Неточные совпадения
Но молодой человек, как кажется, хотел во что бы то ни стало развеселить меня: он заигрывал со мной, называл меня молодцом и, как только никто из
больших не смотрел на нас, подливал мне в
рюмку вина из разных бутылок и непременно заставлял выпивать.
Левин встал и пошел с ним к
большому столу, уставленному водками и самыми разнообразными закусками. Казалось, из двух десятков закусок можно было выбрать, что было по вкусу, но Степан Аркадьич потребовал какую-то особенную, и один из стоявших ливрейных лакеев тотчас принес требуемое. Они выпили по
рюмке и вернулись к столу.
Маргарита говорила вполголоса, ленивенько растягивая пустые слова, ни о чем не спрашивая. Клим тоже не находил, о чем можно говорить с нею. Чувствуя себя глупым и немного смущаясь этим, он улыбался. Сидя на стуле плечо в плечо с гостем, Маргарита заглядывала в лицо его поглощающим взглядом, точно вспоминая о чем-то, это очень волновало Клима, он осторожно гладил плечо ее, грудь и не находил в себе решимости на
большее. Выпили по две
рюмки портвейна, затем Маргарита спросила...
— Это — медовуха действует. Ешь — сколько хочешь, она как метлой чистит. Немцы
больше четырех
рюмок не поднимают ее, балдеют. Вообще медовуха — укрощает. Секрет жены, он у нее в роду лет сотню держится, а то и
больше. Даже и я не знаю, в чем тут дело, кроме крепости, а крепость — не так уж велика, 65–70 градусов.
Кичибе суетился: то побежит в приемную залу, то на крыльцо, то опять к нам. Между прочим, он пришел спросить, можно ли позвать музыкантов отдохнуть. «Хорошо, можно», — отвечали ему и в то же время послали офицера предупредить музыкантов, чтоб они
больше одной
рюмки вина не пили.
Он мигом съел ее всю, съел весь
большой ломоть хлеба, съел нашедшуюся колбасу и выпил три
рюмки водки.
Но вот часы в залах, одни за другими, бьют шесть. Двери в
большую гостиную отворяются, голоса смолкают, и начинается шарканье, звон шпор… Толпы окружают закусочный стол. Пьют «под селедочку», «под парную белужью икорку», «под греночки с мозгами» и т. д. Ровно час пьют и закусывают. Потом из залы-читальни доносится первый удар часов — семь, — и дежурный звучным баритоном покрывает чоканье
рюмок и стук ножей.
Доктор продолжал сидеть в столовой, пил мадеру
рюмку за
рюмкой и совсем забыл, что ему здесь
больше нечего делать и что пора уходить домой. Его удивляло, что столовая делалась то меньше, то
больше, что буфет делал напрасные попытки твердо стоять на месте, что потолок то уходил кверху, то спускался к самой его голове. Он очнулся, только когда к нему на плечо легла чья-то тяжелая рука и сердитый женский голос проговорил...
Это завтрак семьи, а глава семейства довольствуется
большой кружкой снятого молока, которое служит ему и вместо завтрака, и вместо чая, так как он, вставши утром, выпил только
рюмку водки и поел черного хлеба.
Гаврило, ты этому барину
больше одной
рюмки не давай; он характера непокойного.
— Уж как я рада, как я рада, Николай Леопольдович, что мой-то пить меньше стал, и все
больше дома, а то я страсть боялась. Теперь, когда дело наше в ход пошло, ведь он с пьяну за
рюмку водки готов продать его, векселей надавать, а теперь векселя-то его чай денег стоят, — высказала Надежда Петровна Гиршфельду свои задушевные мысли при одном из его посещений Луганского.
Каретные ваши, сак, шкатулка были принесены, и за всеми тяжестями явился наконец Григорий Ермолаевич, камердинер Бельтова, с последними остатками путевых снадобий — с кисетом, с неполною бутылкой бордо, с остатками фаршированной индейки; разложив все принесенное по столам и стульям, камердинер отправился выпить водки в буфет, уверяя буфетчика, что он в Париже привык, по окончании всякого дела, выпивать
большой птивер [
рюмку (от фр. petit verre).] (так, как в России начинают тем же самым все дела).
О пище, впрочем, из моих приезжих никто не думал, и все намерены были ограничиться чаем, кофеем и привезенною из Кузьмищева телятиной, за исключением однако доктора, который, сообразив, что город стоит на довольно
большой и, вероятно, многорыбной реке, сейчас же отправился в соседний трактирчик, выпил там
рюмки три водочки и заказал себе селяночку из стерляди, которую и съел с величайшим наслаждением.
— Ничего, рассказывайте! — успокоила ее тем же чувствительным тоном косая дама и, чтобы возбудить старуху к
большей откровенности, налила ей еще
рюмку, которую та, произнеся: «Христу во спасение!», выпила и, закусив кусочком сахару, продолжала...
Домнушка, Катря и казачок Тишка выбивались из сил: нужно было приготовить два стола для панов, а там еще стол в сарайной для дозорных, плотинного, уставщиков и кафтанников и самый
большой стол для лесообъездчиков и мастеров во дворе. После первых
рюмок на Домнушку посыпался целый ряд непрошенных любезностей, так что она отбивалась даже ногами, особенно когда пробегала через крыльцо мимо лесообъездчиков.
У закостеневшего на заводской работе Овсянникова была всего единственная слабость, именно эти золотые часы. Если кто хотел найти доступ в его канцелярское сердце, стоило только завести речь об его часах и с
большею или меньшею ловкостью похвалить их. Эту слабость многие знали и пользовались ею самым бессовестным образом. На именинах, когда Овсянников выпивал лишнюю
рюмку, он бросал их за окно, чтобы доказать прочность. То же самое проделал он и теперь, и Нюрочка хохотала до слез, как сумасшедшая.
Не
больше как через три-четыре минуты (кабак был в двух шагах) очутилась пред Степаном Трофимовичем на столе косушка и
большая зеленоватая
рюмка.
До свидания, до свидания… У, черт, замучили, окаянные. В глазах только одни зады и банты,
больше ничего нет. (Достает из шкафа бутылку коньяка, выпивает
рюмку.) Фу… Зоечка! Дорогая директриса!
Он, впрочем, очень редко подходит к
большому столу, на котором стоят куличи и другие пасхальные принадлежности, а
больше придерживается малого стола, стоящего у стенки, на котором красуются
рюмки и графины с водкой.
В восьмом часу стали сходиться. Очень скоро взялись за водку.
Рюмку выпили, другую, третью. Стали петь. Пришел Шлепянов. Выпил
рюмку водки,
больше пить не стал. Попробовал на моей скрипке аккомпанировать нашему пению, но было оно очень нестройно; он махнул рукою и положил скрипку обратно в футляр. Минут через десять встал, сказал, что у него билет на концерт.
— Господа, я
больше одной
рюмки не пью.
Через год Гаршин умер. В воспоминаниях о нем некий Виктор Бибиков, незначительный беллетрист того времени, во свидетельство
большой популярности Гаршина среди молодежи рассказывал: когда они с Гаршиным возвращались с похорон Надсона и зашли в трактир выпить
рюмку водки, огромная толпа студентов окружила Гаршина, устроила ему овацию и хотела качать, и ему, Виктору Бибикову, с трудом удалось отговорить студентов.
Мне отвечали, что будут готовиться по переменкам, то у того, то у другого, и там, где ближе. В первый раз собрались у Зухина. Это была маленькая комнатка за перегородкой в
большом доме на Трубном бульваре. В первый назначенный день я опоздал и пришел, когда уже читали. Маленькая комнатка была вся закурена, даже не вакштафом, а махоркой, которую курил Зухин. На столе стоял штоф водки,
рюмка, хлеб, соль и кость баранины.
— А оттого, — говорит, — что у меня голова не чайная, а у меня голова отчаянная: вели мне лучше еще
рюмку вина подать!.. — И этак он и раз, и два, и три у меня вина выпросил и стал уже очень мне этим докучать. А еще
больше противно мне стало, что он очень мало правды сказывает, а все-то куражится и невесть что о себе соплетет, а то вдруг беднится, плачет и все о суете.
— А магнетизер, который это на меня навел: он как обещался от меня пьяного беса отставить, так его и свел, и я с той поры никогда
больше ни одной
рюмки не пил. Очень он это крепко сделал.
Гораздо
больше нравился мне октавист Митропольский; являясь в трактир, он проходил в угол походкой человека, несущего
большую тяжесть, отодвигал стул пинком ноги и садился, раскладывая локти по столу, положив на ладони
большую, мохнатую голову. Молча выпив две-три
рюмки, он гулко крякал; все, вздрогнув, повертывались к нему, а он, упираясь подбородком в ладони, вызывающе смотрел на людей; грива нечесаных волос дико осыпала его опухшее, бурое лицо.
Девушка в красном подошла к моему окну, и в это самое время нас осветило на мгновение белым сиянием… Раздался наверху треск, и мне показалось, что что-то
большое, тяжелое сорвалось на небе с места и с грохотом покатилось на землю… Оконные стекла и
рюмки, стоявшие перед графом, содрогнулись и издали свой стеклянный звук… Удар был сильный…
Маленькие школьники учатся у
больших курить папиросы: граф, глядя на меня, налил себе пять
рюмок и, согнувшись дугой, сморщившись и качая головой, выпил их.
— Нет,
рюмку водки и кусок черного хлеба с солью —
больше ничего! Признаться, я и сам теперь на себя пеняю, что раньше посмотреть на ваше житье-бытье не собрался… Ну, да думал: пускай исправляются — над нами не каплет! Чистенько у вас тут, хорошо!
Большая голова Савки бессильно поникла, красные пальцы ползали по столу, опрокидывая чашки и
рюмки, он густо смеялся, чмокал и бормотал...
Скучаев угощал, — как и все, что делал, — весьма степенно, словно важным делом занимался. Притом он старался делать это с какими-нибудь хитрыми коленцами. Подавали глинтвейн в
больших стаканах, совсем как кофе, и хозяин называл его кофейком.
Рюмки для водки подали с отбитыми и обточенными донышками, чтоб их нельзя было поставить на стол.
Они еще не успели покончить с солеными хрящами и осетровым балыком, как на столе уже шипела севрюжка в серебряной кастрюле. За закуской Калакуцкий выпил разом две
рюмки водки, забил себе куски икры и белорыбицы, засовал за ними рожок горячего калача и потом
больше мычал, чем говорил. Но он ел умеренно. Ему нужно было только притупить первое ощущение голода. Тут он сделал передышку.
— Скажите пожалуйста! Но что же мы стоим! Человек!
рюмку водки!
большую!
И точно, за обедом мы пьем сравнительно довольно мало, так что, когда я, руководясь бывшими примерами, налил себе перед закуской
большую (железнодорожную)
рюмку водки, то на меня оглянулись с некоторым беспокойством. Затем: по
рюмке хересу, по стакану доброго лафита и по бутылке шампанского на человека — и только.
Седые подстриженные волосы торчали копром на его громадной голове; белки и веки
больших серых глаз были воспалены, вероятно вследствие излишне выпитых
рюмок; громадный шарообразный живот, поддерживаемый толстыми как у слона ногами, одет был в поношенный коричневый суконный сюртук, оказывавшийся чрезмерно широким.
Сперва все шло довольно тихо, не без оттенка унылости; уста жевали,
рюмки опорожнялись, но слышались и вздохи, быть может, пищеварительные, а быть может, и сочувственные; упоминалась смерть, обращалось внимание на краткость человеческой жизни, на бренность земных надежд; офицер путей сообщения рассказал какой-то, правда военный, но наставительный анекдот; батюшка в камилавке одобрил его и сам сообщил любопытную черту из жития преподобного Ивана Воина; другой батюшка, с прекрасно причесанными волосами, хоть обращал
больше внимания на кушанья, однако также произнес нечто наставительное насчет девической непорочности; но понемногу все изменилось.
Больше всех изъявил сочувствия старичок в капоте, бывший лет пятнадцать тому назад землемером в Тамбовской губернии и с тех пор не видавший Ратча; он Сусанны не знал вовсе, но успел уже выпить две
рюмки водки в буфете.
— А, барин, ишь ты! Поздравляем! — встретили его оборванцы, даже сам буфетчик руку подал и взглянул как-то странно на его костюм, будто оценивая его. Потом Корпелкин угостил всех на радостях водкой, а сам долго не хотел пить
больше одной
рюмки, но не вытерпел. К полуночи все его платье очутилось за буфетом, а он сам, размахивая руками, кричал, сидя в углу...
— Однако я так проголодался, что попрошу у тебя позволения выпить
рюмку водки и съесть что-нибудь, — проговорил он Янсутскому и, встав, прямо отправился в залу к разнообразнейшей закуске, приготовленной там на особом довольно
большом столе.
Самое жуткое, что осталось в памяти ослепляющим пятном, это — женщина, Паула Менотти. Он видел её в
большой, пустой комнате с голыми стенами; треть комнаты занимал стол, нагруженный бутылками, разноцветным стеклом
рюмок и бокалов, вазами цветов и фрукт, серебряными ведёрками с икрой и шампанским. Человек десять рыжих, лысых, седоватых людей нетерпеливо сидели за столом; среди нескольких пустых стульев один был украшен цветами.
Нет уже
больше уменья пьянеть от одной
рюмки, нет Агаши, нет леща с кашей, нет того шума, каким всегда встречались маленькие обеденные скандалы вроде драки под столом кошки с собакой или падения повязки с Катиной щеки в тарелку с супом.
Вина за весь вечер она выпивает не
больше двух
рюмок, я выпиваю четверть стакана; остальная часть бутылки приходится на долю Михаила Федоровича, который может пить много и никогда не пьянеет.
Кстати еще одно замечание об этом восхитительном напитке — чае. Ведь надобно же родиться такому уму, какой гнездился в необыкновенно
большой голове брата Павлуся! Все мы пили чай: и батенька, и маменька, и мы, и сестры, и домине Галушкинский; но никому не пришло такой счастливой догадки и богатой мысли. Он, выпивши свою чашку и подумавши немного, сказал:"Напиток хорош, но сам по себе пресен очень, —
рюмку водки сюда, и все бы исправило".
В раскрытые окна «Белой харчевни» неслись стук ножей, звон чашек,
рюмок и тарелок, говор, шум и крик
большой толпы и нескладные звуки русской пьяной, омерзительной песни.
Ничипоренко поскорее схватил с себя синие консервы, которые надел в дорогу для придания
большей серьезности своему лицу, и едва он снял очки, как его простым, не заслоненным стеклами глазам представился небольшой чистенький домик с дверями, украшенными изображением чайника, графина,
рюмок и чайных чашек. Вверху над карнизом домика была вывеска: «Белая харчевня».
Сын банкира Баха, Адольф, на обязанности которого лежало напаивать всех шампанским, сидел рядом с Илькой и фамильярничал. Он, как самый богатый, имел на это право…Он пил из Илькиной
рюмки, шептал Ильке на ухо и т. п. Это фамильярничанье наводило еще
большую тоску на ужинавших, которые терпеть не могли Адольфа Баха за его богатство.
Были старички, которые в двух-трех местах получали ежемесячно пенсию и этим жили. Для такого старца главное — благообразная наружность, украшенная сединами. Да у них какие и потребности! Чай, табак,
рюмка водки, газета — и
больше ничего.
Но эта изящная, воспитанная гувернантками и учителями девушка была уже чужая для них, непонятная, и они невольно держались
больше около тетушки, которая говорила им ты, угощала их непрерывно и, чокаясь с ними, уже выпила две
рюмки рябиновой.
Кухарка (достает в поставце и наливает
рюмку). На вот,
больше не дам.
В комнате сразу стало шумно — пришедшие внесли с собою целую волну разнообразных звуков. Усатый человек с насмешливыми глазами оказался гармонистом; он сейчас же сел в угол дивана и поставил себе на колени
большую гармонику с бесчисленным количеством клапанов и взял какой-то чрезвычайно высокий н бойкий аккорд, после чего победоносно взглянул на Тихона Павловича и налил себе
рюмку водки.