Неточные совпадения
Товарищ прокурора был от природы очень глуп, но сверх того имел несчастье окончить курс в гимназии с золотой
медалью и в университете получить награду за свое сочинение о сервитутах по римскому праву, и потому был в высшей степени самоуверен, доволен собой (чему еще способствовал его успех у
дам), и вследствие этого был глуп чрезвычайно.
Они уходят в соседнюю комнату, где стоит большой стол, уставленный закусками и выпивкой. Приходят, прикладываются, и опять — к
дамам или в соседнюю комнату, — там на двух столах степенная игра в преферанс и на одном в «стуколку». Преферансисты — пожилые купцы, два солидных чиновника — один с «Анной в петлице» — и сам хозяин дома, в долгополом сюртуке с золотой
медалью на ленте на красной шее, вырастающей из глухого синего бархатного жилета.
Я кандидат, это правда, но золотую
медаль дали не мне. Мне серебряная
медаль — одна из трех!
— Говорят, сборы какие-то были у Макарья на ярманке. Сбирали, слышь, на какое-то никонианское училище, — строго и властно говорила Манефа. — Детским приютом, что ли, зовут. И кто, сказывали мне, больше денег
дает, тому больше и почестей мирских.
Медали, слышь, раздают… А ты, друг, и поревновал прелестной славе мира… Сказывали мне… Много ль пожертвовал на нечестие?
Около стен залы сидели нетанцующие
дамы с открытыми шеями и разряженные, насколько только хватило у каждой денег и вкусу, а также стояло множество мужчин, между коими виднелись чиновники в вицмундирах, дворяне в своих отставных военных мундирах, а другие просто в черных фраках и белых галстуках и, наконец, купцы в длиннополых, чуть не до земли, сюртуках и все почти с огромными, неуклюжими
медалями на кавалерских лентах.
Оба эти лица были в своих лучших парадных нарядах: Захаревский в новом, широком вицмундире и при всех своих крестах и
медалях; госпожа Захаревская тоже в новом сером платье, в новом зеленом платке и новом чепце, — все наряды ее были довольно ценны, но не отличались хорошим вкусом и сидели на ней как-то вкривь и вкось: вообще
дама эта имела то свойство, что, что бы она ни надела, все к ней как-то не шло.
В последний раз собрались в гимназии. Нам выдали аттестаты зрелости, учителя поздравили нас и, как полноправным теперь людям, пожимали руки. Мне
дали серебряную
медаль, единственную на наш выпуск. Золотой не получил никто. Было неприятно говорить о
медали: или бы золотую, или бы уж лучше совсем ничего.
— Он приснился молодому Спиридонову и сказал: «там, под клеенкой», и Спиридонов нашел под клеенкой завещание отца, ничего ни от кого на погребение его не принимать, а схоронить его в четырех досках на те деньги, какие
дадут за его золотую
медаль, да за Георгиевский крест.
Зубарев согласился принять оба поручения — ехать к раскольникам и, согласясь с ними, ехать в Холмогоры
дать знать Ивану Антоновичу, что за ним будет прислан корабль из Пруссии. Он был представлен самому Фридриху II и получил тысячу червонцев и две
медали, по которым принц Антон должен был ему поверить, ибо никакого письменного документа не хотели ему
дать.
Еще простой плотник отличился, спас танцовщицу с крыши,
медаль ему повесили и пьесу
давали, где он выставлен героем.
Сама сияя от радости, Зинаида Аркадьевна возмущалась, почему нашим сестрам даны серебряные
медали, «когда все одинаково работали», Объясняла она это тем, что, будто бы дворянкам полагается
давать золотые
медали, а не-дворянкам — серебряные.
— Да, вам нужно
дать золотую
медаль. Делайте из каждого вашего вечера такое полезное употребление, и вот вам решение загадки. Вы не будете прозябать, вы будете жить и наслаждаться. Еще одно слово: простите меня великодушно! Я поступил с вами по-сочинительски, перехитрил. Лучше сказать: я не знал еще…
Никто бы с такой наружностью не стал так"корпеть", как корпела она в гимназии. За одну красоту ей
медали бы не
дали.
— Я была совсем другой. Я блестяще кончила институт с золотой
медалью и помогаю вам
давать образование сестрам, этим негодным тупицам. Я учу их языкам и
даю возможность этим не брать в дом француженки, немки и англичанки. Вы это отлично знаете, maman… Дарья Васильевна! Вы должны мне помочь своим влиянием. От maman помощи не жди!
Давал богам деньги под проценты, плясал в салонах «кадрель» и пил по девяти самоваров в день; имел
медаль за службу в благотворительных учреждениях, куда поставлял бесплатно дрова, наживая при этом «рупь на рупь»; любил Москву, где держал кабак, ел в балаганах голубей и издавал благонамеренно-ерническую газету.
Отучился Митька,
дали ему
медаль золотую: не то чтоб на шею, а так, карманную…