Неточные совпадения
Но вот багряною рукою
Заря от утренних долин
Выводит с солнцем
за собою
Веселый праздник именин.
С утра дом Лариной гостями
Весь полон; целыми семьями
Соседи съехались в возках,
В кибитках, в бричках и в санях.
В передней толкотня, тревога;
В гостиной встреча новых лиц,
Лай мосек, чмоканье девиц,
Шум, хохот, давка у
порога,
Поклоны, шарканье гостей,
Кормилиц крик и плач детей.
Раскольников первый взялся
за дверь и отворил ее настежь, отворил и стал на
пороге как вкопанный.
В это время послышались еще шаги, толпа в сенях раздвинулась, и на
пороге появился священник с запасными дарами, седой старичок.
За ним ходил полицейский, еще с улицы. Доктор тотчас же уступил ему место и обменялся с ним значительным взглядом. Раскольников упросил доктора подождать хоть немножко. Тот пожал плечами и остался.
Молодой человек переступил через
порог в темную прихожую, разгороженную перегородкой,
за которою была крошечная кухня.
Вдруг он переступил осторожно через
порог, бережно притворил
за собой дверь, подошел к столу, подождал с минуту, — все это время не спуская с него глаз, — и тихо, без шуму, сел на стул подле дивана; шляпу поставил сбоку, на полу, а обеими руками оперся на трость, опустив на руки подбородок.
Но дни шли
за днями, годы сменялись годами, пушок обратился в жесткую бороду, лучи глаз сменились двумя тусклыми точками, талия округлилась, волосы стали немилосердно лезть, стукнуло тридцать лет, а он ни на шаг не подвинулся ни на каком поприще и все еще стоял у
порога своей арены, там же, где был десять лет назад.
Сама она усаживалась где-нибудь в холодке: на крыльце, на
пороге погреба или просто на травке, по-видимому с тем, чтоб вязать чулок и смотреть
за ребенком. Но вскоре она лениво унимала его, кивая головой.
У него не было и того дилетантизма, который любит порыскать в области чудесного или подонкихотствовать в поле догадок и открытий
за тысячу лет вперед. Он упрямо останавливался у
порога тайны, не обнаруживая ни веры ребенка, ни сомнения фата, а ожидал появления закона, а с ним и ключа к ней.
В течение рассказа Чертопханов сидел лицом к окну и курил трубку из длинного чубука; а Перфишка стоял на
пороге двери, заложив руки
за спину и, почтительно взирая на затылок своего господина, слушал повесть о том, как после многих тщетных попыток и разъездов Пантелей Еремеич наконец попал в Ромны на ярмарку, уже один, без жида Лейбы, который, по слабости характера, не вытерпел и бежал от него; как на пятый день, уже собираясь уехать, он в последний раз пошел по рядам телег и вдруг увидал, между тремя другими лошадьми, привязанного к хребтуку, — увидал Малек-Аделя!
— А то раз, — начала опять Лукерья, — вот смеху-то было! Заяц забежал, право! Собаки, что ли,
за ним гнались, только он прямо в дверь как прикатит!.. Сел близехонько и долго-таки сидел, все носом водил и усами дергал — настоящий офицер! И на меня смотрел. Понял, значит, что я ему не страшна. Наконец, встал, прыг-прыг к двери, на
пороге оглянулся — да и был таков! Смешной такой!
За небольшим прудом, из-за круглых вершин яблонь и сиреней, виднеется тесовая крыша, некогда красная, с двумя трубами; кучер берет вдоль забора налево и при визгливом и сиплом лае трех престарелых шавок въезжает в настежь раскрытые ворота, лихо мчится кругом по широкому двору мимо конюшни и сарая, молодецки кланяется старухе ключнице, шагнувшей боком через высокий
порог в раскрытую дверь кладовой, и останавливается, наконец, перед крылечком темного домика с светлыми окнами…
Мальчишки в длинных рубашонках с воплем бежали в избы, ложились брюхом на высокий
порог, свешивали головы, закидывали ноги кверху и таким образом весьма проворно перекатывались
за дверь, в темные сени, откуда уже и не показывались.
Переступив
за незнакомый
порог и нашед в новом своем жилище суматоху, он вздохнул о ветхой лачужке, где в течение осьмнадцати лет все было заведено самым строгим порядком; стал бранить обеих своих дочерей и работницу
за их медленность и сам принялся им помогать.
На
пороге одной из комнаток игрушечного дома он остановился с невольной улыбкой: у стены на диване лежал Макаров, прикрытый до груди одеялом, расстегнутый ворот рубахи обнажал его забинтованное плечо;
за маленьким, круглым столиком сидела Лидия; на столе стояло блюдо, полное яблок; косой луч солнца, проникая сквозь верхние стекла окон, освещал алые плоды, затылок Лидии и половину горбоносого лица Макарова. В комнате было душисто и очень жарко, как показалось Климу. Больной и девушка ели яблоки.
В двери явилась Лидия. Она встала, как бы споткнувшись о
порог, которого не было; одной рукой схватилась
за косяк, другой прикрыла глаза.
Тотчас же вслед
за Климом дверь снова отворилась, на
пороге встала Лидия, прищурилась и спросила...
За этим делом его и застала Никонова. Открыв дверь и медленно притворяя ее, она стояла на
пороге, и на побледневшем лице ее возмущенно и неестественно выделились потемневшие глаза. Прошло несколько неприятно длинных секунд, прежде, чем она тихо, с хрипотой в горле, спросила...
— Не кричите, Безбедов, — сказал Тагильский, подходя к нему. Безбедов, прихрамывая, бросился к двери, толкнул ее плечом, дверь отворилась, на
пороге встал помощник начальника,
за плечом его возвышалось седоусое лицо надзирателя.
Лонгрен поехал в город, взял расчет, простился с товарищами и стал растить маленькую Ассоль. Пока девочка не научилась твердо ходить, вдова жила у матроса, заменяя сиротке мать, но лишь только Ассоль перестала падать, занося ножку через
порог, Лонгрен решительно объявил, что теперь он будет сам все делать для девочки, и, поблагодарив вдову
за деятельное сочувствие, зажил одинокой жизнью вдовца, сосредоточив все помыслы, надежды, любовь и воспоминания на маленьком существе.
Я сначала, как заглянул с палубы в люк, не мог постигнуть, как сходят в каюту: в трапе недоставало двух верхних ступеней, и потому надо было прежде сесть на
порог, или «карлинсы», и спускать ноги вниз, ощупью отыскивая ступеньку, потом, держась
за веревку, рискнуть прыгнуть так, чтобы попасть ногой прямо на третью ступеньку.
Но вот океан: переступишь
за его
порог — и возврата нет!
Может быть, опасение
за торговую нерасчетливость какого-нибудь Джердина и справедливо, но зато обладание Гонконгом, пушки, свой рейд — все это у
порога Китая, обеспечивает англичанам торговлю с Китаем навсегда, и этот островок будет, кажется, вечным бельмом на глазу китайского правительства.
Бригадир понял, что дело зашло слишком далеко и что ему ничего другого не остается, как спрятаться в архив. Так он и поступил. Аленка тоже бросилась
за ним, но случаю угодно было, чтоб дверь архива захлопнулась в ту самую минуту, когда бригадир переступил
порог ее. Замок щелкнул, и Аленка осталась снаружи с простертыми врозь руками. В таком положении застала ее толпа; застала бледную, трепещущую всем телом, почти безумную.
— Похоже на то, до того опротивел, и хоть сегодня я в последний раз войду
за этот скверный
порог, а все-таки противно…» Но нет, и это не то.
Остановясь на
пороге, отец Ферапонт воздел руки, и из-под правой руки его выглянули острые и любопытные глазки обдорского гостя, единого не утерпевшего и взбежавшего вослед отцу Ферапонту по лесенке из-за превеликого своего любопытства.
Она молча шла
за ним, в глубокой задумчивости, от которой очнулась у
порога часовни. Она вошла туда и глядела на задумчивый лик Спасителя.
— Что еще там? — раздался позади меня голос, и из двери вышел человек в черном сюртуке, а следом
за ним двое остановились на
пороге, заглядывая к нам.
Она состояла из восьми дворов и имела чистенький, опрятный вид. Избы были срублены прочно. Видно было, что староверы строили их не торопясь и работали, как говорится, не
за страх, а
за совесть. В одном из окон показалось женское лицо, и вслед
за тем на
пороге появился мужчина. Это был староста. Узнав, кто мы такие и куда идем, он пригласил нас к себе и предложил остановиться у него в доме. Люди сильно промокли и потому старались поскорее расседлать коней и уйти под крышу.
— Дурак, — повторила бабушка, отходя от двери; дед бросился
за нею, но она, не торопясь, перешагнула
порог и захлопнула дверь пред лицом его.
Нянька Евгенья, присев на корточки, вставляла в руку Ивана тонкую свечу; Иван не держал ее, свеча падала, кисточка огня тонула в крови; нянька, подняв ее, отирала концом запона и снова пыталась укрепить в беспокойных пальцах. В кухне плавал качающий шёпот; он, как ветер, толкал меня с
порога, но я крепко держался
за скобу двери.
После этого мы дружно взялись
за топоры. Подрубленная ель покачнулась. Еще маленькое усилие — и она стала падать в воду. В это время Чжан Бао и Чан Лин схватили концы ремней и закрутили их
за пень. Течение тотчас же начало отклонять ель к
порогу, она стала описывать кривую от середины реки к берегу, и в тот момент, когда вершина проходила мимо Дерсу, он ухватился
за хвою руками. Затем я подал ему палку, и мы без труда вытащили его на берег.
Наутро смотрит, на зорьке Дина вышла на
порог с куклой. А куклу уж лоскутками красными убрала и качает, как ребенка, сама по-своему прибаюкивает. Вышла старуха, забранилась
за нее, выхватила куклу, разбила ее, услала куда-то Дину на работу.
Бывает и так, что, кроме хозяина, застаешь в избе еще целую толпу жильцов и работников; на
пороге сидит жилец-каторжный с ремешком на волосах и шьет чирки; пахнет кожей и сапожным варом; в сенях на лохмотьях лежат его дети, и тут же в темном я тесном углу его жена, пришедшая
за ним добровольно, делает на маленьком столике вареники с голубикой; это недавно прибывшая из России семья.
Ганя стоял как бы в отупении на
пороге гостиной и глядел молча, не препятствуя входу в залу одного
за другим человек десяти или двенадцати, вслед
за Парфеном Рогожиным.
Он сначала отворил дверь ровно настолько, чтобы просунуть голову. Просунувшаяся голова секунд пять оглядывала комнату; потом дверь стала медленно отворяться, вся фигура обозначилась на
пороге, но гость еще не входил, а с
порога продолжал, прищурясь, рассматривать князя. Наконец затворил
за собою дверь, приблизился, сел на стул, князя крепко взял
за руку и посадил наискось от себя на диван.
Именно под этим впечатлением Галактион подъезжал к своему Городищу. Начинало уже темниться, а в его комнате светился огонь. У крыльца стоял чей-то дорожный экипаж. Галактион быстро взбежал по лестнице на крылечко, прошел темные сени, отворил дверь и остановился на
пороге, — в его комнате сидели Михей Зотыч и Харитина
за самоваром.
Сказал об этом брату с невесткой, те не знают, как и благодарить Герасима
за новую милость… А потом, мало погодя, задрожал подбородок у Пелагеи Филиппьевны, затряслись у ней губы и градом полились слезы из глаз. Вскочив с места, она хотела поспешно уйти из избы, но деверь остановил ее на
пороге.
Побродил Алексей вкруг домика, походил и вокруг часовни. Но уж стемнело, и путем ничего нельзя было разглядеть. Пошел на огонь к игуменской «стае», добраться бы до ночлега да скорей на боковую… Только переступил
порог, кто-то схватил его
за руку.
А на
пороге еще обнялись. И долго озаряло их высоко поднявшееся из-за леса солнце.
Если бы дядя Елистрат чуть не силком затащил его, ни
за что бы на свете не переступил он
порога ее.
С
порога хижины моей
Так видел я, средь летних дней,
Когда
за курицей трусливой
Султан курятника спесивый,
Петух мой по двору бежал
И сладострастными крылами
Уже подругу обнимал...
Когда, на другой день утром, я стал подходить к знакомому домику, меня поразило одно обстоятельство: все окна в нем были растворены, и дверь тоже была раскрыта; какие-то бумажки валялись перед
порогом; служанка с метлой показалась
за дверью.
Но люди переходной эпохи не должны выдавать себя
за носителей нового откровения, а лишь
за жаждущих, предчувствующих и стоящих у
порога.
Прошло еще пять дней, и я настолько окреп, что пешком, без малейшей усталости, дошел до избушки на курьих ножках. Когда я ступил на ее
порог, то сердце забилось с тревожным страхом у меня в груди. Почти две недели не видал я Олеси и теперь особенно ясно понял, как была она мне близка и мила. Держась
за скобку двери, я несколько секунд медлил и едва переводил дыхание. В нерешимости я даже закрыл глаза на некоторое время, прежде чем толкнуть дверь…
На следующий вечер старший брат, проходя через темную гостиную, вдруг закричал и со всех ног кинулся в кабинет отца. В гостиной он увидел высокую белую фигуру, как та «душа», о которой рассказывал капитан. Отец велел нам идти
за ним… Мы подошли к
порогу и заглянули в гостиную. Слабый отблеск света падал на пол и терялся в темноте. У левой стены стояло что-то высокое, белое, действительно похожее на фигуру.
Но у Макара Ивановича я, совсем не ожидая того, застал людей — маму и доктора. Так как я почему-то непременно представил себе, идя, что застану старика одного, как и вчера, то и остановился на
пороге в тупом недоумении. Но не успел я нахмуриться, как тотчас же подошел и Версилов, а
за ним вдруг и Лиза… Все, значит, собрались зачем-то у Макара Ивановича и «как раз когда не надо»!
Актер(останавливается, не затворяя двери, на
пороге и, придерживаясь руками
за косяки, кричит). Старик, эй! Ты где? Я — вспомнил… слушай. (Шатаясь, делает два шага вперед и, принимая позу, читает.)
Барон(стоя на
пороге, кричит). Эй… вы! Иди… идите сюда! На пустыре… там… Актер… удавился! (Молчание. Все смотрят на Барона. Из-за его спины появляется Настя и медленно, широко раскрыв глаза, идет к столу.)
Тогда Володя прятался
за угол и снова высовывался, глядя наверх, не летит ли еще сюда. Хотя Вланг несколько раз из блиндажа умолял Володю вернуться, он часа три просидел на
пороге, находя какое-то удовольствие в испытываньи судьбы и наблюдении
за полетом бомб. Под конец вечера уж он знал, откуда сколько стреляет орудий, и куда ложатся их снаряды.
Родился он в Бердичеве; до двух лет пил козье молоко и ел селедочную утробку, которая валялась по грязному полу; трех лет стоял, выпялив пузо, на
пороге отцовской закуты; с четырех до восьми, в ермолке и широком отцовском ляпсардаке, обучался бердичевским специальностям: воровству-краже и воровству-мошенничеству, а девяти сдан в рекруты под видом двенадцатилетнего на основании присяжного свидетельства двенадцати добросовестных евреев, утверждавших
за полкарбованца, что мальчику уже сполна минуло двенадцать лет и он может поступить в рекруты
за свое чадолюбивое общество.