Неточные совпадения
Черты такого необыкновенного великодушия стали ему казаться невероятными, и он подумал про себя: «Ведь черт его знает, может быть, он просто хвастун, как все эти мотишки; наврет, наврет, чтобы поговорить да
напиться чаю, а потом и уедет!» А потому из предосторожности и вместе желая несколько поиспытать его, сказал он, что недурно бы совершить купчую поскорее, потому что-де
в человеке не уверен: сегодня жив, а завтра и бог весть.
Никто не видал, чтобы он хоть раз был не тем, чем всегда, хоть на улице, хоть у себя дома; хоть бы раз показал он
в чем-нибудь участье, хоть бы
напился пьян и
в пьянстве рассмеялся бы; хоть бы даже предался дикому веселью, какому предается разбойник
в пьяную минуту, но даже тени не было
в нем ничего такого.
— Да вот хоть черкесы, — продолжал он, — как
напьются бузы на свадьбе или на похоронах, так и пошла рубка. Я раз насилу ноги унес, а еще у мирнова князя был
в гостях.
Ели только хлеб с салом или коржи, пили только по одной чарке, единственно для подкрепления, потому что Тарас Бульба не позволял никогда
напиваться в дороге, и продолжали путь до вечера.
Ночь еще только что обняла небо, но Бульба всегда ложился рано. Он развалился на ковре, накрылся бараньим тулупом, потому что ночной воздух был довольно свеж и потому что Бульба любил укрыться потеплее, когда был дома. Он вскоре захрапел, и за ним последовал весь двор; все, что ни лежало
в разных его углах, захрапело и запело; прежде всего заснул сторож, потому что более всех
напился для приезда паничей.
Да вот вам, панове, вперед говорю: если кто
в походе
напьется, то никакого нет на него суда.
Козаки были бы повинны и достойны смерти, если бы
напились в походе, на войне, на трудной, тяжкой работе.
Из толпы узких, небольших и обыкновенных голов высовывал свое толстое лицо мясник, наблюдал весь процесс с видом знатока и разговаривал односложными словами с оружейным мастером, которого называл кумом, потому что
в праздничный день
напивался с ним
в одном шинке.
Читатель, — истину любя,
Примолвлю к басне я, и то не от себя —
Не по́пусту
в народе говорится:
Не плюй
в колодезь, пригодится
Воды
напиться.
Ягнёнок
в жаркий день зашёл к ручью
напиться...
Он вяло
напился чаю, не тронул ни одной книги, не присел к столу, задумчиво закурил сигару и сел на диван. Прежде бы он лег, но теперь отвык, и его даже не тянуло к подушке; однако ж он уперся локтем
в нее — признак, намекавший на прежние наклонности.
Он написал Ольге, что
в Летнем саду простудился немного, должен был
напиться горячей травы и просидеть дня два дома, что теперь все прошло и он надеется видеть ее
в воскресенье.
Он придет!» — подумала Ольга и живо оделась, наскоро
напилась чаю и поехала с теткой
в магазин.
Много грибов нанизали на нитки,
В карты сыграли, чайку
напились,
Ссыпали вишни, малину
в напитки
И поразвлечься к сестре собрались.
Несмотря на нечистоту избы, загаженной сапогами охотников и грязными, облизывавшимися собаками, на болотный и пороховой запах, которым она наполнилась, и на отсутствие ножей и вилок, охотники
напились чаю и поужинали с таким вкусом, как едят только на охоте. Умытые и чистые, они пошли
в подметенный сенной сарай, где кучера приготовили господам постели.
Еще Анна не успела
напиться кофе, как доложили про графиню Лидию Ивановну. Графиня Лидия Ивановна была высокая полная женщина с нездорово-желтым цветом лица и прекрасными задумчивыми черными глазами. Анна любила ее, но нынче она как будто
в первый раз увидела ее со всеми ее недостатками.
Самовар загудел
в трубе; рабочие и семейные, убравшись с лошадьми, пошли обедать. Левин, достав из коляски свою провизию, пригласил с собою старика
напиться чаю.
Сергей Иванович только что встал.
Напившись кофею, Левин уехал опять на покос, прежде чем Сергей Иванович успел одеться и выйти
в столовую.
Напившись чаю у того самого богатого мужика-хозяина, у которого останавливался Левин
в свою поездку к Свияжскому, и побеседовав с бабами о детях и со стариком о графе Вронском, которого тот очень хвалил, Дарья Александровна
в 10 часов поехала дальше.
С утра он ездил на первый посев ржи, на овес, который возили
в скирды, и, вернувшись домой к вставанью жены и свояченицы,
напился с ними кофею и ушел пешком на хутор, где должны были пустить вновь установленную молотилку для приготовления семян.
— А потом мы догадались, что болтать, все только болтать о наших язвах не стоит труда, что это ведет только к пошлости и доктринерству; [Доктринерство — узкая, упрямая защита какого-либо учения (доктрины), даже если наука и жизнь противоречат ему.] мы увидали, что и умники наши, так называемые передовые люди и обличители, никуда не годятся, что мы занимаемся вздором, толкуем о каком-то искусстве, бессознательном творчестве, о парламентаризме, об адвокатуре и черт знает о чем, когда дело идет о насущном хлебе, когда грубейшее суеверие нас душит, когда все наши акционерные общества лопаются единственно оттого, что оказывается недостаток
в честных людях, когда самая свобода, о которой хлопочет правительство, едва ли пойдет нам впрок, потому что мужик наш рад самого себя обокрасть, чтобы только
напиться дурману
в кабаке.
Тотчас после ухода нежданной гостьи бедная помещица отправилась
в баню,
напилась липового чаю и легла
в постель.
Я
напился, прилег
в тень и взглянул кругом.
Муравей спустился к ручью: захотел
напиться. Волна захлестнула его и чуть не потопила. Голубка несла ветку; она увидела — муравей тонет, и бросила ему ветку
в ручей. Муравей сел на ветку и спасся. Потом охотник расставил сеть на голубку и хотел захлопнуть. Муравей подполз к охотнику и укусил его за ногу; охотник охнул и уронил сеть. Голубка вспорхнула и улетела.
— Дьякон, говорите? — спросил Митрофанов. — Что же он — пьяница? Эдакие слова
в пьяном виде говорят, — объяснил он, выпил водки, попросил: — Довольно, Варвара Кирилловна, не наливайте больше,
напьюсь.
— Они там
напились, орали ура, как японцы, — такие, знаешь. Наполеоны-победители, а
в сарае люди заперты, двадцать семь человек, морозище страшный, все трещит, а там,
в сарае, раненые есть. Все это рассказал мне один знакомый Алины — Иноков.
Вспомнив об этом, он не ощутил желания поставить свое имя
в ряд с этими, но почувствовал, что
в суждениях о рабочем классе потребна осторожность, которая предусмотрена старинной моралью: «Не плюй
в колодезь — пригодится воды
напиться».
По воскресеньям ничего не делают, не говорят, не смеются, важничают, по утрам сидят
в храмах, а вечером по своим углам, одиноко, и
напиваются порознь;
в будни собираются, говорят длинные речи и
напиваются сообща».
Я думал хуже о юртах, воображая их чем-то вроде звериных нор; а это та же бревенчатая изба, только бревна, составляющие стену, ставятся вертикально; притом она без клопов и тараканов, с двумя каминами; дым идет
в крышу; лавки чистые. Мы
напились чаю и проспали до утра как убитые.
Мы съехали после обеда на берег, лениво и задумчиво бродили по лесам, или, лучше сказать, по садам, зашли куда-то
в сторону, нашли холм между кедрами, полежали на траве, зашли
в кумирню,
напились воды из колодца, а вечером пили чай на берегу, под навесом мирт и папирусов, — словом, провели вечер совершенно идиллически.
Остальная дорога до станции была отличная. Мы у речки, на мшистой почве,
в лесу,
напились чаю, потом ехали почти по шоссе, по прекрасной сосновой, березовой и еловой аллее. Встретили красивый каскад и груды причудливо разбросанных как будто взрывом зеленоватых камней.
Вы с морозу, вам хочется выпить рюмку вина, бутылка и вино составляют одну ледяную глыбу: поставьте к огню — она лопнет, а
в обыкновенной комнатной температуре не растает и
в час; захочется
напиться чаю — это короче всего, хотя хлеб тоже обращается
в камень, но он отходит скорее всего; но вынимать одно что-нибудь, то есть чай — сахар, нельзя: на морозе нет средства разбирать, что взять, надо тащить все: и вот опять возни на целый час — собирать все!
Пешеходы не толкаются,
в народе не видать ни ссор, ни драк, ни пьяных на улице, между тем почти каждый англичанин
напивается за обедом.
Тогда, расставшись с Алешей, Митя бросился было к Грушеньке; неизвестно, видел ли ее, но к ночи очутился
в трактире «Столичный город», где как следует и
напился.
Но вот, однако же, дело усложняется, мучения ревности достигают высшей степени, и все те же, все прежние два вопроса обрисовываются все мучительнее и мучительнее
в воспаленном мозгу подсудимого: «Отдам Катерине Ивановне: на какие же средства увезу я Грушеньку?» Если он безумствовал так, и
напивался, и бушевал по трактирам во весь этот месяц, то это именно, может быть, потому, что самому было горько, невмочь переносить.
— То-то и есть, что
в уме… и
в подлом уме,
в таком же, как и вы, как и все эти… р-рожи! — обернулся он вдруг на публику. — Убили отца, а притворяются, что испугались, — проскрежетал он с яростным презрением. — Друг пред другом кривляются. Лгуны! Все желают смерти отца. Один гад съедает другую гадину… Не будь отцеубийства — все бы они рассердились и разошлись злые… Зрелищ! «Хлеба и зрелищ!» Впрочем, ведь и я хорош! Есть у вас вода или нет, дайте
напиться, Христа ради! — схватил он вдруг себя за голову.
В самое же последнее время он как-то обрюзг, как-то стал терять ровность, самоотчетность, впал даже
в какое-то легкомыслие, начинал одно и кончал другим, как-то раскидывался и все чаще и чаще
напивался пьян, и если бы не все тот же лакей Григорий, тоже порядочно к тому времени состарившийся и смотревший за ним иногда вроде почти гувернера, то, может быть, Федор Павлович и не прожил бы без особых хлопот.
Грушенька закричала первая, чтоб ей дали вина: «Пить хочу, совсем пьяная хочу
напиться, чтобы как прежде, помнишь, Митя, помнишь, как мы здесь тогда спознавались!» Сам же Митя был как
в бреду и предчувствовал «свое счастье».
В тот вечер, когда было написано это письмо,
напившись в трактире «Столичный город», он, против обыкновения, был молчалив, не играл на биллиарде, сидел
в стороне, ни с кем не говорил и лишь согнал с места одного здешнего купеческого приказчика, но это уже почти бессознательно, по привычке к ссоре, без которой, войдя
в трактир, он уже не мог обойтись.
Ровно десять минут спустя Дмитрий Федорович вошел к тому молодому чиновнику, Петру Ильичу Перхотину, которому давеча заложил пистолеты. Было уже половина девятого, и Петр Ильич,
напившись дома чаю, только что облекся снова
в сюртук, чтоб отправиться
в трактир «Столичный город» поиграть на биллиарде. Митя захватил его на выходе. Тот, увидев его и его запачканное кровью лицо, так и вскрикнул...
Напившись кофею, Нехлюдов пошел
в кабинет, чтобы справиться
в повестке,
в котором часу надо быть
в суде, и написать ответ княжне.
Обсушившись на постоялом дворе, содержавшемся пожилой толстой, с необычайной толщины белой шеей женщиной, вдовой, Нехлюдов
в чистой горнице, украшенной большим количеством икон и картин,
напился чаю и поспешил на этапный двор к офицеру просить разрешения свидания.
Управляющий, налитой, мускулистый, сильный молодой человек,
в коротком пиджаке с зеленым стоячим воротником и огромными пуговицами, пришел сказать Нехлюдову, что все собрались, но что они подождут, — пускай прежде Нехлюдов
напьется кофею или чаю, и то и другое готово.
Но Маслова не отвечала своим товаркам, а легла на нары и с уставленными
в угол косыми глазами лежала так до вечера.
В ней шла мучительная работа. То, что ей сказал Нехлюдов, вызывало ее
в тот мир,
в котором она страдала и из которого ушла, не поняв и возненавидев его. Она теперь потеряла то забвение,
в котором жила, а жить с ясной памятью о том, что было, было слишком мучительно. Вечером она опять купила вина и
напилась вместе с своими товарками.
В доме была суета. Закладывали коляску, старомодную карету. Кучера оделись
в синие новые кафтаны, намазали головы коровьим маслом и с утра
напились пьяны. Дворовые женщины и девицы пестрели праздничными, разноцветными ситцевыми платьями, платками, косынками, ленточками. От горничных за десять шагов несло гвоздичной помадой.
Приезжавшим из города всем отказывали, под предлогом болезни именинницы. Только горничные, несмотря ни на что, разрядились
в свои разноцветные платья и ленты и намазались гвоздичной помадой, да кучера и лакеи опять
напились пьяны.
Любила, чтоб к ней губернатор изредка заехал с визитом, чтобы приезжее из Петербурга важное или замечательное лицо непременно побывало у ней и вице-губернаторша подошла, а не она к ней, после обедни
в церкви поздороваться, чтоб, когда едет по городу, ни один встречный не проехал и не прошел, не поклонясь ей, чтобы купцы засуетились и бросили прочих покупателей, когда она явится
в лавку, чтоб никогда никто не сказал о ней дурного слова, чтобы дома все ее слушались, до того чтоб кучера никогда не курили трубки ночью, особенно на сеновале, и чтоб Тараска не
напивался пьян, даже когда они могли бы делать это так, чтоб она не узнала.
— Ничего, Татьяна Марковна, он
напьется живо и потом уйдет на сеновал спать. А после прикажите Кузьме отвезти его
в телеге домой…
— Артисты — sans façons, [без церемоний (фр.).] которые
напиваются при первом знакомстве, бьют стекла по ночам, осаждают трактиры, травят собаками дам, стреляют
в людей, занимают везде деньги…
Идти дальше, стараться объяснить его окончательно, значит,
напиваться с ним пьяным, давать ему денег взаймы и потом выслушивать незанимательные повести о том, как он
в полку нагрубил командиру или побил жида, не заплатил
в трактире денег, поднял знамя бунта против уездной или земской полиции, и как за то выключен из полка или послан
в такой-то город под надзор.