Увидев, что глаза поручика становятся всё сердитее, Филенков умолк и нагнул голову, словно ожидая, что его сейчас трахнут по затылку. Поручик раскрыл рот, чтобы произнести «пошел вон!», но в это время в гостиную вошла блондинка с поднятыми бровями, в капоте ярко-желтого цвета. Узнав поручика, она взвизгнула и бросилась к нему.
Древко, белое и длинное, мелькнуло в воздухе, наклонилось, разрезало толпу, скрылось в ней, и через минуту над поднятыми кверху лицами людей взметнулось красной птицей широкое полотно знамени рабочего народа.
Когда она увидала неясную массу в углу, и приняла его поднятые под одеялом колени за его плечи, она представила себе какое-то ужасное тело и в ужасе остановилась.
И зонтик у него был в чехле, и часы в чехле из серой замши, и когда вынимал перочинный нож, чтобы очинить карандаш, то и нож у него был в чехольчике; и лицо, казалось, тоже было в чехле, так как он все время прятал его в поднятый воротник.
Однако, заметив мой сочувственный взгляд, оборотница зло оскалилась, метнув подолом юбки по камням, развернулась и с гордо поднятой головой пошла прочь от ворот.
Поэт, печально размышляя, Твердит прекрасному: прости! Он говорит, что жизнь земная — Слова на поднятой в пути — Откуда вырванной? — странице (Не знаем и швыряем прочь) Или пролет мгновенной птицы Чрез светлый зал из ночи в ночь.
Черты лица революции никто не видел, потому что никто не может ей забежать вперед. Те, кто мчится вместе с нею, — ничего не могут сказать о ней. А те, мимо кого она проносится, тоже не видят; пыль мусор и всякий поднятый хлам заслоняют от них свет. И революция, конечно, существо получеловеческое, полузвериное. Те, кто не мчится вместе с ней, видят один только огромный, оставляющий после себя нечистоты.
Все взоры устремились на кардинала, который без кровинки в лице, но с высоко поднятой головой гордо шёл по зале.
И пылкая девушка разразилась громким смехом, махая в воздухе высоко поднятой рукой, как будто ей хотелось отогнать от себя тучу назойливых оводов.
Однако, заметив мой сочувственный взгляд, оборотница зло оскалилась, метнув подолом юбки по камням, развернулась и с гордо поднятой головой пошла прочь от ворот.