Неточные совпадения
— Ведь я тебе на первых порах объявил. Торговаться я не охотник. Я тебе говорю опять: я не то, что другой помещик,
к которому ты подъедешь под самый
срок уплаты в ломбард. Ведь я вас знаю всех. У вас
есть списки всех, кому когда следует уплачивать. Что ж тут мудреного? Ему приспичит, он тебе и отдаст за полцены. А мне что твои деньги? У меня вещь хоть три года лежи! Мне в ломбард не нужно уплачивать…
— Я, конечно, не мог собрать стольких сведений, так как и сам человек новый, — щекотливо возразил Петр Петрович, — но, впрочем, две весьма и весьма чистенькие комнатки, а так как это на весьма короткий
срок… Я приискал уже настоящую, то
есть будущую нашу квартиру, — оборотился он
к Раскольникову, — и теперь ее отделывают; а покамест и сам теснюсь в нумерах, два шага отсюда, у госпожи Липпевехзель, в квартире одного моего молодого друга, Андрея Семеныча Лебезятникова; он-то мне и дом Бакалеева указал…
Одним словом, кончилось тем, что преступник присужден
был к каторжной работе второго разряда, на
срок всего только восьми лет, во уважение явки с повинною и некоторых облегчающих вину обстоятельств.
Потом, когда он получил деньги из деревни, братец пришли
к нему и объявили, что ему, Илье Ильичу, легче
будет начать уплату немедленно из дохода; что года в три претензия
будет покрыта, между тем как с наступлением
срока, когда документ
будет подан ко взысканию, деревня должна
будет поступить в публичную продажу, так как суммы в наличности у Обломова не имеется и не предвидится.
«Законное дело» братца удалось сверх ожидания. При первом намеке Тарантьева на скандалезное дело Илья Ильич вспыхнул и сконфузился; потом пошли на мировую, потом
выпили все трое, и Обломов подписал заемное письмо,
сроком на четыре года; а через месяц Агафья Матвеевна подписала такое же письмо на имя братца, не подозревая, что такое и зачем она подписывает. Братец сказали, что это нужная бумага по дому, и велели написать: «
К сему заемному письму такая-то (чин, имя и фамилия) руку приложила».
— Позвольте вам доложить, Петр Александрыч, что как вам
будет угодно, а в Совет
к сроку заплатить нельзя. Вы изволите говорить, — продолжал он с расстановкой, — что должны получиться деньги с залогов, с мельницы и с сена… (Высчитывая эти статьи, он кинул их на кости.) Так я боюсь, как бы нам не ошибиться в расчетах, — прибавил он, помолчав немного и глубокомысленно взглянув на папа.
А то, в бытность мою в Москве, затеял садку такую, какой на Руси не бывало: всех как
есть охотников со всего царства
к себе в гости пригласил и день назначил, и три месяца
сроку дал.
Клим тотчас же признал, что это сказано верно. Красота являлась непрерывным источником непрерывной тревоги для девушки, Алина относилась
к себе, точно
к сокровищу, данному ей кем-то на краткий
срок и под угрозой отнять тотчас же, как только она чем-нибудь испортит чарующее лицо свое. Насморк
был для нее серьезной болезнью, она испуганно спрашивала...
Он
был счастлив: он тоже отслужил годичный
срок и готовился уехать с губернатором
к семейству, в объятия супруги, а может
быть и супруг: у них многоженство не запрещено.
Но он просил назначить день, и когда адмирал назначил чрез два дня, Кавадзи прибавил, что
к этому
сроку и последние требованные адмиралом бумаги
будут готовы.
— Я вас сам
буду в кресле возить, но я уверен, что вы
к тому
сроку выздоровеете.
Очевидно, шел словесный турнир, в котором участвующие не понимали хорошенько, зачем и что они говорят. Заметно
было только с одной стороны сдерживаемое страхом озлобление, с другой — сознание своего превосходства и власти. Нехлюдову
было тяжело слушать это, и он постарался вернуться
к делу: установить цены и
сроки платежей.
Тетушки ждали Нехлюдова, просили его заехать, но он телеграфировал, что не может, потому что должен
быть в Петербурге
к сроку. Когда Катюша узнала это, она решила пойти на станцию, чтобы увидать его. Поезд проходил ночью, в 2 часа. Катюша уложила спать барышень и, подговорив с собою девочку, кухаркину дочь Машку, надела старые ботинки, накрылась платком, подобралась и побежала на станцию.
Но вот два дня прошли тихо; до конца назначенного
срока, до недели,
было еще пять дней. Райский рассчитывал, что в день рождения Марфеньки, послезавтра, Вере неловко
будет оставить семейный круг, а потом, когда Марфенька на другой день уедет с женихом и с его матерью за Волгу, в Колчино, ей опять неловко
будет оставлять бабушку одну, — и таким образом неделя пройдет, а с ней минует и туча. Вера за обедом просила его зайти
к ней вечером, сказавши, что даст ему поручение.
— О, о, о — вот как: то
есть украсть или прибить. Ай да Вера! Да откуда у тебя такие ультраюридические понятия? Ну, а на дружбу такого строгого клейма ты не положишь? Я могу посягнуть на нее, да, это мое? Постараюсь! Дай мне недели две
срока, это
будет опыт: если я одолею его, я приду
к тебе, как брат, друг, и
будем жить по твоей программе. Если же… ну, если это любовь — я тогда уеду!
Так, например, удэгеец Си Ба-юн за то, что
к указанному
сроку не доставил определенного числа соболей,
был так избит палками, что на всю жизнь остался калекой.
И все сама, без служанки, и одевается сама, — это гораздо лучше. Сама, то
есть, когда не продремлет
срока, а если пропустит? тогда уж нельзя отделаться — да
к чему ж и отделываться? — от того, чтобы Саша не исполнял должность горничной! Саша ужасно смешной! и может
быть, даже прикосновение руки шепчущей гостьи — певицы не заставит появиться в воображаемом дневнике слова: «А ведь это даже обидно!» А, во всяком случае, милый взял на себя неизменную обязанность хозяйничать за утренним чаем.
Вот, например, это
было через неделю после визита, за который «очень благодарил» Бьюмонт Катерину Васильевну, месяца через два после начала их знакомства; продажа завода
была покончена, мистер Лотер собирался уехать на другой день (и уехал; не ждите, что он произведет какую-нибудь катастрофу; он, как следует негоцианту, сделал коммерческую операцию, объявил Бьюмонту, что фирма назначает его управляющим завода с жалованьем в 1000 фунтов, чего и следовало ожидать, и больше ничего: какая ж ему надобность вмешиваться во что-нибудь, кроме коммерции, сами рассудите), акционеры, в том числе и Полозов, завтра же должны
были получить (и получили, опять не ждите никакой катастрофы: фирма Ходчсона, Лотера и
К очень солидная) половину денег наличными, а другую половину — векселями на З — х месячный
срок.
Они спокойно
пели песни и крали кур, но вдруг губернатор получил высочайшее повеление, буде найдутся цыгане беспаспортные (ни у одного цыгана никогда не бывало паспорта, и это очень хорошо знали и Николай, и его люди), то дать им такой-то
срок, чтоб они приписались там, где их застанет указ,
к сельским, городским обществам.
Утром она молилась недолго; нужно
было ставить самовар, — прислугу дед уже не держал; если бабушка опаздывала приготовить чай
к сроку, установленному им, он долго и сердито ругался.
Кроме случаев, предусмотренных в примечании
к 375 ст<атье>, единственное условие тут — десятилетний
срок, независимо от того,
был ли поселенец хозяином-хлебопашцем или подмастерьем.
Постановление полиции об отдаче в работы поселенца, за леность и нерадение
к устройству своего домообзаводства и за умышленное уклонение от платежа состоящего за ним в казну долга,
сроком на один год, начальник острова утверждает с тем, чтобы этот поселенец
был отдан предварительно для заработков на пополнение долга в работу в общество «Сахалин» (приказ № 45-й 1890 г.).
Каторжные в течение трех лет корчевали, строили дома, осушали болота, проводили дороги и занимались хлебопашеством, но по отбытии
срока не пожелали остаться здесь и обратились
к генерал-губернатору с просьбой о переводе их на материк, так как хлебопашество не давало ничего, а заработков не
было.
Пока несомненно одно, что колония
была бы в выигрыше, если бы каждый каторжный, без различия
сроков, по прибытии на Сахалин тотчас же приступал бы
к постройке избы для себя и для своей семьи и начинал бы свою колонизаторскую деятельность возможно раньше, пока он еще относительно молод и здоров; да и справедливость ничего бы не проиграла от этого, так как, поступая с первого же дня в колонию, преступник самое тяжелое переживал бы до перехода в поселенческое состояние, а не после.
— Не иначе! Так и теперь, так и в настоящем случае! Встречая вас и следя за вами сердцем и мыслью, говорил сам себе: дружеских сообщений я недостоин, но в качестве хозяина квартиры, может
быть, и могу получить в надлежащее время
к ожидаемому
сроку, так сказать, предписание, или много что уведомление ввиду известных предстоящих и ожидаемых изменений…
— Весной, даст Бог, сам сплыву, кстати же надо
будет с казной новые условия писать, прежним-то
к осени предбудущего года
сроки минут.
— То-то и
есть, Марко Данилыч, что мы только о земном помышляем, а о небесном совсем позабыли, да и знать его не хотим, — сказала Марья Ивановна. — А на земле-то мы ведь только в гостях,
к тому же на самый короткий
срок, — настоящая-то наша жизнь ведь там.
— «По уплате всей суммы сполна, я, Смолокуров, немедленно вступаю во владение купленным у нас, Меркулова и Веденеева, товаром, если же, паче чаяния, вся сумма сполна мною, Смолокуровым,
к назначенному
сроку уплачена не
будет, условие сие уничтожается, причем мы, Меркулов и Веденеев, повинны уплатить мне, Смолокурову, деньги, с меня ими полученные, немедленно за вычетом двадцати тысяч неустойки».
— Не беспокойтесь, — сказал Чапурин. — Деньги
будут. Не
к тому я сундук поминал, чтоб деньги вынимать, а надо бы знать, кому сколько платить, с кого получить и в какие
сроки. Да мало ль каких делов там найдется — а нужно, чтобы все
было на описи.
Свезли его лет десяти в Москву и отдали в учение
к переплетчику; но хозяин без всякого прока возился с ним шесть лет и
был рад-радешенек, когда
срок контракту кончился.
Но матушка рассудила иначе. Работы нашлось много: весь иконостас в малиновецкой церкви предстояло возобновить, так что и
срок определить
было нельзя. Поэтому Павлу
было приказано вытребовать жену
к себе. Тщетно молил он отпустить его, предлагая двойной оброк и даже обязываясь поставить за себя другого живописца; тщетно уверял, что жена у него хворая,
к работе непривычная, — матушка слышать ничего не хотела.
— Теперь, — сказал Соловьев, возвратившись в номер и садясь осторожно на древний стул, — теперь приступим
к порядку дня.
Буду ли я вам чем-нибудь полезен? Если вы мне дадите полчаса
сроку, я сбегаю на минутку в кофейную и выпотрошу там самого лучшего шахматиста. Словом располагайте мною.
Был слух, что Чапурин цены дает хорошие, что дело у него наспех, сам-де не знает, успеет ли
к сроку заподряженный товар поставить.
— А насчет тех двадцати тысяч вы не хлопочите, чтобы
к сроку отдать их… Слышала я, что деньги в получке
будут у вас после Макарья, — тогда и сочтемся. А
к Казанской не хлопочите — срок-от, помнится, на Казанскую, — смотрите же, Патап Максимыч, не хлопочите. Не то рассержусь, поссорюсь…
— До вас, Патап Максимыч, — отвечала она плаксивым голосом. — Беда у меня случилась, не знаю, как и пособить. Матушка Манефа пелену велела мне в пяльцах вышивать. На
срок,
к Масленице,
поспела бы беспременно.
— Да мне долго ждать никак невозможно, ваше степенство, на той неделе надо беспременно на пароходе в Рыбинск бежать…
К сроку не
поспею — места лишиться могу… Явите божескую милость, ваше степенство, прикажите выдать удостоверение, я бы тем же часом в город за пачпортом… — с низкими поклонами просил Алексей Михайлу Васильича.
— Уж я лаской с ней: вижу, окриком не возьмешь, — сказал Патап Максимыч. — Молвил, что про свадьбу год целый помину не
будет, жениха, мол, покажу, а год
сроку даю на раздумье. Смолкла моя девка, только все еще невеселая ходила. А на другой день одумалась, с утра бирюком глядела,
к обеду так и сияет, пышная такая стала да радостная.
— Помаленьку справляюся, Бог милостив —
к сроку поспеем, — отвечал Патап Максимыч. — Работников принанял; теперь сорок восемь человек, опричь того по деревням роздал работу: по своим и по чужим. Авось управимся.
— Слава Богу, — отвечала Манефа, — дела у братца, кажись, хорошо идут. Поставку новую взял на горянщину, надеется хорошие барыши получить, только не знает, как
к сроку поспеть. Много ли времени до весны осталось, а работников мало, новых взять негде. Принанял кой-кого, да не знает, управится ли…
К тому ж перед самым Рождеством горем Бог его посетил.
Вздрогнул и побагровел весь Патап Максимыч. Отправляясь
к молодым, надел он новые сапоги. На них-то теперь с язвительной усмешкой поглядывал Алексей, от них пахло. Не
будь послезавтра
срок векселю, сумел бы ответить Чапурин, но теперь делать нечего — скрепя сердце молчал.
Жизнь с матушкой вызвала во мне желание поселиться около нее, и я стал тогда же мечтать устроиться в Нижнем, где
было бы так хорошо писать, где я
был бы ближе
к земле, если не навсегда, то на продолжительный
срок.
В Дерпте не
было и тогда курсовых экзаменов ни на одном факультете. Главные предметы сдавали в два
срока: первая половина у медиков"philosophicum"; а у остальных"rigorosum". Побочные предметы дозволялось сдавать когда угодно. Вы приходили
к профессору, и у него на квартире или в кабинете, в лаборатории — садились перед ним и давали ему вашу матрикульную книжечку, где он и производил отметки.
Сговорившись с моим"магистром"насчет поправки моего языка, я известил Морлея, что приступаю
к работе, и
к сроку она
была готова. Мы ее и назвали без всяких претензий:"Нигилизм в России".
Испания! До сих пор эта страна остается в моей памяти как яркая страница настоящей молодости. Мне тогда еще не
было полных 29 лет. И я искренно упрекаю себя в настоящий момент за то, что я не то что вычеркнул ее из своей памяти, а не настолько сильно влекся
к ней, чтобы еще раз и на более долгий
срок пожить в ней.
Чем ближе подходил
срок окончания курса, тем ближе
был я
к решению врачом не делаться, а заняться литературой как профессиональному писателю.
По миновании же
срока и последует дуэль; что я с тем и пришел теперь, что дуэль не сейчас, но что мне надо
было заручиться, потому что секунданта нет, я ни с кем не знаком, так по крайней мере
к тому времени чтоб успеть найти, если он, Ефим, откажется.
Затем я изложил ему, что тяжба уже выиграна,
к тому же ведется не с князем Сокольским, а с князьями Сокольскими, так что если убит один князь, то остаются другие, но что, без сомнения, надо
будет отдалить вызов на
срок апелляции (хотя князья апеллировать и не
будут), но единственно для приличия.
И отец ее, честной купец, похвалил ее за такие речи хорошие, и
было положено, чтобы до
срока ровно за час воротилась
к зверю лесному, чуду морскому дочь хорошая, пригожая, меньшая, любимая; а сестрам то в досаду
было, и задумали они дело хитрое, дело хитрое и недоброе: взяли они, да все часы в доме целым часом назад поставили, и не ведал того честной купец и вся его прислуга верная, челядь дворовая.
— Да что обидно-то? Разве он тут разгуляется? Как же! Гляди, наши опять отберут. Уж сколько б нашего брата ни пропало, а, как Бог свят, велит амператор — и отберут. Разве наши так оставят ему? Как же! Hа вот тебе голые стены; а шанцы-то все повзорвали… Небось, свой значок на кургане поставил, а в город не суется. Погоди, еще расчет
будет с тобой настоящий — дай
срок, — заключил он, обращаясь
к французам.
У них, говорили они, не
было никаких преступных, заранее обдуманных намерений.
Была только мысль — во что бы то ни стало успеть прийти в лагери
к восьми с половиною часам вечера и в
срок явиться дежурному офицеру. Но разве виноваты они
были в том, что на балконе чудесной новой дачи, построенной в пышном псевдорусском стиле, вдруг показались две очаровательные женщины, по-летнему, легко и сквозно одетые. Одна из них, знаменитая в Москве кафешантанная певица, крикнула...