Неточные совпадения
О себе приезжий, как казалось, избегал много говорить; если же говорил, то какими-то общими местами, с заметною скромностию, и разговор его в таких случаях принимал несколько книжные обороты: что он не значащий червь мира сего и не достоин того, чтобы много о нем заботились, что испытал много на веку своем, претерпел на
службе за правду, имел много неприятелей, покушавшихся даже на жизнь его, и что теперь, желая успокоиться, ищет избрать наконец место для жительства, и что, прибывши в этот город, почел за непременный
долг засвидетельствовать свое почтение первым его сановникам.
Тьфу!
служба и чины, кресты — души мытарства,
Лахмотьев Алексей чудесно говорит,
Что радикальные потребны тут лекарства,
Желудок
дольше не варит.
Поживя долго безвыездно в Москве, он доходил до того, что начинал беспокоиться дурным расположением и упреками жены, здоровьем, воспитанием детей, мелкими интересами своей
службы; даже то, что у него были
долги, беспокоило его.
Долг требовал, чтобы я явился туда, где
служба моя могла еще быть полезна отечеству в настоящих затруднительных обстоятельствах…
Я отвечал, что приехал на
службу и явился по
долгу своему к господину капитану, и с этим словом обратился было к кривому старичку, принимая его за коменданта; но хозяйка перебила затверженную мною речь.
— Купленный или украденный титул! — возражал он в пылу. — Это один из тех пройдох, что, по словам Лермонтова, приезжают сюда «на ловлю счастья и чинов», втираются в большие дома, ищут протекции женщин, протираются в
службу и потом делаются гран-сеньорами. Берегитесь, кузина, мой
долг оберечь вас! Я вам родственник!
«Свободная» личность у него часовой и работник без выслуги, она несет
службу и должна стоять на карауле до смены смертью, она должна морить в себе все лично-страстное, все внешнее
долгу, потому что она — не она, ее смысл, ее сущность вне ее, она — орган справедливости, она предназначена, как дева Мария, носить в мучениях идею и водворить ее на свет для спасения государства.
— Неужто за все
службы? — спросил он. — Ведь у вас они
долгие, опять же к утрени подымаются у вас раным-ранехонько.
— Я — патронесса монастыря для падших девушек, и поэтому я, по
долгу моей
службы, должна собирать сведения о вас.
Служба будет
долгая и ранняя.
Про Иргиз говорили: знаком был он матери Манефе; до игуменства чуть не каждый год туда ездила и гащивала в тамошних женских обителях по месяцу и
дольше… Василий Борисыч также коротко знал Иргизские монастыри. Долго он рассуждал с Манефой о благолепии тамошних церквей, о стройном порядке
службы, о знаменитых певцах отца Силуяна, о пространном и во всем преизобильном житии тамошних иноков и стариц.
Рядом с Салтыковым Некрасов сейчас же выигрывал как литературный человек. В нем чувствовался, несмотря на его образ жизни,"наш брат — писатель", тогда как на Салтыкова
долгая чиновничья
служба наложила печать чего-то совсем чуждого писательскому миру, хотя он и был такой убежденный писатель и так любил литературу.
Эта беспечная жизнь внезапно прекратилась. Из-за
долгов его брата дом надо было продать и превратиться в литератора, живущего на гонорар с прибавкой какой-то
службы.
Долгая «николаевская»
служба уже взяла всю его жизнь, порвала все семейные связи, и старое солдатское сердце пробавлялось хоть временными привязанностями на стоянках…
Медведев. И мне надо идти… Эх,
служба! И зачем разнимают людей, когда они дерутся? Они и сами перестали бы… ведь устаешь драться… Давать бы им бить друг друга свободно, сколько каждому влезет… стали бы меньше драться, потому побои-то помнили бы
дольше…
Вспомнив то, что было на 5 бастионе, он с чрезвычайно отрадным чувством самодовольства подумал, что он хорошо исполнил свой
долг, что в первый раз за всю свою
службу он поступил так хорошо, как только можно было, и ни в чем не может упрекнуть себя.
Помада очень мало изменился в Москве. По крайней ветхости всего его костюма можно было безошибочно полагать, что житье его было не сахарное. О
службе своей он разговаривал неохотно и только несколько раз принимался рассказывать, что
долги свои он уплатил все до копеечки.
— Как хотите. Вы устали,
служба сегодня
долгая будет, оставайтесь дома.
«Давно ли ты здесь?» Удивился, что мы до сих пор не встретились, слегка спросил, что я делаю, где служу,
долгом счел уведомить, что он имеет прекрасное место, доволен и
службой, и начальниками, и товарищами, и… всеми людьми, и своей судьбой… потом сказал, что ему некогда, что он торопится на званый обед — слышите, ma tante? при свидании, после
долгой разлуки, с другом, он не мог отложить обеда…
— Что за благодарность? ведь ты мне родня? я исполняю свой
долг. Ну, я теперь оденусь и поеду; у меня и
служба и завод…
— И еще я имею кое-что сказать вам. Я давно служу, вы же только еще начинаете
службу, и я считаю
долгом, как старший товарищ, предостеречь вас. Вы катаетесь на велосипеде, а эта забава совершенно неприлична для воспитателя юношества.
— В отношении госпожи, о которой вам говорил, я исполнил свой
долг: я женился на ней; мало того, по ее желанию оставил военную
службу и получил, благодаря милостивому содействию Егора Егорыча, очень видное и почетное место губернского почтмейстера — начальника всех почт в губернии — с прекрасным окладом жалованья.
Алексей Андреевич, несмотря на совершившийся в его частной жизни недавний переворот, ни мало не изменился в своем усердии к
службе — служебный
долг был для него выше всего.
Явившись к новому своему начальству, он узнал, что все прибывающие на
службу в поселения должны были непременно представляться самому графу, а так как граф накануне выехал в южные поселения, то Хвостову и предстояло исполнить этот
долг по возвращении его сиятельства.
Между тем, толпа, сопровождавшая двух жертв
долга и
службы, придя на ротную площадь, остановилась и начала снова бить Бутовича и Забелина чем попало, и, совершенно бесчувственных, их потащили в ригу, где положили рядом с умершим Богоявленским.
— Он был лишь доцентом, всего лишь доцентом, и по чину всего только коллежский асессор при отставке, — ударял он себя рукой в грудь, — знаков отличия не имеет, уволен из
службы по подозрению в замыслах против правительства. Он состоял под тайным надзором и, несомненно, еще состоит. И ввиду обнаружившихся теперь беспорядков вы, несомненно, обязаны
долгом. Вы же, наоборот, упускаете ваше отличие, потворствуя настоящему виновнику.
Признаюсь вам, мне было тяжко бороться с совестью; с одной стороны представлялось мне, что поджог тут обстоятельство совершенно постороннее, что самое преступление, как оно ни велико, содержит в себе столько наивных, столько симпатичных сторон; с другой стороны вопиял иной голос, — голос
долга и
службы, доказывавший мне, что я, как следователь, не имею права рассуждать и тем менее соболезновать…
На той неделе и то Вера Панкратьевна, старуха-то, говорит: «Ты у меня смотри, Александра Александрыч, на попятный не вздумай; я, говорит, такой счет в правленье представлю, что угоришь!» Вот оно и выходит, что теперича все одно: женись — от начальства на тебя злоба, из
службы, пожалуй, выгонят; не женись — в
долгу неоплатном будешь, кажный обед из тебя тремя обедами выйдет, да чего и во сне-то не видал, пожалуй, в счет понапишут.
— Хотя я и гражданский человек, но… одобряю! — заметил, с благосклонным жестом, его превосходительство. — Военная
служба для молодого человека не мешает… это формирует, регулирует… Это хорошо, одним словом!.. Постарайтесь и на новом своем поприще стойко исполнять то, к чему взывают
долг и честь и ваша совесть. Я надеюсь, что вы вполне оправдаете ту лестную рекомендацию, которую сделал мне о вас многоуважаемый Иосиф Игнатьевич.
Публика для внимательного наблюдателя разделялась на две категории: одна пришла вынести из театра купленное ею эстетическое наслаждение, и по напряженному вниманию, отражавшемуся в ее глазах, устремленных на сцену, видно было, что она возвращала уплаченные ею в кассе трудовые деньги, другая категория приехала в театр, отдавая
долг светским обязанностям, себя показать и людей посмотреть; для них театр — место сборища, то же, что бал, гулянье и даже церковная
служба — они везде являются в полном сборе, чтобы скучать, лицезрея друг друга.
Явилась «золотая нужда», а с нею
долги, векселя, бланковые надписи за товарищей, и таким образом за полтора года
службы Савин сделал
долгов на полтораста тысяч.
Теперь он едет в него без копейки
долга, с туго набитым бумажником, свободный, без всяких обязанностей, даже тех не особенно трудных, налагаемых военною
службою, одним словом господином самого себя, а между тем при приближении к этому городу сердце его, он чувствует это, — болезненно сжимается, точно какое-то предчувствие томит и убивает его.
После
долгих лет тяжелой и ответственной
службы — ни положения, ни средств для сколько-нибудь сносного существования в случае отставки, одним словом — все та же подначальная жизнь, все та же лямка…
Снова Володя был на своем милом «Коршуне» между своими — среди офицеров-сослуживцев, к большей части которых он был искренно расположен, и среди матросов, которых за время
долгого совместного плавания успел полюбить, оценив их отвагу и сметливость и их трогательную преданность за то только, что с ними, благодаря главным образом капитану, обращались по-человечески и не делали из
службы, и без того тяжелой и полной опасностей, невыносимой каторги.
Володя слушал и только дивился тому, что сам Степан Ильич, этот безукоризненный служака и рыцарь
долга, после всего им испытанного в течение
службы не озлобился и нисколько не походил на угрюмых и подозрительных типичных штурманов, а напротив, отличался добродушием и необыкновенной сердечностью.
Если я принадлежу к меньшинству угнетателей, невыгоды неподчинения требованиям правительства будут состоять в том, что меня, как отказавшегося исполнить требования правительства, будут судить и в лучшем случае или оправдают, или, как поступают у нас с менонитами, — заставят отбывать срок
службы на невоенной работе; в худшем же случае приговорят к ссылке или заключению в тюрьму на два, три года (я говорю по примерам, бывшим в России), или, может быть, и на более
долгое заключение, может быть, и на казнь, хотя вероятие такого наказания очень малò.
Зиновьев решил, согласно просьбе князя, не откладывать беседы с племянницей в
долгий ящик. На другой же день, после
службы, он заехал к ней и застал ее одну.
Сначала ты должен получить офицерский чин и в качестве офицера исполнить свой
долг, как и все твои товарищи, когда же ты достигнешь совершенных лет, я уже не буду иметь власти над тобой — выходи, если хочешь, в отставку, но для меня известие о том, что мой единственный сын уклонился от военной
службы, будет смертельным ударом.
Только богатые и могли нести эту убыточную
службу, люди же со средним достатком, тянувшиеся за товарищами, входили в неоплатные
долги и разорялись.
Уроки, приготовление их, беготня за Ирочкой на половину старших, схватки с Крошкой и соревнование в учении с самыми лучшими ученицами — «сливками» класса, —
долгие стояния по праздникам в церкви (которые я особенно любила благодаря торжественной таинственности
службы), воскресные дежурства в приемной за отличие в поведении — все это шло заведенной машиной, однообразно выстукивающей свой правильный ход.
Тотчас вслед за этим началась его переписка с любимой дочерью Наташей, затем он находился на
службе в Петербурге, следовательно, виделся с дочерью лично и опять в конце 1786 года разлучился с нею на довольно
долгий срок.
— Всё это я понимаю, но это неизбежно, раз мой отец находился на военной
службе, а я состою на ней, это был его
долг, а теперь это
долг мой…
Меньше, реже теперь посещалась рабочая. Говенье, спевки,
долгие церковные
службы отнимали большую часть времени у приютских воспитанниц.
Хотя у отца, до моего 15-ти летнего возраста, было, как я потом узнал, в Новоселках, Скворчем и на Тиму — всего при трехстах душах 2200 десятин, из коих 700 находилось в пользовании крестьян, тем не менее отец как превосходный хозяин мог бы жить безбедно, если бы не
долги, оставшиеся еще с военной
службы, вследствие увлечения картами. Уплата частных и казенных процентов сильно стесняла и омрачала и без того мало общительный нрав отца.
— Было точно целковых два, как расчелся с хозяином; все вышли: то да се. Слушай, Гриша, ты знаешь, каков я есть такой! — подхватил вдруг Захар решительным тоном. — Уж сослужу
службу — одно говорю, слышь, заслужу! Теперь возьми ты: звал ребят, придут — угостить надо: как же без денег-то? Никаким манером нельзя. Ведь Герасим в
долг не поверит — право, жид, не поверит; надо как-нибудь перевернуться, а уж насчет себя одно скажу: заслужу тебе!
Даже больные и женщины не увольнялись от этого
долга; окна из упокоев их устроены были так, что они могли из них слушать церковную
службу и молиться на местные иконы храмов.
Он мне с первого раза не понравился, но на
службе нельзя поддаваться сердечному влечению или отвращению, а остается только думать об исполнении своего
долга, несмотря, приятна или неприятна личность, с которой должен служить.
В закромах господских амбаров проглядывало дно,
службы и хозяйственные заведения валились, винокуренный завод не действовал, серебро было продано или заложено евреям,
долги росли.
— Помилуйте-с! наше дело исполнять предписания вышняго начальства, а в государственные дела мы не мешаемся. Конечно, секретарь его превосходительства мне с руки; но, осмелюсь доложить, если б я что-нибудь и знал, то и в таком случае
служба…
долг присяги…
— Извините, — сказал Рено, — я исполнил
долг честного человека, признавшись в моей вине; теперь позвольте мне выполнить обязанность мою по
службе. Господин Данвиль отлучился без позволения от своего полка, и я должен непременно довести это до сведения начальства.