Неточные совпадения
Прежде он не хотел вступать ни в какие сношения с ними, потому что был не
более как
простой пешкой, стало быть, немного получил бы; но теперь… теперь совсем другое дело: он мог предложить какие угодно условия.
Впрочем, приезжий делал не всё пустые вопросы; он с чрезвычайною точностию расспросил, кто в городе губернатор, кто председатель палаты, кто прокурор, — словом, не пропустил ни одного значительного чиновника; но еще с большею точностию, если даже не с участием, расспросил обо всех значительных помещиках: сколько кто имеет душ крестьян, как далеко живет от города, какого даже характера и как часто приезжает в город; расспросил внимательно о состоянии края: не было ли каких болезней в их губернии — повальных горячек, убийственных каких-либо лихорадок, оспы и тому подобного, и все так обстоятельно и с такою точностию, которая показывала
более, чем одно
простое любопытство.
И нагадит так, как
простой коллежский регистратор, а вовсе не так, как человек со звездой на груди, разговаривающий о предметах, вызывающих на размышление, так что стоишь только да дивишься, пожимая плечами, да и ничего
более.
Она потупилась и молчала. А ему в душу пахнуло ужасом от этих
простых слов и еще
более от ее молчания.
Притом их связывало детство и школа — две сильные пружины, потом русские, добрые, жирные ласки, обильно расточаемые в семействе Обломова на немецкого мальчика, потом роль сильного, которую Штольц занимал при Обломове и в физическом и в нравственном отношении, а наконец, и
более всего, в основании натуры Обломова лежало чистое, светлое и доброе начало, исполненное глубокой симпатии ко всему, что хорошо и что только отверзалось и откликалось на зов этого
простого, нехитрого, вечно доверчивого сердца.
Профессор с досадой и как будто умственною болью от перерыва оглянулся на странного вопрошателя, похожего
более на бурлака, чем на философа, и перенес глаза на Сергея Ивановича, как бы спрашивая: что ж тут говорить? Но Сергей Иванович, который далеко не с тем усилием и односторонностью говорил, как профессор, и у которого в голове оставался простор для того, чтоб и отвечать профессору и вместе понимать ту
простую и естественную точку зрения, с которой был сделан вопрос, улыбнулся и сказал...
Влиянию его содействовало: его богатство и знатность; прекрасное помещение в городе, которое уступил ему старый знакомый, Ширков, занимавшийся финансовыми делами и учредивший процветающий банк в Кашине; отличный повар Вронского, привезенный из деревни; дружба с губернатором, который был товарищем, и еще покровительствуемым товарищем, Вронского; а
более всего —
простые, ровные ко всем отношения, очень скоро заставившие большинство дворян изменить суждение о его мнимой гордости.
Не переставая думать об Анне, о всех тех самых
простых разговорах, которые были с нею, и вспоминая при этом все подробности выражения ее лица, всё
более и
более входя в ее положение и чувствуя к ней жалость, Левин приехал домой.
Я поспешил исполнить ее желание — и платок ей оставил. Она сперва отказывалась… на что, мол, мне такой подарок? Платок был очень
простой, но чистый и белый. Потом она схватила его своими слабыми пальцами и уже не разжала их
более. Привыкнув к темноте, в которой мы оба находились, я мог ясно различить ее черты, мог даже заметить тонкий румянец, проступивший сквозь бронзу ее лица, мог открыть в этом лице — так по крайней мере мне казалось — следы его бывалой красоты.
«Взволнована», — отметил Самгин. Она казалась еще
более молодой и красивой, чем была в России.
Простое, светло-серое платье подчеркивало стройность ее фигуры, высокая прическа, увеличивая рост, как бы короновала ее властное и яркое лицо.
«Вот об этих русских женщинах Некрасов забыл написать. И никто не написал, как значительна их роль в деле воспитания русской души, а может быть, они прививали народолюбие больше, чем книги людей, воспитанных ими, и
более здоровое, — задумался он. — «Коня на скаку остановит, в горящую избу войдет», — это красиво, но полезнее войти в будничную жизнь вот так глубоко, как входят эти,
простые, самоотверженно очищающие жизнь от пыли, сора».
Он предпочел бы не делать этого открытия, но, сделав, признал, что — верно: он стал относиться спокойнее к жизни и
проще,
более терпимо к себе.
— Этому вопросу нет места, Иван. Это — неизбежное столкновение двух привычек мыслить о мире. Привычки эти издревле с нами и совершенно непримиримы, они всегда будут разделять людей на идеалистов и материалистов. Кто прав? Материализм —
проще, практичнее и оптимистичней, идеализм — красив, но бесплоден. Он — аристократичен, требовательней к человеку. Во всех системах мышления о мире скрыты,
более или менее искусно, элементы пессимизма; в идеализме их больше, чем в системе, противостоящей ему.
Я не пересказал и двадцатой доли всего, что тут было: меня, как
простого любителя, незнатока, занимал
более общий вид сада.
— Истинно удивительно, государь мой, как подумаешь, что
простой мещанин прошел все места эти.
Более трех тысяч верст, государь мой!
Более трех тысяч верст. Подлинно, его сам Господь сподобил побывать в Палестине и Иерусалиме.
Она, по этой
простой канве, умела чертить широкий, смелый узор
более сложной жизни, других требований, идей, чувств, которых не знала, но угадывала, читая за строками
простой жизни другие строки, которых жаждал ее ум и требовала натура.
Пробыв неделю у Тушина в «Дымке», видя его у него, дома, в поле, в лесу, в артели, на заводе, беседуя с ним по ночам до света у камина, в его кабинете, — Райский понял вполне Тушина, многому дивился в нем, а еще
более дивился глазу и чувству Веры, угадавшей эту
простую, цельную фигуру и давшей ему в своих симпатиях место рядом с бабушкой и с сестрой.
И теперь веселье
простых людей, когда им удается веселиться,
более радостно, живо и свежо, чем наше; но у наших
простых людей скудны средства для веселья, а здесь средства богаче, нежели у нас; и веселье наших
простых людей смущается воспоминанием неудобств и лишений, бед и страданий, смущается предчувствием того же впереди, — это мимолетный час забытья нужды и горя — а разве нужда и горе могут быть забыты вполне? разве песок пустыни не заносит? разве миазмы болота не заражают и небольшого клочка хорошей земли с хорошим воздухом, лежащего между пустынею и болотом?
Славянофилы думали, что в
простом народе, в крестьянстве
более сохранилась русская народность и православная вера, характерная для русского народа, чем в классах образованных и господствующих.
Случай этот, возмутительный сам по себе, представляется мне еще
более резким при разборе обстоятельств, вызвавших это наказание правого и виноватого, не исключая даже беременной женщины, без всякого рассмотрения дела, состоявшего в
простой и безрезультатной драке между ссыльнопоселенцами» (приказ № 258-й 1888 г.).
А то ведь
простая шалость, из-за
простого волокитства, не
более.
Лондон в истории русской эмиграции сыграл, как известно, исключительную роль. Там был водружен первый по времени «вольный станок», там раздавался могучий голос Герцена; туда в течение нескольких лет совершалось и тайное и явное паломничество русских — не одних врагов царизма, а и
простых обывателей: чиновников, литераторов, помещиков, военных,
более образованных купцов.
Париж (хотя он тогда мне еще не приелся) уже утомил меня немного, и хотелось чего-нибудь
более привольного,
простого, не так пресыщенного парижской бульварной сутолокой.
Был и еще — тоже не новый уже для меня — мотив: моя влюбленность и мечта о женитьбе на девушке, отец которой, вероятно, желал бы видеть своего будущего зятя чем-нибудь
более солидным, чем
простым журнальным сотрудником.
Все признавали, от мелкого торговца до губернского начальства, что нет такой силы, которая бы заставила судью покривить душою против совести и закона, но… и при этом находили, что если бы судья вдобавок принимал умеренные «благодарности», то было бы понятнее,
проще и вообще «
более по — людски»…
А вот есть еще герб, так тот называется
проще: «pchła na bęnbenku hopki tnie», и имеет
более смысла, потому что казаков и шляхту в походах сильно кусали блохи…
Впишу здесь, пожалуй, и собственное мое суждение, мелькнувшее у меня в уме, пока я тогда его слушал: я подумал, что любил он маму
более, так сказать, гуманною и общечеловеческою любовью, чем
простою любовью, которою вообще любят женщин, и чуть только встретил женщину, которую полюбил этою
простою любовью, то тотчас же и не захотел этой любви — вероятнее всего с непривычки.
Тут явилась новая беда: мать захворала, и так сильно, что, отъехав двадцать пять верст, мы принуждены были остановиться и
простоять более суток.
Райнер весь обращался в слух и внимание, а Ярошиньский все
более и
более распространялся о значении женщин в истории, цитировал целые латинские места из Тацита, изобличая познания, нисколько не отвечающие званию
простого офицера бывших войск польских, и, наконец, свел как-то все на необходимость женского участия во всяком прогрессивном движении страны.
Ни нескромные толки прислуги, ни неосторожные слова ее отца по адресу матери в минуты ссоры, и изо всего этого девочка уразумела, что она для «дяди»
более чем
простая воспитанница.
Простая же пассивность и равнодушие к обиде и тем
более трусость есть явления отвратительные этически и стоящие много ниже воинских понятий о чести.
Когда вам угодно было в первый раз убежать от меня, я объяснил себе ваш поступок, что вы его сделали по молодости, по увлечению, и когда вы написали мне потом, что желаете ко мне возвратиться, я вам позволил это с таким лишь условием, что если вы другой раз мне измените, то я вам не прощу того и не захочу
более своим честным именем прикрывать ваши постыдные поступки, ибо это уж не безрассудное увлечение, а
простой разврат.
Последний исполнял все ее капризы; так, в угоду ей, например, выстроил дорогой мост через овраг, разделяющий селения Старую и Новую Медведь, для нее же построил особый флигель, с наружною резьбою и зеркальными стеклами, своим изяществом невольно обращавший на себя внимание всякого зрителя, тем
более, что остальные постройки Грузинской мызы отличались самою
простою архитектурою и даже были окрашены в желтый цвет.
Поселяне с любопытством слушали эти рассказы, по врожденному
простому народу легковерию принимали их за истину и тем
более увлекались этими бреднями, что болезнь появилась уже тогда в Новгороде и в округах поселения.
От общественной деятельности, о которой она мечтала, она должна отказаться навсегда — волею всесильного графа, ее мужа, у ней связаны руки
более, нежели у жены самого
простого человека.
В такого рода размышлениях Павел
простоял всю службу и домой возвратился еще
более утомленный, но в прохладной атмосфере храма значительно освежившийся.
— Кататься на рысаках и любить это, — продолжал Вихров, еще
более разгорячаясь, — такое
простое и свойственное всем чувство, но циничничать и клеветать на себя есть что-то изломанное, какой-то неправильный выход затаенного самолюбия.
Исследований не оказалось; но зато оказалось возможным
простоять всю остальную жизнь,
более двадцати лет, так сказать, «воплощенной укоризной» пред отчизной, по выражению народного поэта...
Мне казалось, что мысль о подорожной и лошадях (хотя бы и с колокольчиком) должна была представляться ему слишком
простою и прозаичною; напротив, пилигримство, хотя бы и с зонтиком, гораздо
более красивым и мстительно-любовным.
Небольшой домик, куда приехал Лаврецкий и где два года тому назад скончалась Глафира Петровна, был выстроен в прошлом столетии, из прочного соснового леса; он на вид казался ветхим, но мог
простоять еще лет пятьдесят или
более.
Мало того, что она держит народ в невежестве и убивает в нем чувство самой
простой справедливости к самому себе (до этого, по-видимому, никому нет дела), — она чревата последствиями иного, еще
более опасного, с точки зрения предупреждения и пресечения, свойства.
Дорога уже испортилась; черная, исковерканная полоса ее безобразным горбом выступает из осевшего по сторонам снега; лошади беспрестанно преступаются, и потому вы волею-неволею должны ехать шагом; сверх того, местами попадаются так называемые зажоры, которые могут заставить вас
простоять на месте часов шесть и
более, покуда собьют окольный народ, и с помощью его ваша кибитка будет перевезена или, правильнее, перенесена на руках по ту сторону колодца, образовавшегося посреди дороги.
Это было понятно — она знала освободившихся от жадности и злобы, она понимала, что, если бы таких людей было больше, — темное и страшное лицо жизни стало бы приветливее и
проще,
более добрым и светлым.
Кто не знает тетерева,
простого, обыкновенного, полевого тетерева березовика, которого народ называет тетеря, а чаще тетерька? Глухарь, или глухой тетерев, — это дело другое. Он не пользуется такою известностью, такою народностью. Вероятно, многим и видеть его не случалось, разве за обедом, но я уже говорил о глухаре особо. Итак, я не считаю нужным описывать в подробности величину, фигуру и цвет перьев полевого тетерева, тем
более что, говоря о его жизни, я буду говорить об изменениях его наружного вида.
Понятие о долге во всей его чистоте не только несравненно
проще, яснее, понятнее для каждого человека на практике и естественнее, чем побуждение, ведущее свое начало от счастья или связанное и считающееся с ним (и всегда требующее немало искусственности и тонких соображений), но и перед судом обыкновенного здравого смысла оно гораздо могущественнее, настойчивее и
более обещает успеха, чем все побуждения, исходящие из своекорыстия, если только понятие о долге усвоено здравым смыслом, совершенно независимо от своекорыстных побуждений.
Все, что, кажется, самого
простого, а тем
более человека развитого, при другом порядке вещей, стало бы непременно шокировать, поселять смех, злобу, досаду — они всем этим бесконечно услаждаются.
В руках же у меня не было никакого особого инструмента, как опричь в одной — крепкая татарская нагайка с свинцовым головком в конце так не
более яко в два фунта, а в другой —
простой муравный горшок с жидким тестом.
Логика — самая
простая: лучше заводам — лучше заводовладельцу и рабочим, тем
более что с расширением производства будет прогрессировать запрос на рабочие руки.
Простые же, несуразные дроги направлялись
более все на Покровскую улицу.
Все это минутами еще
более кололо и щемило душу Бейгуша. Давешние убеждения и доводы пана грабе разбивались об это
простое, даже мало сознающее себя чувство любви и безграничной привязанности, которое таким ярким огнем горело для Анзельма в сердце Сусанны. Но чем ясней делалось в нем сознание этого
простого и столь глубокого чувства, тем хуже и темней на душе становилось ему, тем гнуснее представлялась недавняя комедия с деньгами…