Неточные совпадения
А тот… но после всё расскажем,
Не правда ль? Всей ее родне
Мы Таню завтра же покажем.
Жаль, разъезжать нет мочи мне:
Едва, едва таскаю ноги.
Но вы замучены с дороги;
Пойдемте вместе отдохнуть…
Ох, силы нет… устала грудь…
Мне тяжела теперь и радость,
Не только грусть… душа моя,
Уж никуда не годна я…
Под
старость жизнь такая гадость…»
И тут, совсем утомлена,
В слезах раскашлялась она.
Что ж? Тайну прелесть находила
И
в самом ужасе она:
Так нас природа сотворила,
К противуречию склонна.
Настали святки. То-то радость!
Гадает ветреная младость,
Которой ничего не жаль,
Перед которой жизни даль
Лежит светла, необозрима;
Гадает
старость сквозь очки
У гробовой своей доски,
Всё потеряв невозвратимо;
И всё равно: надежда им
Лжет детским лепетом своим.
— И такой скверный анекдот, что сена хоть бы клок
в целом хозяйстве! — продолжал Плюшкин. — Да и
в самом деле, как прибережешь его? землишка маленькая, мужик ленив, работать не любит, думает, как бы
в кабак… того и гляди, пойдешь на
старости лет по миру!
— Нет, Платон Михайлович, — сказал Хлобуев, вздохнувши и сжавши крепко его руку, — не гожусь я теперь никуды. Одряхлел прежде
старости своей, и поясница болит от прежних грехов, и ревматизм
в плече. Куды мне! Что разорять казну! И без того теперь завелось много служащих ради доходных мест. Храни бог, чтобы из-за меня, из-за доставки мне жалованья прибавлены были подати на бедное сословие: и без того ему трудно при этом множестве сосущих. Нет, Платон Михайлович, бог с ним.
Местами был он
в один этаж, местами
в два; на темной крыше, не везде надежно защищавшей его
старость, торчали два бельведера, один против другого, оба уже пошатнувшиеся, лишенные когда-то покрывавшей их краски.
Могила милосерднее ее, на могиле напишется: «Здесь погребен человек!», но ничего не прочитаешь
в хладных, бесчувственных чертах бесчеловечной
старости.
Несмотря на то, что Пульхерии Александровне было уже сорок три года, лицо ее все еще сохраняло
в себе остатки прежней красоты, и к тому же она казалась гораздо моложе своих лет, что бывает почти всегда с женщинами, сохранившими ясность духа, свежесть впечатлений и честный, чистый жар сердца до
старости.
Тихо склонился он на руки подхватившим его козакам, и хлынула ручьем молодая кровь, подобно дорогому вину, которое несли
в склянном сосуде из погреба неосторожные слуги, поскользнулись тут же у входа и разбили дорогую сулею: все разлилось на землю вино, и схватил себя за голову прибежавший хозяин, сберегавший его про лучший случай
в жизни, чтобы если приведет Бог на
старости лет встретиться с товарищем юности, то чтобы помянуть бы вместе с ним прежнее, иное время, когда иначе и лучше веселился человек…
А мне сказали, что науки пригодятся мне со временем, разве под
старость, а прежде надо выйти
в чины, и для этого нужна одна наука — писать бумаги.
Так разыгралась роль его
в обществе. Лениво махнул он рукой на все юношеские обманувшие его или обманутые им надежды, все нежно-грустные, светлые воспоминания, от которых у иных и под
старость бьется сердце.
Нянька или предание так искусно избегали
в рассказе всего, что существует на самом деле, что воображение и ум, проникшись вымыслом, оставались уже у него
в рабстве до
старости. Нянька с добродушием повествовала сказку о Емеле-дурачке, эту злую и коварную сатиру на наших прадедов, а может быть, еще и на нас самих.
Перевелись помещики,
В усадьбах не живут они
И умирать на
старостиУже не едут к нам.
Спина
в то время хрустнула,
Побаливала изредка,
Покуда молод был,
А к
старости согнулася.
Согрешил предо мною, навлекши себе безвременную
старость и дряхлость
в юношеских еще летах.
Тысячу против одного держать можно, что изо ста дворянчиков, вступающих
в службу, 98 становятся повесами, а два под
старость или, правильнее сказать, два
в дряхлые их, хотя нестарые лета становятся добрыми людьми.
Но у Николая оставалось чувство правильно проведенной жизни, сын вырастал на его глазах; Павел, напротив, одинокий холостяк, вступал
в то смутное, сумеречное время, время сожалений, похожих на надежды, надежд, похожих на сожаления, когда молодость прошла, а
старость еще не настала.
«Кончу университет и должен буду служить интересам этих быков. Женюсь на дочери одного из них, нарожу гимназистов, гимназисток, а они, через пятнадцать лет, не будут понимать меня. Потом — растолстею и, может быть, тоже буду высмеивать любознательных людей.
Старость. Болезни. И — умру, чувствуя себя Исааком, принесенным
в жертву — какому богу?»
Неприятно было тупое любопытство баб и девок,
в их глазах он видел что-то овечье, животное или сосредоточенность полуумного, который хочет, но не может вспомнить забытое. Тугоухие старики со слезящимися глазами, отупевшие от
старости беззубые, сердитые старухи, слишком независимые, даже дерзкие подростки — все это не возбуждало симпатий к деревне, а многое казалось созданным беспечностью, ленью.
С приближением
старости Клим Иванович Самгин утрачивал близорукость, зрение становилось почти нормальным, он уже носил очки не столько из нужды, как по привычке; всматриваясь сверху
в лицо толпы, он достаточно хорошо видел над темно-серой массой под измятыми картузами и шапками костлявые, чумазые, закоптевшие, мохнатые лица и пытался вылепить из них одно лицо.
Было что-то неистовое и судорожное
в стремлении людей закрасить грязь своих жилищ, как будто москвичи, вдруг прозрев, испугались, видя трещины, пятна и другие признаки грязной
старости на стенах домов.
Потом этот дьявол заражает человека болезненными пороками, а истерзав его, долго держит
в позоре
старости, все еще не угашая
в нем жажду любви, не лишая памяти о прошлом, об искорках счастья, на минуты, обманно сверкавших пред ним, не позволяя забыть о пережитом горе, мучая завистью к радостям юных.
Стародум. Ты знаешь, что я одной тобой привязан к жизни. Ты должна делать утешение моей
старости, а мои попечении твое счастье. Пошед
в отставку, положил я основание твоему воспитанию, но не мог иначе основать твоего состояния, как разлучась с твоей матерью и с тобою.
Один смотрит, подняв брови, как матросы, купаясь, один за другим бросаются с русленей прямо
в море и на несколько мгновений исчезают
в воде; другой присел над люком и не сводит глаз с того, что делается
в кают-компании; третий, сидя на стуле, уставил глаза
в пушку и не может от
старости свести губ.
Кажется, ни за что не умрешь
в этом целебном, полном неги воздухе,
в теплой атмосфере, то есть не умрешь от болезни, а от
старости разве, и то когда заживешь чужой век. Однако здесь оканчивает жизнь дочь бразильской императрицы, сестра царствующего императора. Но она прибегла к целительности здешнего воздуха уже
в последней крайности, как прибегают к первому знаменитому врачу — поздно: с часу на час ожидают ее кончины.
Веретено жужжало; а мы все, дети, собравшись
в кучку, слушали деда, не слезавшего от
старости более пяти лет с своей печки.
Вспоминая тех, разве можно быть счастливым
в полноте, как прежде, с новыми, как бы новые ни были ему милы?» Но можно, можно: старое горе великою тайной жизни человеческой переходит постепенно
в тихую умиленную радость; вместо юной кипучей крови наступает кроткая ясная
старость: благословляю восход солнца ежедневный, и сердце мое по-прежнему поет ему, но уже более люблю закат его, длинные косые лучи его, а с ними тихие, кроткие, умиленные воспоминания, милые образы изо всей долгой и благословенной жизни — а надо всем-то правда Божия, умиляющая, примиряющая, всепрощающая!
Испугалась ужасно: «Не пугайте, пожалуйста, от кого вы слышали?» — «Не беспокойтесь, говорю, никому не скажу, а вы знаете, что я на сей счет могила, а вот что хотел я вам только на сей счет тоже
в виде, так сказать, „всякого случая“ присовокупить: когда потребуют у папаши четыре-то тысячки пятьсот, а у него не окажется, так чем под суд-то, а потом
в солдаты на
старости лет угодить, пришлите мне тогда лучше вашу институтку секретно, мне как раз деньги выслали, я ей четыре-то тысячки, пожалуй, и отвалю и
в святости секрет сохраню».
И он точно не сомневался
в этом не потому, что это было так, а потому, что если бы это было не так, ему бы надо было признать себя не почтенным героем, достойно доживающим хорошую жизнь, а негодяем, продавшим и на
старости лет продолжающим продавать свою совесть.
— Да уж, видно, такая твоя планида, — вступилась старушка, сидевшая за поджигательство. — Легко ли: отбил жену у малого, да его же вшей кормить засадил и меня туды ж на
старости лет, — начала она
в сотый раз рассказывать свою историю. — От тюрьмы да от сумы, видно, не отказывайся. Не сума — так тюрьма.
Он не шатался, не говорил глупостей, но был
в ненормальном, возбужденно-довольном собою состоянии; в-третьих, Нехлюдов видел то, что княгиня Софья Васильевна среди разговора с беспокойством смотрела на окно, через которое до нее начинал доходить косой луч солнца, который мог слишком ярко осветить ее
старость.
Страстей, широких движений, какой-нибудь дальней и трудной цели — не могло дать: не по натуре ей! А дало бы хаос, повело бы к недоумениям — и много-много, если б разрешилось претензией съездить
в Москву, побывать на бале
в Дворянском собрании, привезти платье с Кузнецкого моста и потом хвастаться этим до глубокой
старости перед мелкими губернскими чиновницами.
Она прожила бы до
старости, не упрекнув ни жизнь, ни друга, ни его непостоянную любовь, и никого ни
в чем, как не упрекает теперь никого и ничто за свою смерть. И ее болезненная, страдальческая жизнь, и преждевременная смерть казались ей — так надо.
В доме тянулась бесконечная анфилада обитых штофом комнат; темные тяжелые резные шкафы, с старым фарфором и серебром, как саркофаги, стояли по стенам с тяжелыми же диванами и стульями рококо, богатыми, но жесткими, без комфорта. Швейцар походил на Нептуна; лакеи пожилые и молчаливые, женщины
в темных платьях и чепцах. Экипаж высокий, с шелковой бахромой, лошади старые, породистые, с длинными шеями и спинами, с побелевшими от
старости губами, при езде крупно кивающие головой.
Он так обворожил старух, являясь то робким, покорным мудрой
старости, то живым, веселым собеседником, что они скоро перешли на ты и стали звать его mon neveu, [племянником (фр.).] а он стал звать Софью Николаевну кузиной и приобрел степень короткости и некоторые права
в доме, каких постороннему не приобрести во сто лет.
Он родился, учился, вырос и дожил до
старости в Петербурге, не выезжая далее Лахты и Ораниенбаума с одной, Токсова и Средней Рогатки с другой стороны. От этого
в нем отражались, как солнце
в капле, весь петербургский мир, вся петербургская практичность, нравы, тон, природа, служба — эта вторая петербургская природа, и более ничего.
— Ты ему о деле, а он шалит: пустота какая — мальчик! — говорила однажды бабушка. — Прыгай да рисуй, а ужо спасибо скажешь, как под
старость будет уголок. Еще то имение-то, бог знает что будет, как опекун управится с ним! а это уж старое, прижилось
в нем…
Сами они блистали некогда
в свете, и по каким-то, кроме их, всеми забытым причинам остались девами. Они уединились
в родовом доме и там,
в семействе женатого брата, доживали
старость, окружив строгим вниманием, попечениями и заботами единственную дочь Пахотина, Софью. Замужество последней расстроило было их жизнь, но она овдовела, лишилась матери и снова, как
в монастырь, поступила под авторитет и опеку теток.
— На покое-с,
в провинцию за
старостью лет уехали…
в деревню.
Под
старость Козел служил
в «Монетном» у Обухова,
в Охотном ряду, где
в старину был монетный двор.
Для своих лет Григоровский был еще очень бодр и не любил, когда его попрекали
старостью. Как-то
в ресторане «Ливорно» Иван Алексеевич рассказывал своим приятелям...
Дольше других держалась коннозаводчица тамбовская Языкова, умершая
в этих номерах
в глубокой
старости, окруженная любимыми собачками и двумя верными барыне дворовыми «девками» — тоже старухами…
И сама побежала с ним. Любовник
в это время ушел, а сосед всю эту историю видел и рассказал ее
в селе, а там односельчане привезли
в Москву и дразнили несчастного до
старости… Иногда даже плакал старик.
Первыми китайцами, появившимися
в уссурийской тайге, были искатели женьшеня. Вместе с ними пришел сюда и он, Кинь Чжу. На Тадушу он заболел и остался у удэгейцев (тазов), потом женился на женщине их племени и прожил с тазами до глубокой
старости.
— Дай бог, дай бог! Благодарю тебя, Верочка, утешаешь ты меня, Верочка, на
старости лет! — говорит Марья Алексевна и утирает слезы. Английская ель и мараскин привели ее
в чувствительное настроение духа.
Согласно этому мнению, теперешние органы пола отсутствовали у прародителей, и самое размножение должно было бы совершаться иным, неведомым путем [Напр., св. Григорий Нисский говорит по поводу воскресения: «А воспринятое нами от кожи бессловесных — плотское смешение, зачатие, рождение, нечистота, сосцы, пища, извержение, постепенное прихождение
в совершенный возраст, зрелость возраста,
старость, болезнь, смерть», все это не подлежит воскресению (Творения, ч. IV, 315–316).].
Лев от
старости не мог уже ловить зверей и задумал хитростию жить: зашел он
в пещеру, лег и притворился больным. Стали ходить звери его проведывать, и он съедал тех, которые входили к нему
в пещеру. Лисица смекнула дело, стала у входа
в пещеру и говорит: «Что, лев, как можешь?»
Впрочем, одна теплая струйка
в этом охлажденном человеке еще оставалась, она была видна
в его отношениях к старушке матери; они много страдали вместе от отца, бедствия сильно сплавили их; он трогательно окружал одинокую и болезненную
старость ее, насколько умел, покоем и вниманием.
Гегель во время своего профессората
в Берлине, долею от
старости, а вдвое от довольства местом и почетом, намеренно взвинтил свою философию над земным уровнем и держался
в среде, где все современные интересы и страсти становятся довольно безразличны, как здания и села с воздушного шара; он не любил зацепляться за эти проклятые практические вопросы, с которыми трудно ладить и на которые надобно было отвечать положительно.
— Я просила вас сюда зайти, чтоб сказать вам, что я на
старости лет дурой сделалась; наобещала вам, да ничего и не сделала; не спросясь броду-то, и не надобно соваться
в воду, знаете, по мужицкой пословице. Говорила вчера с Орловым об вашем деле, и не ждите ничего…
Князь Д.
В. Голицын был почтенный русский барин, но почему он был «виг», с чего он был «виг» — не понимаю. Будьте уверены: князь на
старости лет хотел понравиться Дюраму и прикинулся вигом.