Неточные совпадения
На другой же день пугнул он всех до одного, потребовал отчеты, увидел недочеты, на каждом шагу недостающие суммы,
заметил в ту же минуту дома
красивой гражданской архитектуры, и пошла переборка.
Сам же он во всю жизнь свою не ходил по другой улице, кроме той, которая вела к месту его службы, где не было никаких публичных
красивых зданий; не
замечал никого из встречных, был ли он генерал или князь; в глаза не знал прихотей, какие дразнят в столицах людей, падких на невоздержанье, и даже отроду не был в театре.
Это были: караульная будка, у которой стоял солдат с ружьем, две-три извозчичьи биржи и, наконец, длинные заборы с известными заборными надписями и рисунками, нацарапанными углем и
мелом; более не находилось ничего на сей уединенной, или, как у нас выражаются,
красивой площади.
Он задумчиво сидел в креслах, в своей лениво-красивой позе, не
замечая, что вокруг него делалось, не слушая, что говорилось. Он с любовью рассматривал и гладил свои маленькие, белые руки.
Несчастие, почти умопомешательство, видно было в этом подвижном, довольно
красивом лице в то время, как он, не
замечая даже выхода Анны, продолжал торопливо и горячо высказывать свои мысли.
— Давно. Мы им по Сычовке соседи, на Красивой-то на
Мечи.
— Лучше… лучше. Там места привольные, речные, гнездо наше; а здесь теснота, сухмень… Здесь мы осиротели. Там у нас, на Красивой-то на
Мечи, взойдешь ты на холм, взойдешь — и, Господи Боже мой, что это? а?.. И река-то, и луга, и лес; а там церковь, а там опять пошли луга. Далече видно, далече. Вот как далеко видно… Смотришь, смотришь, ах ты, право! Ну, здесь точно земля лучше: суглинок, хороший суглинок, говорят крестьяне; да с меня хлебушка-то всюду вдоволь народится.
Лицо Попова налилось бурой кровью, глаза выкатились, казалось, что он усиленно старается не задремать, но волосатые пальцы нервозно барабанили по коленям, голова вращалась так быстро, точно он искал кого-то в толпе и боялся не
заметить. На тестя он посматривал сердито, явно не одобряя его болтовни, и Самгин ждал, что вот сейчас этот неприятный человек начнет возражать тестю и затрещит бесконечный, бесплодный, юмористически неуместный на этом параде
красивых женщин диалог двух русских, которые все знают.
Рассказывала Нехаева медленно, вполголоса, но — без печали, и это было странно. Клим посмотрел на нее; она часто прищуривала глаза, подрисованные брови ее дрожали. Облизывая губы, она делала среди фраз неуместные паузы, и еще более неуместна была улыбка, скользившая по ее губам. Клим впервые
заметил, что у нее
красивый рот, и с любопытством мальчишки подумал...
Заметив, что Дронов называет голодного червя — чевряком, чреваком, чревоедом, Клим не поверил ему. Но, слушая таинственный шепот, он с удивлением видел пред собою другого мальчика, плоское лицо нянькина внука становилось
красивее, глаза его не бегали, в зрачках разгорался голубоватый огонек радости, непонятной Климу. За ужином Клим передал рассказ Дронова отцу, — отец тоже непонятно обрадовался.
Идучи по улице, я
заметил издали, что один из наших спутников вошел в какой-то дом. Мы шли втроем. «Куда это он пошел? пойдемте и мы!» — предложил я. Мы пошли к дому и вошли на маленький дворик, мощенный белыми каменными плитами. В углу, под навесом, привязан был осел, и тут же лежала свинья, но такая жирная, что не могла встать на ноги. Дальше бродили какие-то пестрые,
красивые куры, еще прыгал маленький, с крупного воробья величиной, зеленый попугай, каких привозят иногда на петербургскую биржу.
Заметим в скобках и мельком, что Петр Ильич был довольно-таки
красивый молодой человек, и сам это знал о себе.
С нею вместе шли также пешком двое политических: Марья Павловна Щетинина, та самая
красивая девушка с бараньими глазами, которая поразила Нехлюдова при свидании с Богодуховской, и ссылавшийся в Якутскую область некто Симонсон, тот самый черный лохматый человек с глубоко ушедшими под лоб глазами, которого Нехлюдов тоже
заметил на этом свидании.
В одном месте мы
заметили красивого самца.
За эти дни я
заметил только уссурийскую длиннохвостую неясыть — птицу, смелую ночью и трусливую днем; в яркие солнечные дни она забивается в глухие хвойные леса не столько ради корма, сколько ради мрака, который там всегда господствует; уссурийского белоспинного дятла — самого крупного из семейства Picidae, птица эта держится в старых смешанных лесах, где есть много рухляка и сухостоев; клинохвостого сорокопута — жадного и задорного хищника, нападающего даже на таких птиц, которые больше его размерами; зеленого конька, обитающего по опушкам лесов, и черноголовых овсянок —
красивых, желтобрюхих птичек с черными шапочками на головках.
Нехлюдов был нехорош собой: маленькие серые глаза, невысокий крутой лоб, непропорциональная длина рук и ног не могли быть названы
красивыми чертами. Хорошего было в нем только — необыкновенно высокий рост, нежный цвет лица и прекрасные зубы. Но лицо это получало такой оригинальный и энергический характер от узких, блестящих глаз и переменчивого, то строгого, то детски-неопределенного выражения улыбки, что нельзя было не
заметить его.
— Я уже слышал, что Ляховская очень
красивая девушка, —
заметил Привалов улыбаясь.
Привалов вздохнул свободнее, когда вышел наконец из буфета. В соседней комнате через отворенную дверь видны были зеленые столы с игроками. Привалов
заметил Ивана Яковлича, который сдавал карты. Напротив него сидел знаменитый Ломтев, крепкий и
красивый старик с длинной седой бородой, и какой-то господин с зеленым лицом и взъерошенными волосами. По бледному лицу Ивана Яковлича и по крупным каплям пота, которые выступали на его выпуклом облизанном лбу, можно было заключить, что шла очень серьезная игра.
Лицо священника делается сразу настороженным и неприятным. Гаврило
замечает опасность… Его
красивые глаза навыкате выкатываются еще больше и как бы застывают. Но останавливаться уже поздно.
Еще Пушкин
наметил сюжеты будущих романов своих в «Преданиях русского семейства», и, поверьте, что тут действительно все, что у нас было доселе
красивого.
Красивый худощавый брюнет, с длинным, сухим носом и большими усами, продолжавшимися от щек,
метал банк белыми
красивыми пальцами, на одном из которых был большой золотой перстень с гербом.
Стеша не могла не
заметить произведенного ее появлением впечатления, и довольная улыбка появилась на ее
красивых губах. Она мало изменилась за это время, только слегка пополнела, что шло к ней и не портило ни ее грациозной фигурки, ни пикантного личика. Надетый на ней костюм указывал на относительное довольство.
На прошлой неделе, когда он проходил по платформе мимо того же курьерского поезда, он
заметил высокую, стройную, очень
красивую даму в черном платье, стоявшую в дверях вагона первого класса.
Худенькая
красивая женщина — ее раньше Ромашов не
заметил — с распущенными черными волосами и с торчащими ключицами на открытой шее обнимала голыми руками печального Лещенку за шею и, стараясь перекричать музыку и гомон, визгливо пела ему в самое ухо...
— Если вы знакомы с историей религий, сект, философских систем, политических и государственных устройств, то можете
заметить, что эти прирожденные человечеству великие идеи только изменяются в своих сочетаниях, но число их остается одинаким, и ни единого нового камешка не прибавляется, и эти камешки являются то в фигурах мрачных и таинственных, — какова религия индийская, — то в ясных и
красивых, — как вера греков, — то в нескладных и исковерканных представлениях разных наших иноверцев.
Несмотря на то, что ему всего только было с небольшим тридцать лет, он уж
метил в директоры, и такому быстрому повышению в службе он решительно обязан был своей
красивой наружности и необыкновенной внешней точности.
Такого рода проделки обеих этих госпож показались Вихрову не совсем
красивыми, но он, разумеется, этого не высказал и
заметил только Фатеевой...
Я наконец справился с тяжелой овчиной, выпростал руки, поднялся. Ни сзади, ни с боков не было черных зверей.
Мело очень редко и прилично, и в редкой пелене мерцал очаровательнейший глаз, который я бы узнал из тысячи, который узнаю и теперь, — мерцал фонарь моей больницы. Темное громоздилось сзади него. «Куда
красивее дворца…» — помыслил я и вдруг в экстазе еще два раза выпустил пули из браунинга назад, туда, где пропали волки.
Я отпустил ее и между тем поспешно отворил дверь в соседнюю комнату, из которой вышла другая женщина, высокая, бледная, но очень еще
красивая. Я поставил ее в угол комнаты, так чтобы Кузьмовна не могла ее с первого раза
заметить. В то же самое время я перенес с окна чернильницу и все нужные по делу бумаги.
Она часто
замечала во всех людях из города что-то детское и снисходительно усмехалась, но ее трогала и радостно удивляла их вера, глубину которой она чувствовала все яснее, ее ласкали и грели их мечты о торжестве справедливости, — слушая их, она невольно вздыхала в неведомой печали. Но особенно трогала ее их простота и
красивая, щедрая небрежность к самим себе.
Увлеченный таинственностью приключения, молодой офицер не
заметил, что при выходе его из театра вышел и неотступно следивший за ним другой офицер и что другая большая шестиместная карета, запряженная четверкой лошадей, на довольно значительном расстоянии ехала следом за каретой, увозившей счастливого избранника
красивой брюнетки.
Взяв два билета рядом, они вошли в залу. Ближайшим их соседом оказался молоденький студент с славными, густыми волосами, закинутыми назад, и вообще очень
красивый собой, но с таким глубокомысленным и мрачным выражением на все смотревший, что невольно заставлял себя
заметить.
Я
заметил, что припадки застенчивости хотя и находили на Авдотью Васильевну без всякой причины, иногда следовали тотчас же за тем, как при папа упоминали о какой-нибудь молодой и
красивой женщине.
Как часто бывает, что вы года видите семейство под одной и той же ложной завесой приличия, и истинные отношения его членов остаются для вас тайной (я даже
замечал, что чем непроницаемее и потому
красивее эта завеса, тем грубее бывают истинные, скрытые от вас отношения)!
Заметь, что даже самой
красивой девушке не всегда будет семнадцать лет…
Я
заметил, что он редко говорит: хорошо, плохо, скверно, но почти всегда: забавно, утешно, любопытно.
Красивая женщина для него — забавная бабочка, хороший солнечный день — утешный денек. А чаще всего он говорил...
И рассказывает. Жил-был в уездном городе молодой судья, чахоточный, а жена у него — немка, здоровая, бездетная. И влюбилась немка в краснорядца-купца; купец — женатый, жена —
красивая, трое детей. Вот купец
заметил, что немка влюбилась в него, и затеял посмеяться над нею: позвал ее к себе в сад ночью, а сам пригласил двоих приятелей и спрятал их в саду, в кустах.
Он, правда, смотрел на нее, как на прекрасный и нужный ему комфорт, но вместе с тем хотел, чтоб эта прекрасная,
красивая девушка принадлежала ему на самом нерушимом крепостном праве, против которого она никогда не
смела бы и подумать возмутиться.
Елена опустила руку в карман; старушка
заметила это движение, и лицо ее, сморщенное и желтое, но когда-то
красивое, оживилось.
Давно ли его юное сердце благоговело перед своим героем, идеалом, а теперь его бледное
красивое — до того
красивое лицо, что Марья Николаевна его
заметила и высунулась в окошко кареты — это благородное лицо пышет злобой и презрением; глаза, столь похожие на те глаза! — впиваются в Санина, и губы сжимаются… и раскрываются вдруг для обиды…
Есть женщины в русских селеньях
С спокойною важностью лиц,
С
красивою силой в движеньях,
С походкой, со взглядом цариц, —
Их разве слепой не
заметит,
А зрячий о них говорит:
«Пройдет — словно солнце осветит!
Посмотрит — рублем подарит...
— Вчера все, как есть, в лоск лежали, —
заметил курчавый,
красивый брюнет Иволгин.
И «Коршун», пользуясь попутным ветром, несся, весь вздрагивая и раскачиваясь, в бакшаг узлов по десяти, по двенадцати в час, под марселями в два рифа, фоком и гротом, легко и свободно перепрыгивая с волны на волну. И сегодня уж он не имел того оголенного вида, что вчера, когда штормовал с оголенными куцыми мачтами. Стеньги были подняты, и, стройный,
красивый и изящный, он
смело и властно рассекал волны Немецкого моря.
В самом деле, вскоре стали
замечать при дворе, что роскошнее всех бывал одет на представлении актеров-кадетов, о которых мы упоминали,
красивый юноша Никита Афанасьевич Бекетов.
Кухарка вообще довольно часто волновалась. Да и было достаточно разных причин для такого волнения… Например, чего стоил один кот Мурка!
Заметьте, что это был очень
красивый кот и кухарка его очень любила. Каждое утро начиналось с того, что Мурка ходил по пятам за кухаркой и мяукал таким жалобным голосом, что, кажется, не выдержало бы каменное сердце.
Она казалась ему то легкомысленной и доброй, то — хитрой, прикрывающей за своим весельем какие-то тёмные мысли: иногда её круглые глаза, останавливаясь на картах, разгорались жадно, и лицо бледнело, вытягиваясь, иногда же она
метала в сторону Марфы сухой, острый луч, и ноздри её
красивого носа, раздуваясь, трепетали.
И захочется пошалить — перемогусь, а не сдамся, да ещё похвастаюсь: вот,
мол, муженёк дорогой, какой мужик приставал ко мне, куда он
красивее тебя, а я тебе осталась чистой!
— «Ну, кричит, скорей пересчитывай!» Я им и называю, что ведь названия,
мол, даются всё больше по породам, что какой прилично: борзые почаще все «Милорды», а то из наших простых, которые
красивей, «Барбосы» есть, из аглицких «Фани», из курляндских «Шарлотки», французских называют и «Жужу» и «Бижу»; испанские «Карло», или «Катанья», или еще как-нибудь; немецкие «Шпиц»…
Сначала я писал напыщенно-риторическим стилем а la Гоголь, потом старательно усвоил себе манеру
красивых описаний а la Тургенев и только под конец понял, что к гоголевская природа и тургеневская — обе не русские, и под ними может
смело подписаться всякая другая природа, за очень немногими исключениями.
Среди чаек я
заметил и буревестников. С удивительной легкостью они держались в воздухе и при полетах постоянно поворачивали свои
красивые головы то в одну, то в другую сторону. Для этих длиннокрылых, казалось, и встречный ветер не мог явиться помехой. Буревестников что-то влекло к югу. В течение целого дня летели только в одном этом направлении, и не было ни одного, который шел бы им навстречу.