Лежа на голых досках, человеку иногда приходит в голову мечтать о
роскошной постели, о кровати какого-нибудь неслыханно драгоценного дерева, о пуховике из гагачьего пуха, о подушках с брабантскими кружевами, о пологе из какой-то невообразимой лионской материи, — но неужели станет мечтать обо всем этом здоровый человек, когда у него есть не роскошная, но довольно мягкая и удобная постель?
Суслонский писарь отправился к Харитине «на той же ноге» и застал ее дома, почти в совершенно пустой квартире. Она лежала у себя в спальне, на своей
роскошной постели, и курила папиросу. Замараева больше всего смутила именно эта папироса, так что он не знал, с чего начать.
Кончается пьеса смертью короля. У его
роскошной постели собираются послы от войска, чтобы добиться назначения коронного гетмана… Загорелые, суровые, они пробиваются к королю и во имя отчизны требуют решения. Грудь умирающего вздымается, и, судорожно задыхаясь, он произносит:
В радостном волнении не могла она сомкнуть глаз, лежа в своей
роскошной постели, утопая в волнах тончайшего батиста. Лишь под утро заснула она тревожным сном. В двенадцать часов она уже была одета и стала ждать. До назначенного княгиней часа оставалось два часа. Время казалось ей вечностью. Она сидела в приемной, у одного из окон которой, ближайших к подъезду была система зеркал, позволявшая видеть подъезжавшие экипажи.
Долго в сладострастных думах не могла заснуть Настасья Федоровна и ворочалась на своей
роскошной постели, лишь под утро забываясь тревожным, лихорадочным сном.
Неточные совпадения
Ставни были открыты, несколько вновь нанятых лакеев расставляли в комнатах выколоченную на дворе мебель и
стлали роскошные ковры, несколько деревенских баб мыли окна, полы, чистили медные приборы у дверей.
Это была большая комната, обитая голубою шелковою материей, освещенная голубым фонарем, спускавшимся с потолка.
Роскошная, уже приготовленная кровать стояла по середине. Он никогда не был в ее спальне. Вид ее
постели остановил биение его сердца. Он несколько минут стоял, как окаменелый.
Стал ездить там, где мог пешком пройти, привык к мягкой
постели, к нежной, сладкой пище, к
роскошному убранству в доме, привык заставлять делать других, что сам можешь сделать, — и нет радости отдыха после труда, тепла после холода, нет крепкого сна и всё больше ослабляешь себя и не прибавляешь, а убавляешь радости и спокойствия и свободы.
Наконец он торопливо разделся, задул свечку, быстро юркнул в кровать, осторожно раздвинув полог, тщательно затянул отверстие, чтобы не проникли москиты, и сладко потянулся на широкой мягкой
постели с безукоризненно чистым бельем, ощущая давно не испытанное наслаждение спать на берегу в такой
роскошной кровати, не думая о вахте.