Но еще он не кончил стихов, как громогласный дворецкий провозгласил: «Кушанье готово!» Дверь отворилась, загремел из столовой польский: «Гром победы раздавайся, веселися храбрый Росс», и граф Илья Андреич, сердито посмотрев на автора, продолжавшего читать стихи, раскланялся перед Багратионом.
Лети ко прадедам, орёл, Пророком славной мести! Мы твёрды: вождь наш перешёл Путь гибели и чести; С ним опыт, сын труда и лет; Он бодр и с сединою; Ему знаком победы след… Доверенность к герою! Нет, други, нет! не предана Москва на расхищенье; Там стены!.. в россах вся она; Мы здесь — и Бог наш мщенье.
Представь последний день природы, Что пролилася звезд река, На огнь пошли стеною воды, Бугры взвилися в облака; Что вихри тучи к тучам гнали, Что мрак лишь молнии свещали, Что гром потряс всемирну ось, Что солнце, мглою покровенно, Ядро казалось раскалено: Се вид, как вшел в Измаил Росс.
«Впрочем, волжские калмыки, по-видимому, вскоре и сами раскаялись в своем опрометчивом предприятии. В 1791 году получены с китайской стороны разные известия, что калмыки намереваются возвратиться из китайских владений и по-прежнему отдаться в российское подданство. Вследствие оных известий уже предписано было сибирскому начальству дать им убежище в России и поселить их на первый случай в Колыванской губернии. [См. Полн. собр. росс. зак., т. XXIII, № 16937. (Прим. Пушкина.)]
Платонов. Будто бы? А не богатырь? Не Илья Муромец? (Хлопает его по плечу.) О храбрый, победоносный росс! Что мы теперь значим с тобой? Шляемся из угла в угол мелкими людишками, чужеядами, места своего не знаем… Нам бы с тобой пустыню с витязями, нам бы с тобой богатырей с стопудовыми головами, с шипом, с посвистом! Уколотил бы Соловья Разбойника? а?
Иначе он, конечно, не пропустил бы, например, весьма замечательного описания внешности «Деяния на Мартина армянина», рукописи, которая, по повелению Петра I, была выложена для удостоверения раскольников, а потом запечатана, положена в синодальную московскую библиотеку и не была показана даже и Карамзину («Ист. Гос. Росс.», т. II, прим. 415).].
При Елизавете Петровне возникла русская литература, науки и высшее образование, а внешняя политика отличалась национальным направлением. В проповедях, академических речах, рукописных листках справедливо говорилось: «Промысел спал, государственное управление дремало; уничтожались дела Петра I, коронами играли как мячами. Теперь восстаньте, сыны отечества, верные россы!»
Седобородые мудрецы из-под шпица довольно быстро осознали, что война идёт совсем не так, как планировалось, гром победы не раздаётся и храбрый росс не имеет поводов веселиться.
Ты сам, могучий князь россов, живёшь так же и поймёшь меня лучше, чем наши вельможи.
Седобородые мудрецы из-под шпица довольно быстро осознали, что война идёт совсем не так, как планировалось, гром победы не раздаётся и храбрый росс не имеет поводов веселиться.
Некоторые из подчинённых ранее империи полисов сами перешли под руку россов.