Выдержки из русской классики со словом «орест»
У маркизы был сын Орест, который долго назывался «Оничкой», дочь Антонина, девица взрослая, дочь Сусанна, девица на возрасте, и сын Вениамин, молодой человек еще в самой зеленой поре.
Орест, весь одержимый нравственным долгом отмстить за смерть отца.
Орест Миллер в восторге всплеснул руками.
— Ну, а Орест и Пилад куда поедут? верно, домой беседовать о любви; то ли дело мы, проведаем милую тетушку, — лучше вашей кислой дружбы.
— Вы чудачествуете, Орест Маркович?
— Садись, голубчик, садись, если бы ты знал, как я рад тебе… Мое счастье без тебя не было полно… Сам подумай, Орест женится, Пилада — нет…
И этот вопиющий голос не был голос в пустыне: усастый Орест протащил своего Пилада [Орест и Пилад — имена двух верных друзей, ставшие нарицательными (греч. миф.).] сквозь щель едва отворенных ворот. Тут началась толкотня, писк, крик; некоторые с моста попадали в воду.
— Надо спросить Нюшу. Нюша Горелова всегда с Милицей. Попугайчики inséparables, Орест с Пиладом… Спросите Нюшу! — послышалось из передних пар.
Застали еще старика при последних минутах. Он успел только благословить сыновей своих, невесток и внучек. Похороны были великолепные; два дня таскали из кладовой мешки с медной монетой, которую раздавали нищим, запрудившим улицу. Раздел между сыновьями совершился полюбовно, как сделали бы его промеж себя Орест и Пилад. Что хотелось одному, того не желал другой. Женщину, бывшую при старике и не носившую названия своей должности, выпроводили со двора без уважения, но и без обиды, со всем ее скарбом.
Г-н Орест Миллер полагает, например, что высшее нравственное развитие состоит в принижении своей личности и, если возможно, даже в совершенном отречении от нее, Может быть, и г. Жеребцов близок к подобному взгляду.
— Где Орест Григорьевич? — спросил ее Розанов.
Председателем общества был Орест Миллер.
Осенью 1887 года, после смерти Каткова, Орест Миллер посвятил лекцию резко-отрицательной оценке его деятельности и за это был уволен из университета.
Взошел на кафедру маленький, горбатенький человечек. Черно-седая борода и совсем лысая голова с высоким, крутым лбом. Профессор русской литературы, Орест Федорович Миллер. Он говорил о Византии, о византийском христианстве, о «равноапостольном» византийском императоре Константине Великом. Из-за кафедры видна была одна только голова профессора. Говорил он напыщенным, декламаторским голосом, как провинциальные трагики.
Орест Миллер не был крупным ученым и в истории науки имени своего не оставил. Наибольшею известностью пользовалась его книга «Русские писатели после Гоголя», собрание публичных лекций о новых писателях — Тургеневе, Льве Толстом, Достоевском, Гончарове и т. д., — статей журнально-критического типа. Он был страстным почитателем Достоевского, с большим наклоном к старому, чуждающемуся казенщины славянофильству. В то время ходила эпиграмма...
— Какое уж, — отвечает, — «вкупе» жить, Орест Маркович, когда и на своем-то, на особом дворе, и то никак не убережешься!
— Ужасно, сударь, Орест Маркович, ужасно, — говорит, — мы, духовные, к этому смятению подвержены, о мире всего мира Господа умоляем, а самим нам в этом недуге вражды исцеления нет.
Это было письмо Фортунатова к предводителю моего уезда. Касающаяся до меня фраза заключалась в следующем: «Кстати, к вам, по соседству, приехал помещик Орест Ватажков; он человек бывалый за границей и наверно близко знает, как в чужих краях устраивают врачебную часть в селениях. Прихватите-ка и его сюда: дело это непременно надо свалить к черту с плеч».
— Орест Маркович! Мы вас слушаем.
Об этих подарках и зашла теперь речь: все находили, что подарки — прекрасный обычай, который оставляет в детских умах самые теплые и поэтические воспоминания; но дядя мой, Орест Маркович Ватажков, человек необыкновенно выдержанный и благовоспитанный, вдруг горячо запротиворечил и стал настаивать, что все сюрпризы вредны и не должны иметь места при воспитании нигде, а тем паче в России.
— Я, — отвечаю, — этого не знаю, когда святого Филимона, да и мне можно это и не знать, потому что я вовсе не Филимон, а Орест.
— Как чего? Ах, нет, Орест Маркович, так нельзя: ведь они вон, и дьякон, и отец Маркел, по сие время ходят, и отец Маркел все вздыхает на небо.
— Ну, дружок, Орест Маркович, воля твоя, а если честью от нас не выйдешь, я тебя с полицией вытравлю!
Это было в одном дружеском семействе, куда я, дядя мой Орест Маркович Ватажков и еще двое наших общих знакомых только что вернулись с вербного базара, что стоит о Лазаревой субботе у Гостиного двора.
— Орест! прости меня Христа ради.
— Что, сударь, Орест Маркович! жизнь наша против прежнего стала, — говорит, — гораздо хуже.
— Его зовут Орест Маркович Ватажков; запиши у себя, а теперь мы с ним едем. — И с этим Постельников надел посреди комнаты фуражку и повлек меня за собою.
Вот что, Орест Маркович, духовное лицо у нас теперь в смущение приводит.
— Ничего, — говорит, — Орест Маркович; живем преестественно в своем виде. Я в настоящее время нынче все овцами занимаюсь.
Оказалось, что с перепугу, что его ловят и преследуют на суровом севере, он ударился удирать на чужбину через наш теплый юг, но здесь с ним тоже случилась маленькая неприятность, не совсем удобная в его почтенные годы: на сих днях я получил уведомление, что его какой-то армейский капитан невзначай выпорол на улице, в Одессе, во время недавних сражений греков с жидами, и добродетельный Орест Маркович Ватажков столь удивился этой странной неожиданности, что, возвратясь выпоротый к себе в номер, благополучно скончался «естественною смертью», оставив на столе билет на пароход, с которым должен был уехать за границу вечером того самого дня, когда пехотный капитан высек его на тротуаре, неподалеку от здания новой судебной палаты.
— Нет-с, — отвечал я ему смело, — меня зовут не Филимон, а Орест.
— Ах ты, заморская птица! Орест Маркович! воротись, брат, воротись! Я ведь думал, что черт знает кто, что с докладом входишь!
И если Пилад ранен насмерть, Орест, энергически прощаясь с ним, верным ударом кинжала прекращает его мучения, страшно клянется отмстить и сдерживает клятву, потом отирает слезу и успокаивается…»
Синонимы к слову «орест»
Предложения со словом «орест»
- Орест хоть и основал государство, которое было больше отцовского, но его преследовали неудачи: то неурожай, то чума.
- ОРЕСТ. Вы указали нам на узкое место. Что значит коллективный разум избирателей! Идя с ними рука об руку, мы сойдёмся с противником в рукопашной.
- ОРЕСТ. Ничего там сложного нет. Я даже ударения расставил. И пояснение написал.
- (все предложения)
Значение слова «Орест»
Оре́ст (др.-греч. Ὀρέστης «горец») — в древнегреческой мифологии сын Агамемнона и Клитемнестры, убивший свою мать и её любовника из мести за убитого ими отца. Друг Пилада, брат Ифигении и Электры. (Википедия)
Отправить комментарий
Дополнительно
Значение слова «Орест»
Оре́ст (др.-греч. Ὀρέστης «горец») — в древнегреческой мифологии сын Агамемнона и Клитемнестры, убивший свою мать и её любовника из мести за убитого ими отца. Друг Пилада, брат Ифигении и Электры.
Все значения слова «Орест»Предложения со словом «орест»
Орест хоть и основал государство, которое было больше отцовского, но его преследовали неудачи: то неурожай, то чума.
ОРЕСТ. Вы указали нам на узкое место. Что значит коллективный разум избирателей! Идя с ними рука об руку, мы сойдёмся с противником в рукопашной.
ОРЕСТ. Ничего там сложного нет. Я даже ударения расставил. И пояснение написал.
- (все предложения)
Синонимы к слову «орест»
- древнегреческая мифология
- речной бог
- префект претория
- десятая муза
- воспылавший любовью
- (ещё синонимы...)