Неточные совпадения
Герой наш, по обыкновению, сейчас вступил с нею
в разговор и расспросил, сама ли она держит трактир, или есть хозяин, и сколько
дает доходу трактир, и с ними ли живут сыновья, и что старший сын холостой или женатый человек, и какую взял жену, с большим ли приданым или нет, и доволен ли был тесть, и не сердился ли, что мало
подарков получил на свадьбе, — словом, не пропустил ничего.
Когда стали подходить к кресту, я вдруг почувствовал, что нахожусь под тяжелым влиянием непреодолимой, одуревающей застенчивости, и, чувствуя, что у меня никогда не достанет духу поднести свой
подарок, я спрятался за спину Карла Иваныча, который,
в самых отборных выражениях поздравив бабушку, переложил коробочку из правой руки
в левую, вручил ее имениннице и отошел несколько шагов, чтобы
дать место Володе.
Профессоров Самгин слушал с той же скукой, как учителей
в гимназии. Дома,
в одной из чистеньких и удобно обставленных меблированных комнат Фелицаты Паульсен, пышной
дамы лет сорока, Самгин записывал свои мысли и впечатления мелким, но четким почерком на листы синеватой почтовой бумаги и складывал их
в портфель,
подарок Нехаевой. Не озаглавив свои заметки, он красиво, рондом, написал на первом их листе...
На все у них запрещение: сегодня Посьет
дает баниосам серебряные часы, которые забыли отослать третьего дня
в числе прочих
подарков: чего бы, кажется, проще, как взять да прибавить к прочим?
Наших
подарков не
дали чиновникам
в руки.
«Их превосходительства, Тсутсуй и Кавадзи, просят вас и Посьета принять по маленькому
подарку…» Эйноске не
дал ему кончить и увел
в столовую.
Прошло дня два:
в это время дано было знать японцам, что нам нужно место на берегу и провизия. Провизии они прислали небольшое количество
в подарок, а о месте объявили, что не смеют
дать его без разрешения из Едо.
— То же, что всем! одна радость глядеть на тебя: скромна, чиста, добра, бабушке послушна… (Мот! из чего тратит на дорогие
подарки, вот я ужо ему
дам! —
в скобках вставила она.) Он урод, твой братец, только какой-то особенный урод!
С Титом Никонычем сначала она побранилась и чуть не подралась, за
подарок туалета, а потом поговорила с ним наедине четверть часа
в кабинете, и он стал немного задумчив, меньше шаркал ножкой, и хотя говорил с
дамами, но сам смотрел так серьезно и пытливо то на Райского, то на Тушина, что они глазами
в недоумении спрашивали его, чего он от них хочет. Он тотчас оправлялся и живо принимался говорить
дамам «приятности».
У Сони была большая кукла, с ярко раскрашенным лицом и роскошными льняными волосами,
подарок покойной матери. На эту куклу я возлагал большие надежды и потому, отозвав сестру
в боковую аллейку сада, попросил
дать мне ее на время. Я так убедительно просил ее об этом, так живо описал ей бедную больную девочку, у которой никогда не было своих игрушек, что Соня, которая сначала только прижимала куклу к себе, отдала мне ее и обещала
в течение двух-трех дней играть другими игрушками, ничего не упоминая о кукле.
На меня сильно действовали эти страшные сцены… являлись два полицейских солдата по зову помещика, они воровски, невзначай, врасплох брали назначенного человека; староста обыкновенно тут объявлял, что барин с вечера приказал представить его
в присутствие, и человек сквозь слезы куражился, женщины плакали, все
давали подарки, и я отдавал все, что мог, то есть какой-нибудь двугривенный, шейный платок.
Но вот наконец я сдал экзамен
в третий класс, получил
в награду Евангелие, Басни Крылова
в переплете и еще книжку без переплета, с непонятным титулом — «Фата-Моргана»,
дали мне также похвальный лист. Когда я принес эти
подарки домой, дед очень обрадовался, растрогался и заявил, что всё это нужно беречь и что он запрет книги
в укладку себе. Бабушка уже несколько дней лежала больная, у нее не было денег, дед охал и взвизгивал...
— Сейчас, когда я был с поздравлением,
дала. Я давно уже просил. Не знаю, уж не намек ли это с ее стороны, что я сам приехал с пустыми руками, без
подарка,
в такой день, — прибавил Ганя, неприятно улыбаясь.
Смолокуров платил хорошо, гораздо больше других старых рыбников, расчеты
давал верные, безобидные и, опричь того, раза по три
в году награды и
подарки жаловал, глядя по усердию.
Всякий день ей готовы наряды новые богатые и убранства такие, что цены им нет, ни
в сказке сказать, ни пером написать; всякой день угощенья и веселья новые, отменные; катанье, гулянье с музыкою на колесницах без коней и упряжи, по темным лесам; а те леса перед ней расступалися и дорогу
давали ей широкую, широкую и гладкую, и стала она рукодельями заниматися, рукодельями девичьими, вышивать ширинки серебром и золотом и низать бахромы частым жемчугом, стала посылать
подарки батюшке родимому, а и самую богатую ширинку подарила своему хозяину ласковому, а и тому лесному зверю, чуду морскому; а и стала она день ото дня чаще ходить
в залу беломраморную, говорить речи ласковые своему хозяину милостивому и читать на стене его ответы и приветы словесами огненными.
— Тактом? — как бы переспросил Николай Силыч. — А кто, паря, больше их булдыхался и колотился лбом
в Золотой Орде и
подарки там делал?.. Налебезят там, заручатся татарской милостью, приедут домой и
давай душить своих, — этакий бы и у меня такт был, и я бы сумел так быть собирателем земли русской!
В прежние времена не было бы никакого сомнения, что дело это останется за купцом Михайлом Трофимовым Папушкиным, который до того был дружен с домом начальника губернии, что
в некоторые дни губернаторша, не кончивши еще своего туалета, никого из
дам не принимала, а Мишка Папушкин сидел у ней
в это время
в будуаре, потому что привез ей
в подарок серебряный сервиз, — тот самый Мишка Трофимов, который еще лет десять назад был ничтожный дровяной торговец и которого мы видели
в потертой чуйке, ехавшего
в Москву с Калиновичем.
Королеву он так более и не видел, но зато накануне отхода «Коршуна» из Гонолулу получил
в подарок неизвестно от кого целый ящик апельсинов и громадную связку бананов, благодаря чему Ашанину долго
в кают-компании не
давали покоя.
Фарфоровой вызолоченной чашки и не неси к нему: «это, говорит, докторский
подарок»; а ему
давай пару рысаков, или дрожки, или бобер рублей
в триста.
— Вот и все, что может
дать вам инвалид. Один турецкий паша, добрый старичок, получил от кого-то
в подарок или, кажется,
в наследство целый гарем. Когда его молодые красивые жены выстроились перед ним
в шеренгу, он обошел их, поцеловал каждую и сказал: «Вот и все, что я теперь
в состоянии
дать вам». То же самое говорю и я.
И А. А. фон Гагемейстер
дал мне прочесть письмо генерал-майора Михеева,
в котором последний горячо благодарит «кружок помощи артиллеристам» за присланные прекрасные
подарки и перечисляет на случай вторичного присыла необходимые вещи.
— Да ведь досадно и больно за мать!.. Помилуй, она теперь только и спит и видит, как бы ей от Глафиры мешочек достался, когда та умирать станет. Она уж начала ей
подарки делать, начетчиков и уставщиков угощает, наверно и денег
дает… Я побаиваюсь, чтобы они и совсем ее не обработали… На мельнице арендатор — тоже беспоповец и
в моленной у них один из заправил… Хоть ты бы когда заехал, вразумил ее!..
Тогда Марья Николаевна чрез несколько же дней после сестриной свадьбы явилась к архиерейскому секретарю, поднесла ему
в подарок ковер своего рукоделья и просила
дать себе самой жениха, как единственной теперь незамужней дочери слепого дьякона.
— Но разве вы
в самом деле уезжаете? — воскликнула г-жа Петицкая, тоже испугавшись. Она сама очень многое теряла
в княгине, не говоря уже о дружбе ее, даже
в материальном отношении: та беспрестанно делала ей
подарки,
давала часто денег взаймы.
Когда г-же Петицкой принесли от княгини
в подарок рояль, то она удивилась и даже немножко обиделась; но княгиня прислала ей при этом такое любезное и доброе письмо, что она не
в состоянии была отказаться принять
подарок от нее, и с тех пор почти дружба связала обеих этих
дам. Главное, г-жа Петицкая, несмотря на свой скромный и печальный вид, ужасно смешила княгиню, рассказывая ей разные разности про останкинских господ и госпож. О, она казалась княгине очень умною и ужасною насмешницей!
Свидание было сдержанным
в присутствии третьего лица, но нежным. Яков попросил дозволения принести привезенные им из Москвы
подарки. Разрешение ему, конечно,
дали с радостью.
— Смотри, Сережа, — сказала Левкоева, у которой глаза заискрились от полученного
подарка, — заверни и увяжи получше
в двойную бумагу, чтобы благодать, благодать-то не улетучилась. — Потом, обратясь к хозяину, промолвила, — ого, какие вы щедрые! видно, что служили
в кавалергардах. Впрочем, всякое даяние благо, особенно когда предлагается так любезно. Большое, пребольшое спасибо (она протянула через стол руку).
Дай Бог вашим сердечным и денежным делам
в гору.
Фридрих Фридрихович и сегодня такой же русский человек, каким почитал себя целую жизнь. Даже сегодня, может быть, больше, чем прежде: он выписывает «Московские ведомости», очень сердит на поляков, сочувствует русским
в Галиции, трунит над гельсингфорсскими шведами, участвовал
в подарке Комиссарову и говорил две речи американцам.
В театры он ездит, только когда
дают Островского.
Покойный батюшка мой, не желая накликать царский гнев на монастырскую братию, решился выйти к кромешникам из потайной кельи; но перед этим решительным шагом передал мне этот перстень со словами: «Если ты, сын мой, останешься без крова, пойди к князю Василию Прозоровскому и покажи ему этот перстень — его
подарок мне
в лучшие годы нашей молодости; он добр и великодушен и не
даст погибнуть сыну своего друга…
Прасковья Михайловна поместилась
в ближайшей от него комнате, сделалась постоянною сиделкою у постели его, вставала по ночам, чтобы
дать ему пить — лекарства он не хотел принимать, — утешала его своими рассказами и ласками. Ваня помогал матери развеселить старика. Фаворитке сделано было от Пшеницыной два-три приятные ей
подарка и приобретено ее любезное внимание.
Агишин. С достоинством. Не радоваться, не удивляться его
подаркам, а принимать их равнодушно, с холодностью, как должную дань. Надо ему
дать почувствовать, что все его дары — ничто
в сравнении с тем счастием, которое вы ему
дали. Одним словом, надо его так выдержать, чтобы он с удовольствием возил воду, когда его запрягут. Да, вы создали себе блаженную будущность, Нина Александровна, хотя, надо признаться, вы и не дешево за это заплатили.
Хитрая казачка против этого никогда не спорила, так как это
давало ей своего рода апломб: ее боялись, чествовали и, приходя к ней за советами, приносили ей либо копу яиц, либо какой другой пригодный
в хозяйстве
подарок.
Я по совести скажу, что хорошо играл Старна, но вот какое странное приключение случилось со мной: „Фингала“ приказано было
дать на эрмитажном театре; русские спектакли на нем давались довольно редко, и обыкновенно лучшие актеры, занимавшие главные персонажи, получали
подарки какими-нибудь драгоценными вещами; я ни разу не играл
в Эрмитаже, не получив перстня.
Только
в трех ролях: Эдипа, Старна и Леара — публика принимала меня благосклонно; даже по правде нельзя этого сказать про роль Старна,
в которой я стал менее нравиться зрителям с тех пор, как мне не
дали подарка за эрмитажный спектакль.
Та же была, еще увеличенная Николаем, охота, те же 50 лошадей и 15 кучеров на конюшне; те же дорогие
подарки в имянины, и торжественные на весь уезд обеды; те же графские висты и бостоны, за которыми он, распуская всем на вид карты,
давал себя каждый день на сотни обыгрывать соседям, смотревшим на право составлять партию графа Ильи Андреича, как на самую выгодную аренду.