Неточные совпадения
— Ах, какая
гадость! —
говорила тетка, отодвигая, но не пряча книгу и не принимая никаких мер, чтоб Ольга не прочла ее.
— Какая, в самом деле, здесь
гадость! —
говорил он, оглядываясь. — И этот ангел спустился в болото, освятил его своим присутствием!
— Твой брат был здесь, — сказал он Вронскому. — Разбудил меня, чорт его возьми, сказал, что придет опять. — И он опять, натягивая одеяло, бросился на подушку. — Да оставь же, Яшвин, —
говорил он, сердясь на Яшвина, тащившего с него одеяло. — Оставь! — Он повернулся и открыл глаза. — Ты лучше скажи, что выпить; такая
гадость во рту, что…
— Поэтому истинный философ никогда не огорчается… Вот посмотрите на меня: чего я не перенес? Каких
гадостей про меня не
говорили? А я все терплю и переношу.
А через пять лет мы будем
говорить: «Несомненно, взятка — страшная
гадость, но, знаете, дети… семья…» И точно так же через десять лет мы, оставшись благополучными русскими либералами, будем вздыхать о свободе личности и кланяться в пояс мерзавцам, которых презираем, и околачиваться у них в передних.
— Нет, подождите… мы сделаем вот что. — Назанский с трудом переворотился набок и поднялся на локте. — Достаньте там, из шкафчика… вы знаете… Нет, не надо яблока… Там есть мятные лепешки. Спасибо, родной. Мы вот что сделаем… фу, какая
гадость!.. Повезите меня куда-нибудь на воздух — здесь омерзительно, и я здесь боюсь… Постоянно такие страшные галлюцинации. Поедем, покатаемся на лодке и
поговорим. Хотите?
Маленький Михин отвел Ромашова в сторону. — Юрий Алексеич, у меня к вам просьба, — сказал он. — Очень прошу вас об одном. Поезжайте, пожалуйста, с моими сестрами, иначе с ними сядет Диц, а мне это чрезвычайно неприятно. Он всегда такие
гадости говорит девочкам, что они просто готовы плакать. Право, я враг всякого насилия, но, ей-богу, когда-нибудь дам ему по морде!..
— Идемте, идемте… Я не знаю, кто это делает, но мужа осаждают анонимными письмами. Он мне не показывал, а только вскользь
говорил об этом. Пишут какую-то грязную площадную
гадость про меня и про вас. Словом, прошу вас, не ходите к нам.
Заиграешь — дачники обижаются: «Фу,
говорят,
гадость какая!» А ведь пьесы были очень хорошие, модные, но только нынешние господа нашей музыки совсем не обожают.
Да разве с вами можно без приема, вы же человека без приема слопаете и не поморщитесь. Неделикатный вы фрукт, Аллилуйчик.
Гадости, во-первых,
говорите. Что это значит «хахаль»? Это вы про Павла Федоровича?
Не
говорите таких глупостей и
гадостей.
Та опять не отвечает, а князь и ну расписывать, — что: «Я,
говорит, суконную фабрику покупаю, но у меня денег ни гроша нет, а если куплю ее, то я буду миллионер, я,
говорит, все переделаю, все старое уничтожу и выброшу, и начну яркие сукна делать да азиатам в Нижний продавать. Из самой
гадости,
говорит, вытку, да ярко выкрашу, и все пойдет, и большие деньги наживу, а теперь мне только двадцать тысяч на задаток за фабрику нужно». Евгенья Семеновна
говорит...
— Товарищ профессор, — ответил Рокк, — вы меня, честное слово, сбиваете. Я вам
говорю, что нам необходимо возобновить у себя куроводство, потому что за границей пишут про нас всякие
гадости. Да.
— Это игра слов, а я
говорю серьезно. Самое скверное то, что ты утратил всякий аппетит порядочности. Да… Ты еще можешь смеяться над собственными безобразиями, а это признак окончательного падения. Глухой не слышит звуков, слепой не видит света, а ты не чувствуешь тех
гадостей, которые проделываешь. Одним словом, ты должен жениться на Любочке…
— Конечно, накажет, коли я стану
гадости говорить. Разве хорошо?
— А то будет, пожалуй, скандалить, —
говорил Передонов, и в глазах его отразилось пугливое беспокойство. — Да еще и плати ей за месяц, за такую-то
гадость.
— Всякий вздор мелют, —
говорил Передонов. —
Говорят, будто бы я гимназистам
гадости рассказываю. А это вздор. Конечно, иногда расскажешь на уроке что-нибудь смешное, чтоб оживить. У вас у самого сын — гимназист. Ведь он вам ничего такого про меня не рассказывал?
— Прежде цвета были разные, кто какие хотел, а потом был старичок губернатор — тот велел всё в одинаковое, в розовое окрасить, а потом его сменил молодой губернатор, тот приказал сделать всё в одинаковое, в мрачно-серое, а этот нынешний как приехали: «что это, — изволит
говорить, — за
гадость такая! перекрасить все в одинаковое, в голубое», но только оно по розовому с серым в голубой не вышло, а выяснилось, как изволите видеть, вот этак под утиное яйцо.
— Я вам на это, —
говорит, — могу смело отвечать: я держусь самого простого мнения и, как мне и очень многим кажется, самого ясного: в экономии природы ничто не исчезает, никакая
гадость; за что же должно исчезнуть одно самое лучшее: начало, воодушевлявшее человека и двигавшее его разум и волю?
— Это — растление, —
говорил дядя. — В жизни все причинно, последовательно и условно. Сюрпризами только
гадость делается.
— Леонид, что ты
говоришь? Для марксизма важно уничтожение тех условий, при которых возможна буржуазия, а не физическое ее уничтожение… Какая
гадость!
Людмила. Ты, ты
гадость говоришь! (Уходит.)
— Кошлачки! Кошлачки! —
говорил он о них, — отличные кошлачки! Славные такие, все как на подбор шершавенькие, все серенькие, такие, что хоть выжми их, так ничего живого не выйдет… То есть, — добавлял он, кипятясь и волнуясь, — то есть вот, что называется, ни вкуса-то, ни радости, опричь самой
гадости… Торчат на свете, как выветрелые шишки еловые… Тьфу, вы, сморчки ненавистные!
—
Гадость ужасная! — с омерзением произнесла Анна Михайловна. — Странно это, —
говорила она через несколько минут, — как люди мало ценят то, что в любви есть самого лучшего, и спешат падать как можно грязнее.
Куртка обернулась… вижу: женщина в крошечной маске. Я ее сейчас узнала. Это знаменитая L***. Она из актрис попала теперь в простые камелии. Une femme abjecte, à ce qu'on dit [Подлая женщина, как
говорят (фр.).]. И какая она дрянная вблизи… худая, как спичка. Губы накрашены до
гадости.
— Это
гадость! Да,
гадость, — быстро и горячо заговорила Рамзай. — Пуд — лентяйка! Пуд — последняя ученица, это знает каждый. Но все-таки вы напрасно задеваете ее фамилию, ее честное доброе имя, имя ее отца. Вы должны
говорить нам о Сицилии и Сардинии, а не изощряться в дешевом остроумии на наш счет. Пуд не виновата, что она — Пуд, а не Иванова или Петрова, и забавляться на этот счет дешевыми каламбурами, по меньшей мере, неостроумно и гадко. Да, гадко!
—
Гадости говоришь, — поморщилась Ольга и вздохнула. — Помнится, я тебе сказала как-то, что душа у тебя — приёмыш, так и есть, Пётр, боишься ты сам себя, как врага…
Брянчанинову нельзя было
говорить ни о каких школьных
гадостях, так как он всегда был серьезен и не любил дурных школьных проделок, которые тогда были в большом ходу в закрытых русских училищах.
Елена. Очень, очень красиво! Про отсутствующего человека
гадости говорить, да еще его жене!
— Да, это
гадость, но ведь и со мною делают нехорошее. Пословица
говорит: «против жару и котел треснет».
Пора бы вам начать отвыкать от этой
гадости, а учиться брать дело просто; я не хвалю моих земляков и не порицаю их, а только
говорю вам, что они себя отстоят, — и умом ли, глупостью ли, в обиду не дадутся; а если вам непонятно и интересно, как подобные вещи случаются, то я, пожалуй, вам что-нибудь и расскажу про железную волю.
Удивительное дело, какая полная бывает иллюзия того, что красота есть добро. Красивая женщина
говорит глупости, ты слушаешь и не видишь глупости, а видишь умное. Она
говорит, делает
гадости, и ты видишь что-то милое. Когда же она не
говорит ни глупостей ни
гадостей, а красива, то сейчас уверяешься, что она чудо как умна и нравственна.
— Брр! Что за
гадость, однако! — бесцеремонно отставляя свою тарелку,
говорит Боб. — Странный вкус у этой жареной наваги… Что вы с нею сделали, Маруся? Или, может быть, это морские крабы, а не рыба? Что?
Надя. Почему —
гадость? Просто смешно!.. Трое рабочих, тетя… Улыбаются и
говорят: «Барыни вы наши милые…»
— У Катамышевых
говорят мне: попробуйте жженого кофею взять, у нас особенным образом жгут, все покупатели одобряют. Взяла, —
гадость ужасная! Просто кофейная настойка, без всякого вкуса. А я люблю, чтоб у кофе был букет…
Михаленко был неистощим в закулисных историях и помнил наизусть бесчисленное множество неприличных стихотворных эпиграмм, приписываемых Ленскому, Милославскому, Каратыгину и другим актерам; Байдаров
говорил противоестественные и совершенно нелепые
гадости о женщинах.
В два часа актеры обедали и за обедом неизменно ругали непечатной бранью основателя убежища купца 1-й гильдии Овсянникова. Прислуживал им все тот же солдат Тихон; его огорчало, что господа
говорят за столом
гадости, и иногда он пробовал остановить Михаленку, который был на язык невоздержаннее прочих...
Мирович(побледнев даже от гнева). Послушайте, господин Толоконников, дайте себе хоть немного в том отчет, что вы
говорите: то у вас контракт все, то ничего не значит!.. Что вы, запугать и закидать словами вашими меня думаете?.. Так, во-первых, я не из трусливых, а во-вторых, смею вас заверить, что я хоть и молод, но из молодых ранний и всякую плутню и
гадость понять могу.
Мирович(хватая со стола тот лист, который показывал Куницыну, и тряся им почти пред носом Толоконникова). В этом деле, вы
говорите, нет плутней и
гадостей? В этом?
Тут, я тебе
говорю, такие мошенничества происходят, что вообразить невозможно, и мошенничества, самым спокойным образом совершаемые: четыре месяца я знаком с господином Бургмейером и его семейством; каждый день почти бывал в его доме, и он обыкновенно весьма часто и совершенно спокойно мне
говорил, что вот я буду принимать его подряд, что, вероятно, найдутся некоторые упущения; но что он сейчас же все поправит, так что я был совершенно спокоен и ни минуты не помышлял, что мне придется встретить тут столько подлости,
гадости и неприятностей.
Наташа, заметив, что стоящие возле них молодые люди внимательно глядят на нее, и сообразив, что они, верно, будут смеяться и
говорить: «Зачем такая здоровая девушка пьет такую
гадость», — осмелилась тихим голосом сказать матери: «Позвольте мне сегодня не пить воды!» Но г-жа Болдухина строго на нее взглянула и сказала: «Пей!» Наташа с ангельской кротостью, без малейшего признака неудовольствия, взяла стакан, наклонилась к источнику и выпила два стакана не поморщась (хотя вода была ей очень противна) и с спокойной веселостью пошла за своей матерью.
К нему приходит отец Наташи — сообщить о своих намерениях, за ним присылает ее мать — расспросить о Наташе, его зовет к себе Наташа, чтобы излить пред ним свое сердце, к нему обращается Алеша — высказать свою любовь, ветреность и раскаяние, с ним знакомится Катя, невеста Алеши, чтобы
поговорить с ним о любви Алеши к Наташе, ему попадается Нелли, чтобы выказать свой характер, и Маслобоев, чтобы разузнать и рассказать об отношениях Нелли к князю, наконец, сам князь везет его к Борелю и даже напивается там, чтобы высказать Ивану Петровичу всю
гадость своего характера.
Он
говорил, что это
гадость так поступать, что это не по-товарищески, что он будет это помнить ему и т. д.
Екатерина Ивановна (вставая). Молчать… Вы опять свои
гадости говорите?
— Отступное! Отступное! Все это пахнет бог знает чем… какою-то
гадостью!.. Дело простое и ясное… Связь тянулась десять лет… Самый обыкновенный парижский collage… Здесь Леонтина показала свои карты. Здесь же я не пожелал делать глупости — венчаться с нею или оставлять ей, по завещанию, все, что я имею. Я ее не люблю!.. Да никогда как следует не любил, а она меня еще меньше! Сейчас мы
говорили с доктором, и он совершенно меня оправдывает.
— Одурачили, сударь! Да просто вчуже досадно, зло пробирает, хоть и не моя одежа пропала. И, по-моему, нет гадины хуже вора на свете. Иной хоть задаром берет, а этот твой труд, пот, за него пролитой, время твое у тебя крадет…
Гадость, тьфу!
говорить не хочется, зло берет. Как это вам, сударь, своего добра не жалко?
— Не знаю, что из него выйдет, —
говорил студент. — Теперь вот тоже горничная жаловалась мне, что он ей
гадости говорит.
— Ах, не
говорите! Прошлую зиму она втерлась сюда и такие
гадости, такие скверности наговорила графу на всех нас, особенно на Sophie, — я повторить не могу, — что граф сделался болен и две недели не хотел нас видеть. В это время, я знаю, что он написал эту гадкую, мерзкую бумагу; но я думала, что эта бумага ничего не значит.
Нет, я вам вперед
говорю, если вы мне не скажете, что у нас война, если вы еще позволите себе защищать все
гадости, все ужасы этого Антихриста (право, я верю, что он Антихрист), — я вас больше не знаю, вы уж не друг мой, вы уж не мой верный раб, как вы
говорите.]