Неточные совпадения
Толстые же никогда не
занимают косвенных мест, а всё прямые, и уж если
сядут где, то
сядут надежно и крепко, так что скорей место затрещит и угнется под ними, а уж они не слетят.
Он
сел и задумался. Много передумал он в эти полтора часа, много изменилось в его мыслях, много он принял новых решений. Наконец он остановился на том, что сам поедет с поверенным в деревню, но прежде выпросит согласие тетки на свадьбу, обручится с Ольгой, Ивану Герасимовичу поручит отыскать квартиру и даже
займет денег… немного, чтоб свадьбу сыграть.
Наконец дворецкий провозгласил: «кушание поставлено», — и Кирила Петрович первый пошел
садиться за стол, за ним двинулись дамы и важно
заняли свои места, наблюдая некоторое старшинство, барышни стеснились между собою как робкое стадо козочек и выбрали себе места одна подле другой.
Нас попросили отдохнуть и выпить чашку чаю в ожидании, пока будет готов обед. Ну, слава Богу! мы среди живых людей: здесь едят. Японский обед! С какой жадностью читал я, бывало, описание чужих обедов, то есть чужих народов, вникал во все мелочи, говорил, помните, и вам, как бы желал пообедать у китайцев, у японцев! И вот и эта мечта моя исполнилась. Я pique-assiette [блюдолиз, прихлебатель — фр.] от Лондона до Едо. Что будет, как подадут, как
сядут — все это
занимало нас.
Он вспомнил, что еще в Москве задумал статью «О прекрасном в искусстве и в жизни», и
сел за работу. Первую половину тезиса, гласившую, что прекрасное присуще искусству, как обязательный элемент, он, с помощью амплификаций объяснил довольно легко, хотя развитие мысли
заняло не больше одной страницы. Но вторая половина, касавшаяся влияния прекрасного на жизнь, не давалась, как клад. Как ни поворачивал Бурмакин свою задачу, выходил только голый тезис — и ничего больше. Даже амплификации не приходили на ум.
Время между чаем и ужином самое томительное. Матушка целый день провела на ногах и, видимо, устала. Поэтому, чтоб
занять старика, она устраивает нечто вроде домашнего концерта. Марья Андреевна
садится за старое фортепьяно и разыгрывает варьяции Черни. Гришу заставляют петь: «Я пойду-пойду косить…» Дедушка слушает благосклонно и выражает удовольствие.
Проводя игуменью, все стали вокруг столов. Казначея мать Таифа, как старейшая,
заняла место настоятельницы. Подали в чашках кушанье, Таифа ударила в кандию, прочитали молитву перед трапезой,
сели и стали обедать в строгом молчании. Только один резкий голос канонницы, нараспев читавшей житие преподобного Ефрема Сирина, уныло раздавался в келарне.
— Я так и знал, что ты так примешь, Соня, — проговорил он. Так как мы все встали при входе его, то он, подойдя к столу, взял кресло Лизы, стоявшее слева подле мамы, и, не замечая, что
занимает чужое место,
сел на него. Таким образом, прямо очутился подле столика, на котором лежал образ.
Компания
села. Суетившийся Завулонов
занял у Розанова три рубля и тоже поехал.
Княжна скорее упала, чем
села на скамью. В публике послышался шепот неудовольствия. С согласия представителя обвинительной власти, трибуну которого
занимал Новский, суд нашел допрос свидетелей, в виде сознания подсудимой, излишним и постановил приступить к судебным прениям.
—
Сядьте со мной рядом; вы самый старший мой постоялец и потому должны
занимать первое подле меня место.
Павел Федорыч уехал, а мы перешли в гостиную. Филофей Павлыч почти толкнул меня на диван ("вы, братец, — старший в семействе; по христианскому обычаю, вам следовало бы под образами сидеть, а так как у нас, по легкомыслию нашему, в парадных комнатах образов не полагается — ну, так хоть на диван попокойнее поместитесь!" — сказал он при этом, крепко сжимая мне руку), а сам
сел на кресло подле меня. Сбоку, около стола, поместились маменька с дочкой, и я слышал, как Машенька шепнула:"
Займи дядю-то!"
Петр Федорович не мог назваться новым управляющим
села Грузина, так как
занимал первое место в грузинской вотчинной конторе в течение уже нескольких лет, а именно, с памятного читателям 1825 года — года смерти императора Александра Павловича и совершенного незадолго перед кончиной венценосного друга графа Аракчеева убийства знаменитой домоправительницы последнего, Настасьи Федоровны Минкиной.
С Вихровым продолжалось тоскливое и бессмысленное состояние духа. Чтобы
занять себя чем-нибудь, он начал почитывать кой-какие романы. Почти во все время университетского учения замолкнувшая способность фантазии — и в нем самом вдруг начала работать, и ему вдруг захотелось что-нибудь написать: дум, чувств, образов в голове довольно накопилось, и он
сел и начал писать…
Комната Марьи Тимофеевны была вдвое более той, которую
занимал капитан, и меблирована такою же топорною мебелью; но стол пред диваном был накрыт цветною нарядною скатертью; на нем горела лампа; по всему полу был разостлан прекрасный ковер; кровать была отделена длинною, во всю комнату, зеленою занавесью, и, кроме того, у стола находилось одно большое мягкое кресло, в которое, однако, Марья Тимофеевна не
садилась.
Никто эту тигру не видал, но зато очень многие видали тех, кто слышал о ней от людей, ее видевших или даже от нее пострадавших. И пострадавшие были всё из самых ближних деревень. Десятского из
села Хотуши она
заела насмерть, прыгнув на него из-за крестцов ржаной копны; одной кургузовской девке выела щеку, когда она собирала в лесу грибы. Скотины же задрала — нет числа, особенно в лесах.
В 1879 году в Сиднее, в Австралии, должна была открыться всемирная выставка. Однажды, в субботу, за ужином, папа стал мечтать. Первого января тираж выигрышного
займа. Если мы выиграем двести тысяч, то все поедем в Австралию на выставку. По железной дороге поехали бы в Одессу, там
сели бы на пароход. Как бы он пошел? Через Константинопольский пролив… «Принеси-ка, Виця, географический атлас!»
В это же самое время умер султан Абдул-Гамид, и его место
занял юный
Селим III.
Даже место в карете, перед тем как ей выехать, согревалось тем же способом, и для этого в доме содержалась очень толстая немка, которая за полчаса до выезда
садилась в карете на то место, которое потом должна была
занять графиня.
Стулья между тем так были поставлены, что вице-губернатор непременно должен был
сесть рядом с губернатором; но он, легонько повернувшись на каблуках, подошел и
сел около хозяйки в кресло, которое, собственно, предназначено было для губернаторши, но которая не успела еще
занять его.
12 июля на заре мятежники под предводительством Пугачева потянулись от
села Царицына по Арскому полю, двигая перед собою возы сена и соломы, между коими везли пушки. Они быстро
заняли находившиеся близ предместья кирпичные сараи, рощу и загородный дом Кудрявцева, устроили там свои батареи и сбили слабый отряд, охранявший дорогу. Он отступил, выстроясь в карре и оградясь рогатками.
Вот, осторожно ступая по склизкому скату, кони спустились на плотину у мукомольной мельницы, прислонившейся внизу, у ручьистого оврага, перебрались на противоположную сторону, — и казачий отряд, разделясь на две группы, тотчас же на рысях разъехался вправо и влево, и там и здесь растянулся широкою цепью, отделяя от себя где одного, где пару казаков, окружил
село и
занял все выходы.
Но в Сарапуле
сел на пароход толстый мужчина, с дряблым, бабьим лицом без бороды и усов. Теплая длинная чуйка и картуз с наушниками из лисьего меха еще более усиливали его сходство с женщиной. Он тотчас же
занял столик около кухни, где было теплее, спросил чайный прибор и начал пить желтый кипяток, не расстегнув чуйки, не сняв картуза, обильно потея.
Не торгуясь,
сел в сани извозчика и всю дорогу молчал, а в гостинице,
заняв столик в углу, сразу начал вполголоса, оглядываясь, сердито тоскуя...
— Пойдемте же кушать, пойдемте, — проговорила жалостливым голосом хозяйка, и все отправились в столовую. —
Сядьте подле меня, Zoe, — промолвила Анна Васильевна, — а ты, Hélène,
займи гостя, а ты, Paul, пожалуйста, не шали и не дразни Zoe. У меня голова болит сегодня.
Шагов я не слышал. Внизу трапа появилась стройная, закутанная фигура, махнула рукой и перескочила в шлюпку точным движением. Внизу было светлее, чем смотреть вверх, на палубу. Пристально взглянув на меня, женщина нервно двинула руками под скрывавшим ее плащом и
села на скамейку рядом с той, которую
занимал я. Ее лица, скрытого кружевной отделкой темного покрывала, я не видел, лишь поймал блеск черных глаз. Она отвернулась, смотря на корабль. Я все еще удерживался за трап.
Ветер дул в спину. По моему расчету, через два часа должен был наступить рассвет. Взглянув на свои часы с светящимся циферблатом, я увидел именно без пяти минут четыре. Ровное волнение не представляло опасности. Я надеялся, что приключение окончится все же благополучно, так как из разговоров на «Бегущей» можно было понять, что эта часть океана между Гарибой и полуостровом весьма судоходна. Но больше всего меня
занимал теперь вопрос, кто и почему
сел со мной в эту дикую ночь?
Ивану Демьянычу было так же душно, как и мне. Он ерошил свои перья, оттопыривал крылья и громко выкрикивал фразы, выученные им у моего предшественника Поспелова и Поликарпа. Чтобы
занять чем-нибудь свой послеобеденный досуг, я
сел перед клеткой и стал наблюдать за движениями попугая, старательно искавшего и не находившего выхода из тех мук, которые причиняли ему духота и насекомые, обитавшие в его перьях… Бедняжка казался очень несчастным…
Сели на песке кучками по восьмеро на чашку. Сперва хлебали с хлебом «юшку», то есть жидкий навар из пшена с «поденьем», льняным черным маслом, а потом густую пшенную «ройку» с ним же. А чтобы сухое пшено в рот лезло, зачерпнули около берега в чашки воды: ложка каши — ложка воды, а то ройка крута и суха, в глотке стоит. Доели. Туман забелел кругом. Все жались под дым, а то комар
заел. Онучи и лапти сушили. Я в первый раз в жизни надел лапти и нашел, что удобнее обуви и не придумаешь: легко и мягко.
Таким образом, поход этот
занял почти все лето, тем более что иногда императрица по нескольку дней отдыхала в Москве и
селах по дороге.
Государыня, вследствие этой последней проделки, переехала в Царское
Село, куда запрещено было следовать Бекетову. Несчастный Никита Афанасьевич остался с Елагиным и заболел горячкой, от которой чуть не умер. В бреду он постоянно говорил об императрице, которая, видимо,
занимала все его мысли. Как только он оправился, его удалили от двора. Шуваловы торжествовали.
Выпили и закусили пирожками с черносмородинным вареньем. У Передонова, чтобы
занимать гостей, только и было в запасе, что карты да водка. Так как за карты
сесть еще нельзя было, — чай надо было пить, — то оставалась водка.
Все
заняли свои места вокруг стола; Петенька
сел несколько поодаль, отвалился на спинку стула, положил ногу на ногу и, закуривая папироску, иронически посматривал на отца.
Илья ясно видел, что дядю нимало не
занимает судьба Якова, и это увеличивало его неприязнь к горбуну. Он никогда не видал Терентия таким радостным, и эта радость, явившаяся пред ним тотчас же вслед за слезами Якова, возбуждала в нём мутное чувство. Он
сел под окном, сказав дяде...
Было ясное июньское воскресенье, когда Нехлюдов, напившись кофею и пробежав главу «Maison Rustique», [Ферма,] с записной книжкой и пачкой ассигнаций в кармане своего легонького пальто, вышел из большого с колоннадами и террасами деревенского дома, в котором
занимал внизу одну маленькую комнатку, и по неочищенным, заросшим дорожкам старого английского сада направился к
селу, расположенному по обеим сторонам большой дороги.
И вот пришел следующий класс; прочитали молитву; учитель
сел за стол; сделалась тишина. Многих из нас
занимало, спросит или не спросит нынешний раз новый учитель Калатузова; а он его как раз и зовет.
— Ничего не могу сделать. Вы подлежите ответственности, что сами
занимаете комнату, в которой могут жить двое, и не заявили об этом в отдел.
Поселят к вам того, кому я дам ордер.
Горсть храбрецов под предводительством знающего страну как своих пять пальцев подполковника генерального штаба Мадритова в течении более двух месяцев оперировала в Корее, жгла
села и деревни сопротивлявшихся корейцев, чуть не
заняла город Анжу и вернулась с незначительными потерями.
В дверях комнаты, служившей кабинетом Караулову — Федор Дмитриевич
занимал половину избы одного из богатых крестьян
села — показался денщик, бравый парень с плутоватыми глазами, какими часто обладает русский солдат, но которые далеко не служат признаком нечестной натуры, а лишь врожденной сметливости и вымуштрованной ловкости.
Свирский быстро выскочил,
сел на первого попавшего извозчика и с бьющимся сердцем подъехал к дому, где
занимал квартиру.
Все эти строения, с их пристройками, клетьми и загородками,
занимали столь большое пространство, что с первого взгляда их можно было почесть вторым
селом, не менее первого.
Заняв во всех банках (вся Россия в то время была, как тенетами, покрыта банками, так что ни одному зайцу не было надежды проскочить, не попав головой в одну из петель) более миллиона рублей, он бежал за границу, но в Гамбурге был поймай в ту самую минуту, как
садился на отправлявшийся в Америку пароход, и теперь томится в остроге (присяжные заседатели видели в этом происшествии перст божий).
Зачем же я буду
садиться между двух стульев? зачем я буду стремиться
занять позицию, на которой — я знаю это наверно — рано или поздно, тем или другим способом, но провалюсь?
— Ты
сядешь рядом со мной, — сказал он, — поэтому
сядь на то место, которое будет от меня слева, — сказав это, он немедленно удалился, и в скором времени, когда большинство уселось, я
занял кресло перед столом, имея по правую руку Дюрока, а по левую — высокую, тощую, как жердь, даму лет сорока с лицом рыжего худого мужчины и такими длинными ногтями мизинцев, что, я думаю, она могла смело обходиться без вилки.
Опять желтая четвероместная карета с важами, наполненными дамскими туалетами и нашим платьем, подъезжает шестериком под крыльцо, дверцы отворяются, подножка в четыре ступеньки со стуком подставляет свои коврики, и мы
занимаем надлежащие места; повар Афанасий
садится с кучером на козлы, а проворный камердинер Иван Никифоров, крикнув: «Пошел!» — на ходу вскакивает на запятки и усаживается в крытой сиделке.
— Эх, братцы, какого человека этот свинец съел: ведь три года тому назад он не человек — сила был: лошадь одной рукой
садиться заставлял, по три свинки [Свинка — четыре пуда свинца.] в третий этаж носил!.. А все свинец копейкинский. Много он нашего брата
заел, проклятый, да и еще
заест!..
Комаревские церкви (одна из них превосходнейшей архитектуры) стояли почти бок о бок и
занимали середину
села.
Он продолжал так же ходко подвигаться к двум церквам, которые
занимали середину
села.
— Не знаю, знаю только, что зовут его Борисом Петровичем. Сегодня утром я его не видал, не видал и после полудня, а тут я услыхал о найденном трупе, побежал к избе, которую
занимал постоялец — глядь, замок висит. Ну, подумал я, наверно, это моего соколика укокошили…
Сел на лошадь, да айда сюда… вхожу, а он тут и есть, лежит весь искрошенный…
Лизавета Петровна поразила меня! Я схватилась за ее руку и впилась в нее глазами, точно желая взять у нее,
занять хоть на минуту ее душевную силу. Она пошла прямо к одной из женщин, сидевших на диване, к самой красивой; подошла, назвала ее по имени, поздоровалась,
села рядом с нею и заговорила как ни в чем не бывало.