Сжатая рожь, бурьян, молочай, дикая конопля — все, побуревшее от зноя, рыжее и полумертвое, теперь омытое росою и обласканное солнцем, оживало, чтоб вновь зацвести. Над дорогой с веселым криком носились старички, в траве перекликались суслики, где-то далеко влево плакали чибисы. Стадо куропаток, испуганное бричкой, вспорхнуло и со своим мягким «тррр» полетело к холмам. Кузнечики, сверчки, скрипачи и медведки затянули в траве свою скрипучую монотонную музыку.
Как душно и уныло! Бричка бежит, а Егорушка видит все одно и то же — небо, равнину, холмы… Музыка в траве приутихла. Старички улетели, куропаток не видно. Над поблекшей травой, от нечего делать, носятся грачи; все они похожи друг на друга и делают степь еще более однообразной.
Но вот промелькнула и пшеница. Опять тянется выжженная равнина, загорелые холмы, знойное небо, опять носится над землею коршун. Вдали по-прежнему машет крыльями мельница, и все еще она похожа на маленького человечка, размахивающего руками. Надоело глядеть на нее, и кажется, что до нее никогда не доедешь, что она бежит от брички.
Песня, тихая, тягучая и заунывная, похожая на плач и едва уловимая слухом, слышалась то справа, то слева, то сверху, то из-под земли, точно над степью носился невидимый дух и пел.
А вот, встревоженный вихрем и не понимая, в чем дело, из травы вылетел коростель. Он летел за ветром, а не против, как все птицы; от этого его перья взъерошились, весь он раздулся до величины курицы и имел очень сердитый, внушительный вид. Одни только грачи, состарившиеся в степи и привыкшие к степным переполохам, покойно носились над травой или же равнодушно, ни на что не обращая внимания, долбили своими толстыми клювами черствую землю.
Вам не видать таких сражений!.. Носились знамена, как тени, В дыму огонь блестел, Звучал булат, картечь визжала, Рука бойцов колоть устала, И ядрам пролетать мешала Гора кровавых тел.
Прошла неделя после знакомства. Был праздничный день. В комнатах было душно, а на улицах вихрем носилась пыль, срывало шляпы. Весь день хотелось пить, и Гуров часто заходил в павильон и предлагал Анне Сергеевне то воды с сиропом, то мороженого. Некуда было деваться.
Ветер пронесся и разбудил море, вдруг заигравшее частой зыбью. Тучи сделались как бы тоньше и прозрачней, но все небо было обложено ими. Несмотря на то что ветер, хотя еще легкий, свободно носился над морем, тучи были неподвижны и точно думали какую-то серую, скучную думу.
Ну, бог тебя суди; Уж, точно, стал не тот в короткое ты время; Не в прошлом ли году, в конце, В полку тебя я знал? лишь утро: ногу в стремя И носишься на борзом жеребце; Осенний ветер дуй, хоть спереди, хоть с тыла.
И тотчас человечек с быстротою молнии начал носиться взад и вперёд, туда и сюда, и кого только он касался своею дубинкою, тот уж валился на землю и ворохнуться не смел.
Он быстро подружился с местными мальчишками и в тот же день носился вместе с ними, перекидываясь снежками, хотя ещё несколько дней назад знал о снеге только по книжкам и рассказам.
НОСИ́ТЬСЯ, ношу́сь, но́сишься; несов.1. То же, что нестись (в 1 знач.), с той разницей, что носиться обозначает действие повторяющееся или совершающееся в разных направлениях. (Малый академический словарь, МАС)
НОСИ́ТЬСЯ, ношу́сь, но́сишься; несов.1. То же, что нестись (в 1 знач.), с той разницей, что носиться обозначает действие повторяющееся или совершающееся в разных направлениях.
И тотчас человечек с быстротою молнии начал носиться взад и вперёд, туда и сюда, и кого только он касался своею дубинкою, тот уж валился на землю и ворохнуться не смел.
– Ребёнок носится сломя голову, а куда – не смотрит. – Он пожал плечами. – Чуть не сбил меня.
Он быстро подружился с местными мальчишками и в тот же день носился вместе с ними, перекидываясь снежками, хотя ещё несколько дней назад знал о снеге только по книжкам и рассказам.