Сноп света из прожектора, направленный с реки, в тот же миг снова осветил берег Дуная с вырытыми на нем в одном месте траншеями, где чудесно укрытая от глаз неприятеля, хозяйничавшего y себя в крепости Землине
в версте расстояния через реку, на противоположном берегу Дуная, находилась сербская батарея.
Неточные совпадения
На противоположном берегу реки,
в какой-нибудь
версте расстояния всего лишь от Белграда, стоит могущественная, сильная крепость австрийцев Землин, с дулами орудий, зловеще выглядывающими из амбразур её и направленными на сербскую столицу, утонувшую
в зелени изумрудных виноградников и
в кущах тенистых каштанов и тутовых садов.
Они теперь всего
в сорока
верстах от него.
По-прежнему тяжелым, свинцовым пологом висело над землей небо. По-прежнему сеял, как сквозь сито, мелкий, нудный, неприятный дождик. Вдали, сквозь просвет деревьев, темнело своими мокрыми буграми и кочками поле. A еще дальше,
в каких-нибудь двух
верстах расстояний, белело занятое неприятелем селение. Там,
в этом селении, ждала Любавина с его командой либо победа, либо смерть
в лице невыясненного еще по количеству врага.
Пехотный полк, где служил Павел Павлович Любавин, совершал свои операции
в Галиции, где, преследуя разбитые корпуса австрийцев, бегущие
в беспорядке вглубь страны, шел чуть ли не
в самой главе русской галицийской армии. Впереди его полка, то и дело уклоняясь на много
верст вправо и влево, ехали разве одни только казачьи разъезды, всюду нащупывающие врага.
— Братцы, неприятель, как вам известно, находится всего
в какой-нибудь
версте расстояния от нас.
A за ними далеко — синяя же река. И над ними синело все
в осенних мягких тонах высокое небо… Они были еще там, далеко,
в нескольких
верстах от позиций, занятых передовым сербским отрядом, но по этой медленно придвигающейся огромной массе артиллерии, пехоты и конницы можно было угадать, какая страшная сила готовилась обрушиться на ничтожный по численности сербский передовой отряд.
И опять волшебный сноп света упал на дорогу и стал нащупывать лежащую впереди и сбоку неё беспросветную мглу. Там, подальше, посреди поля, лежал действительно высокий пригорок, обросший мелким, по земле стелющимся кустарником. Сбоку, поближе к лесу, темнело какое-то здание, не то сарай, не то пустой амбар, одиноко стоявший
в поле. Между пригорком-холмом, тянувшимся на протяжении доброй четверти
версты и сараем, к которому прилегала небольшая рощица, было расстояние всего
в сотни три шагов.
Теперь он снова стрелой несся по пути к деревне, находившейся
в нескольких
верстах отсюда и занятой штабом отряда. Ночь уже начинала понемногу таять, выводя первый рассвет раннего утра.
По мнению здешних ученых, этот провал не что иное, как угасший кратер; он находится на отлогости Машука,
в версте от города. К нему ведет узкая тропинка между кустарников и скал; взбираясь на гору, я подал руку княжне, и она ее не покидала в продолжение целой прогулки.
Неточные совпадения
Вперед, вперед, моя исторья! // Лицо нас новое зовет. //
В пяти
верстах от Красногорья, // Деревни Ленского, живет // И здравствует еще доныне //
В философической пустыне // Зарецкий, некогда буян, // Картежной шайки атаман, // Глава повес, трибун трактирный, // Теперь же добрый и простой // Отец семейства холостой, // Надежный друг, помещик мирный // И даже честный человек: // Так исправляется наш век!
Зато зимы порой холодной // Езда приятна и легка. // Как стих без мысли
в песне модной // Дорога зимняя гладка. // Автомедоны наши бойки, // Неутомимы наши тройки, // И
версты, теша праздный взор, //
В глазах мелькают как забор. // К несчастью, Ларина тащилась, // Боясь прогонов дорогих, // Не на почтовых, на своих, // И наша дева насладилась // Дорожной скукою вполне: // Семь суток ехали оне.
Кажись, неведомая сила подхватила тебя на крыло к себе, и сам летишь, и все летит: летят
версты, летят навстречу купцы на облучках своих кибиток, летит с обеих сторон лес с темными строями елей и сосен, с топорным стуком и вороньим криком, летит вся дорога невесть куда
в пропадающую даль, и что-то страшное заключено
в сем быстром мельканье, где не успевает означиться пропадающий предмет, — только небо над головою, да легкие тучи, да продирающийся месяц одни кажутся недвижны.
Верста с цифрой летит тебе
в очи; занимается утро; на побелевшем холодном небосклоне золотая бледная полоса; свежее и жестче становится ветер: покрепче
в теплую шинель!.. какой славный холод! какой чудный, вновь обнимающий тебя сон!