Неточные совпадения
Казак мой был очень удивлен, когда, проснувшись, увидел меня совсем одетого; я ему, однако ж, не сказал причины. Полюбовавшись несколько времени из окна на голубое небо, усеянное разорванными облачками, на дальний
берег Крыма, который тянется лиловой
полосой и кончается утесом, на вершине коего белеется маячная башня, я отправился в крепость Фанагорию, чтоб узнать от коменданта о часе моего отъезда в Геленджик.
— Нет, как хотите, но я бы не мог жить здесь! — Он тыкал тросточкой вниз на оголенные поля в черных
полосах уже вспаханной земли, на избы по
берегам мутной реки, запутанной в кустарнике.
С одной стороны черной
полосы воды возвышались рыжие бугры песка, с другой неподвижно торчала щетина кустов. Алина указала рукою на
берег...
Наконец показалась
полоса с левой стороны, а с правой вода — и только: правого
берега не видать вовсе.
Нежась и прижимаясь ближе к
берегам от ночного холода, дает он по себе серебряную струю; и она вспыхивает, будто
полоса дамасской сабли; а он, синий, снова заснул.
Он не без смущения завидел дымок, вьющийся из труб родной кровли, раннюю, нежную зелень берез и лип, осеняющих этот приют, черепичную кровлю старого дома и блеснувшую между деревьев и опять скрывшуюся за ними серебряную
полосу Волги. Оттуда, с
берега, повеяла на него струя свежего, здорового воздуха, каким он давно не дышал.
Пока земля прикрыта дерном, она может еще сопротивляться воде, но как только цельность дернового слоя нарушена, начинается размывание. Быстро идущая вода уносит с собой легкие частицы земли, оставляя на месте только щебень. От ила, который вместе с пресной водой выносится реками, море около
берегов,
полосой в несколько километров, из темно-зеленого становится грязно-желтым.
Появление их на намывной
полосе прибоя надо приписать действию льдов, которые в зимнее время нагоняются сюда ветрами и «припахивают»
берег.
Свет от костров отражался по реке яркой
полосой.
Полоса эта как будто двигалась, прерывалась и появлялась вновь у противоположного
берега. С бивака доносились удары топора, говор людей и смех. Расставленные на земле комарники, освещенные изнутри огнем, казались громадными фонарями. Казаки слышали мои выстрелы и ждали добычи. Принесенная кабанина тотчас же была обращена в ужин, после которого мы напились чаю и улеглись спать. Остался только один караульный для охраны коней, пущенных на волю.
Идя вдоль
берега моря, я издали видел, как у противоположного
берега в
полосе мелководья, по колено в воде, с шестами в руках бродили китайцы.
В долине реки Адимил произрастают лиственные леса дровяного и поделочного характера; в горах всюду видны следы пожарищ. На релках и по увалам — густые заросли таволги, орешника и леспедецы. Дальше в горах есть немного кедра и пихты. Широкие
полосы гальки по сторонам реки и измочаленный колодник в русле указывают на то, что хотя здесь больших наводнений и не бывает, но все же в дождливое время года вода идет очень стремительно и сильно размывает
берега.
Выбрав место для ночевки, я приказал Захарову и Аринину ставить палатку, а сам с Дерсу пошел на охоту. Здесь по обоим
берегам реки кое-где узкой
полосой еще сохранился живой лес, состоящий из осины, ольхи, кедра, тальника, березы, клена и лиственницы. Мы шли и тихонько разговаривали, он — впереди, а я — несколько сзади. Вдруг Дерсу сделал мне знак, чтобы я остановился. Я думал сначала, что он прислушивается, но скоро увидел другое: он поднимался на носки, наклонялся в стороны и усиленно нюхал воздух.
Следующий день был 15 августа. Все поднялись рано, с зарей. На восточном горизонте темной
полосой все еще лежали тучи. По моим расчетам, А.И. Мерзляков с другой частью отряда не мог уйти далеко. Наводнение должно было задержать его где-нибудь около реки Билимбе. Для того чтобы соединиться с ним, следовало переправиться на правый
берег реки. Сделать это надо было как можно скорее, потому что ниже в реке воды будет больше и переправа труднее.
День был тихий и ясный. На палубе жарко, в каютах душно; в воде +18°. Такую погоду хоть Черному морю впору. На правом
берегу горел лес; сплошная зеленая масса выбрасывала из себя багровое пламя; клубы дыма слились в длинную, черную, неподвижную
полосу, которая висит над лесом… Пожар громадный, но кругом тишина и спокойствие, никому нет дела до того, что гибнут леса. Очевидно, зеленое богатство принадлежит здесь одному только богу.
На всем пути к Дуэ обрывистый, отвесный
берег представляет осыпи, на которых там и сям чернеют пятна и
полосы, шириною от аршина до сажени.
Даже там, где пролив широк, сахалинцы видят материковый
берег довольно ясно; туманная
полоса земли с красивыми горными пиками изо дня в день манит к себе и искушает ссыльного, обещая ему свободу и родину.
Перед глазами широко расстилается Лиман, впереди чуть видна туманная
полоса — это каторжный остров; налево, теряясь в собственных извилинах, исчезает во мгле
берег, уходящий в неведомый север.
И Ровнедь минули, и Щербинскую гору, что так недавно еще красовалась вековыми дубовыми рощами, попавшими под топор промышленника, либо расхищенными людом, охочим до чужого добра. Река заворотила вправо; высокий, чернеющий чапыжником нагорный
берег как бы исполинской подковой огибал реку и темной
полосой отражался на ее зеркальной поверхности. Солнце еще не село, но уж потонуло в тучах пыли, громадными клубами носившейся над ярманкой. В воздухе засвежело; Татьяна Андревна и девицы приукутались.
Медленно тускнут лучи дневного светила, полупрозрачные тени багряно-желтых облаков темно-лиловыми пятнами стелются по зеркальной водной поверхности, а высокая зеленая слуда нагорного
берега, отражаясь в прибрежных струях, кажется нескончаемой, ровно смоль черной,
полосою.
Верстах в пятнадцати от Осиповки, на краю «чищи», что
полосой тянется вдоль левого волжского
берега, под самой «раменью» [По левому
берегу Волги тянется безлесная
полоса верст в 20–25 шириной.
В прежние годы из нашей Чищи [Чищею называется безлесная
полоса вдоль левого
берега Волги шириною верст на двадцать, двадцать пять и больше.] валенок да шляпа на весь крещеный мир шли, а теперь катальщики чуть не с голоду мрут…
Потом мы поднялись на довольно крутой пригорок, на ровной поверхности которого стояло несколько новых и старых недостроенных изб; налево виднелись длинная
полоса воды, озеро Киишки и противоположный
берег, довольно возвышенный, а прямо против нас лежала разбросанная большая татарская деревня так называемых «мещеряков».
Торопливо заглянул Евсеич в мою детскую и тревожно-радостным голосом сказал: «Белая тронулась!» Мать позволила, и в одну минуту, тепло одетый, я уже стоял на крыльце и жадно следил глазами, как шла между неподвижных
берегов огромная
полоса синего, темного, а иногда и желтого льда.
Обе на минутку задумались. Глубоко-глубоко под ними покоилось море. Со скамейки не было видно
берега, и оттого ощущение бесконечности и величия морского простора еще больше усиливалось. Вода была ласково-спокойна и весело-синя, светлея лишь косыми гладкими
полосами в местах течения и переходя в густо-синий глубокий цвет на горизонте.
На горизонте виднелась черная
полоса — это был русский
берег. Сердце его томительно сжалось, его охватило гнетущее чувство страха неизвестности.
…Ночь, ярко светит луна, убегая от парохода влево, в луга. Старенький рыжий пароход, с белой
полосой на трубе, не торопясь и неровно шлепает плицами по серебряной воде, навстречу ему тихонько плывут темные
берега, положив на воду тени, над ними красно светятся окна изб, в селе поют, — девки водят хоровод, и припев «ай-люли» звучит, как аллилуйя…
Жарко. Все вокруг тихонько трясется, гудит, за железной стенкой каюты плещет водой и бухает колесо парохода, мимо иллюминатора широкой
полосой течет река, вдали видна полоска лугового
берега, маячат деревья. Слух привык ко всем звукам, — кажется, что вокруг тихо, хотя на носу парохода матрос заунывно воет...
Во всё время пути я, глядя на озеро, видел противоположный глинистый
берег, над которым белела
полоса цветшего черешневого сада, из-за черешен высилась графская клуня, усеянная разноцветными голубями, и белела маленькая колокольня графской церкви.
Ашанин, занятый отчетом, почти не съезжал на
берег и только раз был с Лопатиным в маленьком чистеньком японском городке. Зашел в несколько храмов, побывал в лавках и вместе с Лопатиным не отказал себе в удовольствии, особенно любимом моряками: прокатился верхом на бойком японском коньке за город по морскому
берегу и полюбовался чудным видом, открывающимся на одном месте острова — видом двух водяных пространств, разделенных узкой береговой
полосой Тихого океана и Японского моря.
Вдруг оглушительный свист… Еще два коротких, ответный свист, и лодка прорезала
полосу камыша, отделявшего от протока заливчик, на
берегу которого, на острове ли, на мысу ли, торчали над прибрежным камышом ветлы-раскоряки — их можно уже рассмотреть сквозь посветлевший, зеленоватый от взошедшей луны туман.
Мальчик смотрел вдоль улицы, обильно заросшей травою, и представлял себе широкую синюю
полосу Волги. Улица — река, а пёстрые дома в садах —
берега её.
Рассвет быстро яснел, и пока солнце умывалось в тумане за дымящимся бором, золотые стрелы его лучей уже остро вытягивались на горизонте. Легкий туман всполохнулся над рекой и пополз вверх по скалистому
берегу; под мостом он клубится и липнет около черных и мокрых свай. Из-под этого тумана синеет бакша и виднеется белая
полоса шоссе. На всем еще лежат тени полусвета, и нигде, ни внутри домов, ни на площадях и улицах, не заметно никаких признаков пробуждения.
До Кумыша чусовское население можно назвать горнозаводским, за исключением некоторых деревень, где промышляют звериной или рыбной ловлей; ниже начинается сельская
полоса — с полями, нивами и поемными лугами. Несколько сел чисто русского типа, с рядом изб и белой церковью в центре, красиво декорируют реку; иногда такое село, поставленное на крутом
берегу, виднеется верст за тридцать.
Гроссевич бросился к
берегу и стал кричать, но на его зов отвечали только эхо в прибрежных утесах и волны, с шумом набегавшие на намывную
полосу прибоя.
Лишь только они дошли до
полосы мелководья и лодка царапнула килем по придонным камням, как нашедшая волна в мгновение ока перевернула их и выбросила на
берег.
Приближались сумерки, на западе пылала вечерняя заря. К югу от реки Ниме огромною массою поднимался из воды высокий мыс Туманный. Вся природа безмолвствовала. Муаровая поверхность моря, испещренная матовыми и гладкими
полосами, казалась совершенно спокойной, и только слабые всплески у
берега говорили о том, что оно дышит.
Снаружи завывала буря, дождь, по-видимому, шел
полосами и хлестал по стенам примитивного жилища. Я хотел было еще расспросить Карпушку о дороге вдоль
берега моря, но он рано завалился спать, его примеру последовали и мои спутники.
Нас это мало беспокоило: справа была намывная
полоса прибоя, лишенная растительности, которая, правда, дальше суживалась до 3–4 метров и поэтому покрывалась водой каждый раз, когда волна набегала на
берег, но все же здесь можно было обойти огонь стороною.
Через час мы добрались до второй кулисы. За ней были опять скалы, все тот же едва заметный изгиб
берега и все та же пустынная
полоса прибоя, заваленная камнями.
Километрах в семи от реки Гинугу на самом
берегу моря стоит коническая сопка, своим внешним видом напоминающая сахарную голову. С правой стороны ее есть небольшой красивый водопад, а слева — широкая
полоса прибоя, заваленная каменными глыбами. Некоторые из них скатились в море, образовав нечто вроде маленькой бухточки, защищенной от волнения. Мы воспользовались ею и высадились на
берег. Вандага велел вытащить лодки подальше от воды на гальку. Здесь мы стали устраивать бивак.
Наиболее глубокие места его узкой
полосой проходят сначала у восточного, а потом у западного
берега.
Большие волны с неумолимой настойчивостью одна за другой двигались к
берегу, стройно, бесшумно, словно на приступ, но, достигнув мелководья, вдруг приходили в ярость, вздымались на дыбы и с ревом обрушивались на намывную
полосу прибоя, заливая ее белой пеной.
Как только мы отошли от
берега, мы сразу попали в непролазную чащу: неровная почва, сухие протоки,
полосы гальки, рытвины и ямы, заваленные колодником и заросшие буйными, теперь уже засохшими травами; кустарниковая ольха, перепутавшаяся с пригнутыми к земле ветвями черемушника; деревья с отмершими вершинами и мусор, нанесенный водой, — таков поемный лес в долине реки Самарги, куда мы направились с Глеголой на охоту.
Дорога, по которой ехал Юрий в сопровождении верного слуги своего, извиваясь с полверсты по
берегу Волги, вдруг круто повернула налево, и прямо против них дремучий бор, как черная бесконечная
полоса, обрисовался на пламенеющем востоке.
На пологом склоне горного
берега раскинуты зеленые ковры озими, бурые
полосы земли под паром и черные — вспаханной под яровое.
Удивленный и грустный, он ушел с палубы наверх, к штурвалу, сел там и стал с обидой задумчиво смотреть на синий
берег и зубчатую
полосу леса.
Справа по обрыву стоял лес, слева блестело утреннее красивое море, а ветер дул на счастье в затылок. Я был рад, что иду
берегом. На гравии бежали, шумя,
полосы зеленой воды, отливаясь затем назад шепчущей о тишине пеной. Обогнув мыс, мы увидели вдали, на изгибе лиловых холмов
берега, синюю крышу с узким дымком флага, и только тут я вспомнил, что Эстамп ждет известий. То же самое, должно быть, думал Дюрок, так как сказал...
Смельчаки, однако ж, не обламывались. Следуя гуськом за своим предводителем, шмыгавшим в воде по колени, они продолжали подвигаться вперед. Немного погодя благополучно выбрались они на свежую
полосу, отделявшую их от
берега шагов на сто.
"Лесной пожар!" — выговорил он про себя, и ладони рук у него захолодели. Заказник шел по левому
берегу Волги широкой
полосой и сливался с другой лесной дачей.
Орочи стали совещаться и решили плыть обратно, придерживаясь ближе к
берегу, но в это время темная
полоса придвинулась к нам вплотную.