Неточные совпадения
Все, что ни было, обратилось к нему навстречу, кто с
картами в руках, кто на самом интересном пункте разговора произнесши: «а нижний земский суд отвечает на это…», но что такое отвечает земский суд, уж это он
бросил в сторону и спешил с приветствием к нашему герою.
— Господин Печорин, — прибавил он, — возьмите
карту и
бросьте вверх.
В подполье черти,
Востроголовы,
Глаза, что ложки,
Усы, что вилы,
Руки, что грабли,
В
карты играют,
Костью
бросают,
Деньги считают.
Офицеры
бросили книги,
карты (географические: других там нет), разговоры и стремительно побежали туда же.
Петр Ильич, войдя к исправнику, был просто ошеломлен: он вдруг увидал, что там всё уже знают. Действительно,
карты бросили, все стояли и рассуждали, и даже Николай Парфенович прибежал от барышень и имел самый боевой и стремительный вид. Петра Ильича встретило ошеломляющее известие, что старик Федор Павлович действительно и в самом деле убит в этот вечер в своем доме, убит и ограблен. Узналось же это только сейчас пред тем следующим образом.
Повыситься из статских в действительные статские, а под конец, за долговременную и полезную службу и «неусыпные труды», как по службе, так и в
картах, — в тайные советники, и
бросить якорь в порте, в какой-нибудь нетленной комиссии или в комитете, с сохранением окладов, — а там, волнуйся себе человеческий океан, меняйся век, лети в пучину судьба народов, царств, — все пролетит мимо его, пока апоплексический или другой удар не остановит течение его жизни.
— Послушай, Райский, сколько я тут понимаю, надо тебе
бросить прежде не живопись, а Софью, и не делать романов, если хочешь писать их… Лучше пиши по утрам роман, а вечером играй в
карты: по маленькой, в коммерческую… это не раздражает…
Он умел делать фокусы с
картами, деньгами, кричал больше всех детей и почти ничем не отличался от них. Однажды дети, играя с ним в
карты, оставили его «дураком» несколько раз кряду, — он очень опечалился, обиженно надул губы и
бросил игру, а потом жаловался мне, шмыгая носом...
— Не знаю, правду ли болтают: будто ты вином этим стал заниматься и в
карты играешь…
Брось ты, ради Христа, эту всю пакость!
В прежнее время на каторге служили по преимуществу люди нечистоплотные, небрезгливые, тяжелые, которым было всё равно, где ни служить, лишь бы есть, пить, спать да играть в
карты; порядочные же люди шли сюда по нужде и потом
бросали службу при первой возможности, или спивались, сходили с ума, убивали себя, или же мало-помалу обстановка затягивала их в свою грязь, подобно спруту-осьминогу, и они тоже начинали красть, жестоко сечь…
— Об тебе я больше всего думаю, мой родной. Только… видишь ли… не судьба нам вместе быть… вот что!.. Помнишь, я на тебя
карты бросала? Ведь все так и вышло, как они сказали тогда. Значит, не хочет судьба нашего с тобой счастья… А если бы не это, разве, ты думаешь, я чего-нибудь испугалась бы?
Мать, в свою очередь, пересказывала моему отцу речи Александры Ивановны, состоявшие в том, что Прасковью Ивановну за богатство все уважают, что даже всякий новый губернатор приезжает с ней знакомиться; что сама Прасковья Ивановна никого не уважает и не любит; что она своими гостями или забавляется, или ругает их в глаза; что она для своего покоя и удовольствия не входит ни в какие хозяйственные дела, ни в свои, ни в крестьянские, а все предоставила своему поверенному Михайлушке, который от крестьян пользуется и наживает большие деньги, а дворню и лакейство до того избаловал, что вот как они и с нами, будущими наследниками, поступили; что Прасковья Ивановна большая странница, терпеть не может попов и монахов, и нищим никому копеечки не подаст; молится богу по капризу, когда ей захочется, — а не захочется, то и середи обедни из церкви уйдет; что священника и причет содержит она очень богато, а никого из них к себе в дом не пускает, кроме попа с крестом, и то в самые большие праздники; что первое ее удовольствие летом — сад, за которым она ходит, как садовник, а зимою любит она петь песни, слушать, как их поют, читать книжки или играть в
карты; что Прасковья Ивановна ее, сироту, не любит, никогда не ласкает и денег не дает ни копейки, хотя позволяет выписывать из города или покупать у разносчиков все, что Александре Ивановне вздумается; что сколько ни просили ее посторонние почтенные люди, чтоб она своей внучке-сиротке что-нибудь при жизни назначила, для того чтоб она могла жениха найти, Прасковья Ивановна и слышать не хотела и отвечала, что Багровы родную племянницу не
бросят без куска хлеба и что лучше век оставаться в девках, чем навязать себе на шею мужа, который из денег женился бы на ней, на рябой кукушке, да после и вымещал бы ей за то.
— Гм! — промычал банкомет и, злостно
бросая направо, налево, дометал талию. — Однако этак нельзя, — сказал он, положив
карты: — я бастую. Этак нельзя, Захар Иваныч, — прибавил он: — мы играли на чистые, а не на мелок.
— В самом деле, бедный! Как это достает тебя? Какой страшный труд: получить раз в месяц письмо от старушки и, не читая,
бросить под стол или поговорить с племянником! Как же, ведь это отвлекает от виста! Мужчины, мужчины! Если есть хороший обед, лафит за золотой печатью да
карты — и все тут; ни до кого и дела нет! А если к этому еще случай поважничать и поумничать — так и счастливы.
— Да и
брось, Саша; пожалуйста,
брось!.. Ты сам понимаешь, какой у тебя талант великий!.. Зачем и для чего тебе
карты?
Винтившие
бросили русские
карты и на первых порах как бы совестились продолжать винт в немецком вагоне.
Володя без сюртука сидел против него на диване и, судя по раскрасневшемуся лицу и недовольному беглому взгляду, который он, на секунду оторвав от
карт,
бросил на нас, был очень занят игрой.
Сусанна с сердцем
бросила на стол свои
карты.
Я сажусь и действую толстой иглой, — мне жалко хозяина и всегда, во всем хочется посильно помочь ему. Мне все кажется, что однажды он
бросит чертить, вышивать, играть в
карты и начнет делать что-то другое, интересное, о чем он часто думает, вдруг
бросая работу и глядя на нее неподвижно удивленными глазами, как на что-то незнакомое ему; волосы его спустились на лоб и щеки, он похож на послушника в монастыре.
Мне ничего не стоило
бросать свои
карты, заявляя, что проиграл, если Тоббоган объявлял значительную для него сумму.
Масленников с гневом
бросил свои
карты на стол, а седенький старичок спокойно собрал их и записал за игру, сколько следует при четырех.
Ни один из этих офицеров не согласится передернуть в
картах, не заплатить карточный долг, выдать товарища, убежать с поля сражения или
бросить знамя.
— Жалость жалости рознь, а иную хоть
брось. Ты поразмысли-ка, к чему он науку военную изучал,
карты читал, ишь какую уйму книг прочитал? Для того ли, чтобы в писарях несколько лет пробыл, в офицеры не по заслугам выскочить… и в отставку…
В-третьих… Я еще имею сказать… Я заложил дом, не испросив у вас позволения… В этом я виноват, да, и прошу меня извинить. Меня побудили к этому долги… тридцать пять тысяч… Я уже не играю в
карты, давно
бросил, но главное, что могу сказать в свое оправдание, это то, что вы девушки, вы получаете пенсию, я же не имел… заработка, так сказать…
Он не смущается ничем… о я разрушу
Твой сладкий мир, глупец, и яду подолью.
И если бы ты мог на
карту бросить душу,
То я против твоей — поставил бы свою.
(
Бросает ему
карты в лицо. Князь так поражен, что не знает что делать.)
Увидав однажды, как они кулаками тузят друг друга, я, невзирая на свою обычную сдержанность, разразился болезненным криком, дошедшим до слуха отца, который,
бросив гостей и
карты, прибежал узнать, что случилось.
Дарья Николаевна
бросила десятку червей в груду других
карт и встала. Фимка молчала и плакала.
В казарме все смолкло…
Бросили играть в
карты,
бросили шуметь. Взоры всех были устремлены на спорящих. Только двое товарищей Пашки шумели и подзуживали его.
— Играете в
карты,
бросаете золото и недавно за вашим столом чуть не произошло убийство?
И прямо, подлец,
бросил в меня
картами. Но я не потерялся и говорю...
Но большей частию вместо аристократических рассказов и воспоминаний Лев Степанович, угрюмый и «гневный», как. выражалась молдаванка, притеснял ее и жену за игрой всевозможными мелочами,
бросал, сдавая,
карты на пол, дразнил молдаванку, с бешенством критиковал каждый ход и так добивал вечер до ужина. В десятом часу Лев Степанович отправлялся в спальню, замечая: «Ну, слава богу, вот день-то и прошел», — как будто он ждал чего-то или как будто ему хотелось поскорее скоротать свой век.
Не задеты ничем за живое,
Всякий спор мы
бросали легко,
Вот за
картами, — дело другое!
Даже те офицеры, которые играли за перегородкой в
карты, скоро
бросили игру и перешли к самовару, подчиняясь общему настроению ухаживанья за Марьей Генриховной.