушек,
тётушек, нянюшек, которые встречают своего воспитанничка, приехавшего из университета,
словами: «батюшка ты наш! как тебя там измучили!
Тетушка, бывало, этих
слов слышать не может. Дядя ему и сказал: «Не огорчай так ее: она тебя любит и за тебя обещание сделала». А он рассмеялся и говорит тете...