Неточные совпадения
Через полгода
мать перестала называть Верочку цыганкою и чучелою, а стала наряжать
лучше прежнего, а Матрена, — это была уже третья Матрена, после той: у той был всегда подбит левый глаз, а у этой разбита левая скула, но не всегда, — сказала Верочке, что собирается сватать ее начальник Павла Константиныча, и какой-то важный начальник, с орденом на шее.
— Все равно, что вздумается.
Мать дает деньги в залог, сними брошку. Или вот, еще
лучше: она дает уроки на фортепьяно. Скажем, что у тебя есть племянница.
Жюли стала объяснять выгоды: вы избавитесь от преследований
матери, вам грозит опасность быть проданной, он не зол, а только недалек, недалекий и незлой муж
лучше всякого другого для умной женщины с характером, вы будете госпожею в доме.
— Это по — твоему принято? быть может, по — твоему также принято: сыновьям
хороших фамилий жениться бог знает на ком, а
матерям соглашаться на это?
На диване сидели лица знакомые: отец,
мать ученика, подле
матери, на стуле, ученик, а несколько поодаль лицо незнакомое — высокая стройная девушка, довольно смуглая, с черными волосами — «густые,
хорошие волоса», с черными глазами — «глаза
хорошие, даже очень
хорошие», с южным типом лица — «как будто из Малороссии; пожалуй, скорее даже кавказский тип; ничего, очень красивое лицо, только очень холодное, это уж не по южному; здоровье
хорошее: нас, медиков, поубавилось бы, если бы такой был народ!
Я знаю, что, если один из вас принимает такое дружеское участие в человеке, то этот человек должен быть редкой находкой для
матери, желающей видеть свою дочь действительно
хорошим человеком.
— Позвольте же сказать еще только одно; это так неважно для вас, что, может быть, и не было бы надобности говорить. Но все-таки
лучше предупредить. Теперь она бежит от жениха, которого ей навязывает
мать.
Когда Марья Алексевна, услышав, что дочь отправляется по дороге к Невскому, сказала, что идет вместе с нею, Верочка вернулась в свою комнату и взяла письмо: ей показалось, что
лучше, честнее будет, если она сама в лицо скажет
матери — ведь драться на улице
мать не станет же? только надобно, когда будешь говорить, несколько подальше от нее остановиться, поскорее садиться на извозчика и ехать, чтоб она не успела схватить за рукав.
Чаще всего посаженною
матерью бывала Мерцалова или ее
мать, тоже очень
хорошая дама, а Вера Павловна никогда: она и одевала, и провожала невесту в церковь, но только как одна из подруг.
К Вере Павловне они питают беспредельное благоговение, она даже дает им целовать свою руку, не чувствуя себе унижения, и держит себя с ними, как будто пятнадцатью годами старше их, то есть держит себя так, когда не дурачится, но, по правде сказать, большею частью дурачится, бегает, шалит с ними, и они в восторге, и тут бывает довольно много галопированья и вальсированья, довольно много простой беготни, много игры на фортепьяно, много болтовни и хохотни, и чуть ли не больше всего пения; но беготня, хохотня и все нисколько не мешает этой молодежи совершенно, безусловно и безгранично благоговеть перед Верою Павловною, уважать ее так, как дай бог уважать старшую сестру, как не всегда уважается
мать, даже
хорошая.
— Ну, а я говорю, что она не будет ни хорошей женой, ни
хорошей матерью; мне это сердце мое сказало, да и я знаю, что Подозеров сам не станет по-твоему рассуждать. Я видела, как он смотрел на нее, когда был у тебя в последний раз пред дуэлью.
Неточные совпадения
— Настасья Петровна?
хорошее имя Настасья Петровна. У меня тетка родная, сестра моей
матери, Настасья Петровна.
Ему бы следовало пойти в бабку с матерней стороны, что было бы и
лучше, а он родился просто, как говорит пословица: ни в
мать, ни в отца, а в проезжего молодца».
Означено было также обстоятельно, кто отец, и кто
мать, и какого оба были поведения; у одного только какого-то Федотова было написано: «отец неизвестно кто, а родился от дворовой девки Капитолины, но
хорошего нрава и не вор».
Дуня увидела наконец, что трудно лгать и выдумывать, и пришла к окончательному заключению, что
лучше уж совершенно молчать об известных пунктах; но все более и более становилось ясно до очевидности, что бедная
мать подозревает что-то ужасное.
— Дунечка, ты тоже вспыльчива, перестань, завтра… Разве ты не видишь… — перепугалась
мать, бросаясь к Дуне. — Ах, уйдемте уж
лучше!