— Ага, уже пришли? Хвалю. Прекрасно. Аккуратность на службе — первый залог успеха. A это кто же с вами? Славный мальчуган. Родственник? Пришел проводить юного солдатика на войну? — бросив беглый
взгляд в сторону Милицы, спросил капитан Любавин.
Неточные совпадения
Ужин был уже кончен, когда обе девушки появились
в столовой. Шла вечерняя молитва. M-lle Кузьмичева метнула строгим взором из-под очков
в сторону вошедших, но, встретив спокойный и невинный
взгляд больших синих глаз Милицы, как-то успокоилась сразу.
Милица, пораженная страшным зрелищем, открывшимся на площади y костела, не поняла даже
в первую минуту грозившей им
в лице приближавшегося кавалерийского взвода опасности. То и дело глаза её направлялись
в сторону полуразрушенного селения, приковываясь
взглядом к страшной площадке.
И, произнеся эти слова, Грацановский снова взглянул на Милицу беглым
взглядом. Робкая надежда шевельнулась
в сердце последней. Она инстинктивно почувствовала, что молодой солдат на ее
стороне и слабая краска румянца окрасила ее щеки.
Княжна бросила чуть заметный враждебный
взгляд в сторону князя, подала руку Николаю Леопольдовичу и крепко, по-мужски, пожала его руку.
Последние два слова он произносит особенно громко и веско, точно подчеркивая их, и бросает многозначительный
взгляд в сторону вольноопределяющегося Маркусона.
Неточные совпадения
Человек остановился на пороге, посмотрел молча на Раскольникова и ступил шаг
в комнату. Он был точь-в-точь как и вчера, такая же фигура, так же одет, но
в лице и во
взгляде его произошло сильное изменение: он смотрел теперь как-то пригорюнившись и, постояв немного, глубоко вздохнул. Недоставало только, чтоб он приложил при этом ладонь к щеке, а голову скривил на
сторону, чтоб уж совершенно походить на бабу.
Петр Петрович искоса посмотрел на Раскольникова.
Взгляды их встретились. Горящий
взгляд Раскольникова готов был испепелить его. Между тем Катерина Ивановна, казалось, ничего больше и не слыхала: она обнимала и целовала Соню, как безумная. Дети тоже обхватили со всех
сторон Соню своими ручонками, а Полечка, — не совсем понимавшая, впрочем,
в чем дело, — казалось, вся так и утопла
в слезах, надрываясь от рыданий и спрятав свое распухшее от плача хорошенькое личико на плече Сони.
— Да-да-да! Не беспокойтесь! Время терпит, время терпит-с, — бормотал Порфирий Петрович, похаживая взад и вперед около стола, но как-то без всякой цели, как бы кидаясь то к окну, то к бюро, то опять к столу, то избегая подозрительного
взгляда Раскольникова, то вдруг сам останавливаясь на месте и глядя на него прямо
в упор. Чрезвычайно странною казалась при этом его маленькая, толстенькая и круглая фигурка, как будто мячик, катавшийся
в разные
стороны и тотчас отскакивавший от всех стен и углов.
В коридоре было темно; они стояли возле лампы. С минуту они смотрели друг на друга молча. Разумихин всю жизнь помнил эту минуту. Горевший и пристальный
взгляд Раскольникова как будто усиливался с каждым мгновением, проницал
в его душу,
в сознание. Вдруг Разумихин вздрогнул. Что-то странное как будто прошло между ними… Какая-то идея проскользнула, как будто намек; что-то ужасное, безобразное и вдруг понятое с обеих
сторон… Разумихин побледнел как мертвец.
Взгляд Ольги на жизнь, на любовь, на все сделался еще яснее, определеннее. Она увереннее прежнего глядит около себя, не смущается будущим;
в ней развернулись новые
стороны ума, новые черты характера. Он проявляется то поэтически разнообразно, глубоко, то правильно, ясно, постепенно и естественно…