Неточные совпадения
У птиц недаром
говорят:
Что я хватаю с неба
звёзды...
Он хотел
поговорить с ним, утешить его; но, вспомнив, что он в одной рубашке, раздумал и опять сел к форточке, чтобы купаться в холодном воздухе и глядеть на этот чудной формы, молчаливый, но полный для него значения крест и на возносящуюся желтояркую
звезду.
«Разве я не знаю, что
звезды не ходят? — спросил он себя, глядя на изменившую уже свое положение к высшей ветке березы яркую планету. — Но я, глядя на движение
звезд, не могу представить себе вращения земли, и я прав,
говоря, что
звезды ходят».
Вагон встряхивало, качало, шипел паровоз, кричали люди; невидимый в темноте сосед Клима сорвал занавеску с окна, обнажив светло-голубой квадрат неба и две
звезды на нем; Самгин зажег спичку и увидел пред собою широкую спину, мясистую шею, жирный затылок; обладатель этих достоинств, прижав лоб свой к стеклу,
говорил вызывающим тоном...
— Кажется, земский начальник, написал или пишет книгу, новая
звезда, как
говорят о балете. Пыльников таскает всяких… эдаких ко мне, потому что жена не велит ему заниматься политикой, а он думает, что мне приятно терпеть у себя…
Ермак стал спрашивать Таузика про его царя. Далеко ли его город Сибирь? Много ли у Кучума силы, много ли у него богатства? Таузик все рассказал.
Говорит: «Кучум первейший царь на свете. Город его Сибирь — самый большой город на свете. В городе этом,
говорит, людей и скотины столько, сколько
звезд на небе. А силы у Кучума-царя счету нет, его все цари вместе не завоюют».
Воздушная Катерина задрожала. Но уже пан Данило был давно на земле и пробирался с своим верным Стецьком в свои горы. «Страшно, страшно!» —
говорил он про себя, почувствовав какую-то робость в козацком сердце, и скоро прошел двор свой, на котором так же крепко спали козаки, кроме одного, сидевшего на сторо́же и курившего люльку. Небо все было засеяно
звездами.
Они
говорили и о философских вопросах и даже о том, почему светил свет в первый день, когда солнце, луна и
звезды устроены были лишь на четвертый день, и как это понимать следует; но Иван Федорович скоро убедился, что дело вовсе не в солнце, луне и
звездах, что солнце, луна и
звезды предмет хотя и любопытный, но для Смердякова совершенно третьестепенный, и что ему надо чего-то совсем другого.
Каким образом Петровна видела
звезды на Серже, который еще и не имел их, да если б и имел, то, вероятно, не носил бы при поездках на службе Жюли, это вещь изумительная; но что действительно она видела их, что не ошиблась и не хвастала, это не она свидетельствует, это я за нее также ручаюсь: она видела их. Это мы знаем, что на нем их не было; но у него был такой вид, что с точки зрения Петровны нельзя было не увидать на нем двух
звезд, — она и увидела их; не шутя я вам
говорю: увидела.
О победах этого генерала от артиллерии мы мало слышали; [Аракчеев был жалкий трус, об этом
говорит граф Толь в своих «Записках» и статс-секретарь Марченко в небольшом рассказе о 14 декабря, помещенном в «Полярной
звезде».
Многие из друзей советовали мне начать полное издание «Былого и дум», и в этом затруднения нет, по крайней мере относительно двух первых частей. Но они
говорят, что отрывки, помещенные в «Полярной
звезде», рапсодичны, не имеют единства, прерываются случайно, забегают иногда, иногда отстают. Я чувствую, что это правда, — но поправить не могу. Сделать дополнения, привести главы в хронологический порядок — дело не трудное; но все переплавить, d'un jet, [сразу (фр.).] я не берусь.
— Китайские люди
говорят, — добавил он, — там, где упала
звезда, надо искать женьшень.
Было темно, но
звезды на небе уже
говорили, что солнце приближается к горизонту. Морозило… Термометр показывал — 34°С. Гривы, спины и морды лошадей заиндевели. Когда мы тронулись в дорогу, только что начинало светать.
Мы разговаривали:
говорили о небе, о луне, о
звездах. Мне интересно было узнать, как объясняет все небесные явления человек, проведший всю жизнь среди природы, ум которого не был заполнен книжными аксиомами.
Я долго не мог разобраться, на какое светило он указывал, и наконец после разъяснений понял, что он
говорит про Полярную
звезду.
Вскипел гневом владыка ордынский и велел головы снять думным людям, что такие слова про
Звезду Хорасана ему
говорили.
«Ты прости-прощай,
говорит, небо ясное, ты прости-прощай, солнце красное, вы прощайте, месяц и
звезды небесные, вы прощайте, моря, озера и реки, вы прощайте, леса, поля и горы, ты прости-прощай, мать-сыра-земля, вы простите, ангелы, архангелы, серафимы, херувимы и вся сила небесная».
Но от участия в конкурсах, которые могли бы ему создать положение
звезды в шахматном мире, он постоянно отказывался: «У меня нет в натуре ни любви к этой ерунде, ни уважения, —
говорил он, — просто я обладаю какой-то механической способностью ума, каким-то психическим уродством.
А меньшая сестра
говорит: «Я ни ткать, ни прясть не горазда, а когда б на мне Иван-царевич женился, народила б я ему сынов-соколов: во лбу солнце, на затылке месяц, по бокам часты
звезды, пó локоть руки в красном золоте, по колена ноги в чистом сéребре…»
Выражение неба тоже было другое:
звезды по — прежнему мерцали и переливались, но теперь уже не обращали внимания на меня, стоявшего в одной рубашонке на заднем крыльце, а как будто
говорили друг с другом о чем-то, совсем до меня не относящемся.
Днем их пенье не производило на меня особенного впечатления; я даже
говорил, что и жаворонки поют не хуже; но поздно вечером или ночью, когда все вокруг меня утихало, при свете потухающей зари, при блеске
звезд соловьиное пение приводило меня в волнение, в восторг и сначала мешало спать.
Даже в те часы, когда совершенно потухает петербургское серое небо и весь чиновный народ наелся и отобедал, кто как мог, сообразно с получаемым жалованьем и собственной прихотью, — когда всё уже отдохнуло после департаментского скрипенья перьями, беготни, своих и чужих необходимых занятий и всего того, что задает себе добровольно, больше даже, чем нужно, неугомонный человек, — когда чиновники спешат предать наслаждению оставшееся время: кто побойчее, несется в театр; кто на улицу, определяя его на рассматриванье кое-каких шляпенок; кто на вечер — истратить его в комплиментах какой-нибудь смазливой девушке,
звезде небольшого чиновного круга; кто, и это случается чаще всего, идет просто к своему брату в четвертый или третий этаж, в две небольшие комнаты с передней или кухней и кое-какими модными претензиями, лампой или иной вещицей, стоившей многих пожертвований, отказов от обедов, гуляний, — словом, даже в то время, когда все чиновники рассеиваются по маленьким квартиркам своих приятелей поиграть в штурмовой вист, прихлебывая чай из стаканов с копеечными сухарями, затягиваясь дымом из длинных чубуков, рассказывая во время сдачи какую-нибудь сплетню, занесшуюся из высшего общества, от которого никогда и ни в каком состоянии не может отказаться русский человек, или даже, когда не о чем
говорить, пересказывая вечный анекдот о коменданте, которому пришли сказать, что подрублен хвост у лошади Фальконетова монумента, — словом, даже тогда, когда всё стремится развлечься, — Акакий Акакиевич не предавался никакому развлечению.
— А об этом, —
говорила она, захватив одного статского генерала со
звездою, — я хоть и в провинции живу, но могу вам сообщить самые верные сведения, которые прямо идут из самых верных источников.
— Да, —
говорил Райнеру Пархоменко, — это необходимо для однообразия. Теперь в тамошних школах будут читать и в здешних. Я двум распорядителям уж роздал по четыре экземпляра «
звезд» и Фейербаха на школу, а то через вас вышлю.
И ничего не сказали или почти ничего, так кое-что, о чем уж
говорили десять раз прежде. Обыкновенно что: мечты, небо,
звезды, симпатия, счастье. Разговор больше происходил на языке взглядов, улыбок и междометий. Книга валялась на траве.
Он мысленно пробежал свое детство и юношество до поездки в Петербург; вспомнил, как, будучи ребенком, он повторял за матерью молитвы, как она твердила ему об ангеле-хранителе, который стоит на страже души человеческой и вечно враждует с нечистым; как она, указывая ему на
звезды,
говорила, что это очи божиих ангелов, которые смотрят на мир и считают добрые и злые дела людей; как небожители плачут, когда в итоге окажется больше злых, нежели добрых дел, и как радуются, когда добрые дела превышают злые.
Однако ничего, молчит. Только проехали и еще версты с две, я опять:"Право,
говорю, выстою!" — а сам полегоньку с козел в тарантас… словно как ненароком. И вдруг, братец ты мой, как свистнет она меня по рылу кулаком… инда
звезды в глаза вступили!
— Это у вас-то коротки… — засмеялась гостья. — Да вы с неба все
звезды снимите, как захотите… Не я одна это
говорю, а все… уж на что Марья Антоновна не любит вас, а побаивается…
— Господа, хотите играть в карты? — отнеслась Мари к двум пожилым генералам, начинавшим уж и позевывать от скуки; те, разумеется, изъявили величайшую готовность. Мари же сейчас всех их усадила: она, кажется, делала это, чтобы иметь возможность
поговорить посвободней с Вихровым, но это ей не совсем удалось, потому что в зало вошел еще новый гость, довольно высокий, белокурый, с проседью мужчина, и со
звездой.
Великий мистик православного Востока св. Симеон Новый Богослов красиво
говорит: «Все твари, когда увидели, что Адам изгнан из рая, не хотели более повиноваться ему, ни луна, ни прочие
звезды не хотели показываться ему; источники не хотели источать воду, и реки продолжать течение свое; воздух думал не дуть более, чтобы не давать дышать Адаму, согрешившему; звери и все животные земные, когда увидели, что он обнажился от первой славы, стали презирать его, и все тотчас готовы были напасть на него; небо устремлялось было пасть на него, и земля не хотела носить его более.
Воротившись из экскурсии домой, он как-то пришипился и ни о чем больше не хотел
говорить, кроме как об королях. Вздыхал, чесал поясницу, повторял:"ему же дань — дань!","
звезда бо от
звезды","сущие же власти"15 и т. д. И в заключение предложил вопрос: мазанные ли были французские короли, или немазанные, и когда получил ответ, что мазанные, то сказал...
Пройдя еще далее, Франциск опять позвал Льва и сказал: «И еще запиши, брат Лев, овечка божия, что если бы мы научились
говорить на языках ангельских, если бы узнали течение
звезд и если бы нам открылись все клады земли и мы познали бы все тайны жизни птиц, рыб, всех животных, людей, деревьев, камней и вод, — запиши, что и это не было бы радостью совершенной».
Радость совершенная,
говорил он, не в том, чтобы быть восхваляемым людьми за свою добродетель, не в том, чтобы иметь дар исцеления больных, возвращения слуха глухим, зрения слепым, не в том, чтобы предвидеть и предсказывать будущее, не в том, чтобы постигать течение
звезд и свойства всех растений и животных, и не в том даже, чтобы привести всех людей к истинной вере.
Философ Кант
говорил, что две вещи больше всего удивляют его. Одно: это
звезды на небе, а другое: это закон добра в душе человека.
«А у меня, —
говорит, — всё бок: и солнце бок, и месяц бок, и
звезды бок… все бок. Как у меня нет бок?»
Подлец будет вам напевать, что вы красавица и умница, что у вас во лбу
звезда, а под косой месяц, а я вам
говорю: вы не умны, да-с; и вы сделали одну ошибку, став не из-за чего в холодные и натянутые отношения к вашему мужу, которого я признаю большим чудаком, но прекрасным человеком, а теперь делаете другую, когда продолжаете эту бескровную войну не тем оружием, которым способны наилучше владеть ваши войска.
«Недаром
говорят, что у каждого влюбленного есть
звезда», — подумал Санин и позвал Эмиля.
«Но если жена его очень богата — сказывают, она дочь какого-то откупщика, — то не купит ли она мое имение? Хотя он и
говорит, что ни в какие женины дела не входит, но ведь этому веры дать нельзя! Притом же и цену я назначу сходную, выгодную цену! Отчего не попытаться? Быть может, это все моя
звезда действует… Решено! попытаюсь!»
— Поздравьте меня, —
говорит он часто Ивану Дмитричу, — я представлен к Станиславу второй степени со
звездой. Вторую степень со
звездой дают только иностранцам, но для меня почему-то хотят сделать исключение, — улыбается он, в недоумении пожимая плечами. — Вот уж, признаться, не ожидал!
Познакомился Ашанин и с патерами. Вернее, они сами пожелали с ним познакомиться, и однажды поздно вечером, когда он мечтательно любовался
звездами, сидя в лонгшезе на палубе, они подошли к нему и заговорили. Разговор на этот раз был малозначащий.
Говорили о прелести плавания, о красоте неба, — при этом один из патеров выказал серьезные астрономические познания, — о Кохинхине и ее обитателях и затем ушли, выразив удовольствие, что так приятно провели время в обществе русского офицера.
— Подобно утлому челну, —
говорил прерывистым от волнения голосом Глумов, — носились мы, без кормила и весла, по волнам, и только
звезды небесные взирали на нас с высоты.
Ясная декабрьская ночь висела над Петербургом. Полная луна обливала весь город своим матовым светом. Мириады
звезд блестели на темном, казалось, бездонном небосклоне. Окутавший весь город снежный покров блестел как серебро, и на нем виднелись малейшие черные точки, не
говоря уже о сравнительно темных полосках улиц и пригородных дорог.
Старые рыбаки
говорят, что единственное средство спастись от него — это «удирать в открытое море». И бывают случаи, что бора уносит какой-нибудь четырехгребный баркас или голубую, разукрашенную серебряными
звездами турецкую фелюгу через все Черное море, за триста пятьдесят верст, на Анатолийский берег.
Нетов надел бы и свою Анну и Льва и Солнца второй степени, но Марья Орестовна формально ему приказала: ничего на шею не надевать, пока не добьется Владимира, а персидскую
звезду пристегивать только при приемах каких-нибудь именитых гостей. Ордена лежали у него в особом кованом ларце с серебряными горельефами. Заказал себе он маленькие ордена для вечеров, но и этого не любила Марья Орестовна. Она
говорила, что Анну имеет всякий частный пристав.
— Знаешь, зачем я приехала? джанночка, светик мой! —
говорила мне она, увлекая меня на наше любимое место — под ветви густолиственной чинары, и быстро продолжала, не дожидаясь моего ответа: — Ведь Бэлла, не простая Бэлла, Бэлла счастливая… под хорошей
звездой родилась… Бэлла замуж идет за узденя… за богатого… всего много будет… и табун будет… и стадо будет… и золото… все!
И поручики мои то же самое
говорят, только у них это как-то ненатурально выходит: всё о каком-то генерале без
звезды поминают и так и покатываются со смеху.
«Я
говорю вам: нужно еще иметь в себе хаос, чтобы быть в состоянии родить танцующую
звезду! Я
говорю вам: в вас есть еще хаос».
Солнце склонялось к горам. Местные парни с винтовками сидели у входа и курили. Никого из мужчин не выпускали. Катя вышла на крыльцо. На шоссе слабо пыхтел автомобиль, в нем сидел военный в суконном шлеме с красной
звездой, бритый. Перед автомобилем, в почтительной позе, стоял Белозеров. Военный
говорил...
— Что и
говорить, Степан Кондратьевич, мерзость запустения!.. По всему видно, что скоро наступит время, когда угаснет солнце, свергнутся
звезды с тверди небесной и настанет повсюду тьма кромешная! Недром прозорливый Сирах глаголет…
Траурная музыка гулко бьет в окна домов, вздрагивают стекла, люди негромко
говорят о чем-то, но все звуки стираются глухим шарканьем тысяч ног о камни мостовой, — тверды камни под ногами, а земля кажется непрочной, тесно на ней, густо пахнет человеком, и невольно смотришь вверх, где в туманном небе неярко блестят
звезды.