Неточные совпадения
Он взял фуражку и побежал по всему дому, хлопая дверями, заглядывая во все углы. Веры не было, ни
в ее комнате, ни
в старом доме, ни
в поле не видать ее, ни
в огородах. Он даже поглядел на задний двор, но там только Улита мыла какую-то кадку, да
в сарае Прохор
лежал на спине плашмя и спал под тулупом, с наивным лицом и открытым ртом.
— Уймись! — строго крикнул дед. — Зверь, что ли, я? Связали,
в сарае лежит. Водой окатил я его… Ну, зол!
В кого бы это?
Из 600 солдат барийского гарнизона 200 были отправлены
в госпиталь
в Сайгон, а 100 слабых
лежали в каком-то
сарае, едва защищенные от солнца, искусанные москитами, которых
в Кохинхине масса…
Сбежавшиеся на крик птицы увидели совсем необыкновенную штуку. У самого
сарая в ямке
лежало что-то серое, круглое, покрытое сплошь острыми иглами.
Ключарёв прервал свои сны за пожарным
сараем, под старой уродливой ветлой. Он нагнул толстый сук, опутав его верёвкой, привязал к нему ружьё, бечёвку от собачки курка накрутил себе на палец и выстрелил
в рот. Ему сорвало череп: вокруг длинного тела
лежали куски костей, обросшие чёрными волосами, на стене
сарая, точно спелые ягоды, застыли багровые пятна крови, серые хлопья мозга пристали ко мшистым доскам.
Прохладный
сарай,
в котором стоял экипаж, обращенный Термосесовым
в спальню, оставался запертым, и Измаил Петрович, даже и проснувшись, долго еще
лежал, потягивался, чесал пятки и размышлял.
За границей он заходил иногда к антиквариям и с видом знатока осматривал древности и высказывал свое мнение, покупал какую-нибудь вещь, антикварий брал с него, сколько хотел, и купленная вещь
лежала потом, забитая
в ящик,
в каретном
сарае, пока не исчезала неизвестно куда.
А он, Илья,
лежит тут же
в сарае, туго связанный чем-то, ему трудно поворотиться, и он не может говорить…
Все это стояло и
лежало в таком хаотическом беспорядке, что свежему человеку могло показаться, что он попал не
в жилую квартиру, а
в сарай или кладовую, куда богатый хозяин приказал сложить весь ненужный хлам, а нерадивые слуги побросали его куда попало.
Продали старики свой давно выкупленный домишко с ветхим
сараем, где было когда-то спичечное заведение. Он перевез их
в город. Через полгода похоронил отца. Старуха поскрипела еще года два. Он ей выстроил избушку около того кладбища, где
лежит «смутьян»…
Теперь мы шли по большому сумрачному двору, где то и дело встречались полуразвалившиеся постройки —
сараи, погреба и конюшни. Когда-то, очень давно, должно быть, он процветал, этот двор, вместе с замком моей бабушки, но сейчас слишком наглядная печать запустения
лежала на всем. Чем-то могильным, нежилым и угрюмым веяло от этих сырых, заплесневелых стен, от мрачного главного здания, смотревшего на меня единственным, как у циклопа, глазом, вернее, единственным огоньком, мелькавшим
в крайнем окне.
И опять волшебный сноп света упал на дорогу и стал нащупывать лежащую впереди и сбоку неё беспросветную мглу. Там, подальше, посреди поля,
лежал действительно высокий пригорок, обросший мелким, по земле стелющимся кустарником. Сбоку, поближе к лесу, темнело какое-то здание, не то
сарай, не то пустой амбар, одиноко стоявший
в поле. Между пригорком-холмом, тянувшимся на протяжении доброй четверти версты и
сараем, к которому прилегала небольшая рощица, было расстояние всего
в сотни три шагов.
Теперь крепко связанная по рукам и ногам Милица
лежала в тесном кругу ее врагов. Веревки до страшной боли перетягивали ее суставы, врезаясь
в тело. Все члены ее затекли и онемели. A
в открытую дверь
сарая понемногу уже врывался серый белесоватый рассвет, предвестник скорого утра. Все настойчивее, все яснее прорывала ночную мглу его резкая полоса на востоке.
И
в ту же секунду отпрянула назад, подавив
в себе крик испуга, готовый уже, было, сорваться с ее губ. Пятеро неприятельских солдат-австрийцев сидели и
лежали посреди
сарая вокруг небольшого ручного фонаря, поставленного перед ними на земле, На них были синие мундиры и высокие кепи на головах. Их исхудалые, обветренные и покрасневшие от холода лица казались озлобленными, сердитыми. Сурово смотрели усталые, запавшие глубоко
в орбитах глаза.
Снова загудел завод, и дядя ушёл. А я направился
в сарай.
Лежит там Михайла, брови строго нахмурил, руки на груди, лицо румяное. Безбородый, безусый, скуластый, весь — одна кость крепкая.
Миновала полночь, уже потухли печи здесь и на той стороне, а внизу на лугу и
в трактире всё еще гуляли. Старик и Кирьяк, пьяные, взявшись за руки, толкая друг друга плечами, подошли к
сараю, где
лежали Ольга и Марья.
В длинном
сарае было темно и прохладно, и убитые, под полосою серого брезента,
лежали двумя правильными рядами, как на какой-то необыкновенной выставке: вероятно, к приезду губернатора подготовились и убитых уложили
в наилучшем порядке, плечом к плечу, лицом вверх.
Уже на следующее утро после убийства рабочих весь город, проснувшись, знал, что губернатор будет убит. Никто еще не говорил, а все уже знали: как будто
в эту ночь, когда живые тревожно спали, а убитые все
в том же удивительном порядке, ногою к ноге, спокойно
лежали в пожарном
сарае, над городом пронесся кто-то темный и весь его осенил своими черными крыльями.
Только к вечеру наши странники возвращаются
в деревню. Дети идут на ночлег
в заброшенный
сарай, где прежде ссыпался общественный хлеб, а Терентий, простившись с ними, направляется к кабаку. Прижавшись друг к другу, дети
лежат на соломе и дремлют.
Князь Андрей
в этот ясный, августовский вечер 25-го числа,
лежал, облокотившись на руку
в разломанном
сарае деревни Князькова, на краю расположения своего полка.
В отверстие сломанной стены он смотрел на шедшую вдоль по забору полосу тридцатилетних берез с обрубленными нижними сучьями, на пашню с разбитыми на ней копнами овса и на кустарник, по которому виднелись дымы костров — солдатских кухонь.