Неточные совпадения
Здесь, в институте, не то… Пожилой, невысокий священник с кротким и болезненным лицом — кумир целого института за чисто отеческое отношение к
девочкам — служит особенно выразительно и торжественно. Сочные молодые голоса «
старших» звучат красиво и стройно под высокими сводами церкви.
После молитвы, сначала прочитанной, а затем пропетой
старшими, мы поднялись в классы, куда швейцар Петр принес целый поднос корзин, коробок и мешочков разных величин, оставленных внизу посетителями. Началось угощение, раздача сластей подругам, даже мена. Мы с Ниной удалились в угол за черную классную доску, чтобы поболтать на свободе. Но
девочки отыскали нас и завалили лакомствами. Общая любимица Нина, гордая и самолюбивая, долго отказывалась, но, не желая обидеть подруг, приняла их лепту.
Музыкальная дама взмахнула своей палочкой,
девочки взяли первые аккорды… Высокие Гости в сопровождении Maman, подоспевших опекунов, институтского начальства и
старших воспитанниц, окруживших Государя и Государыню беспорядочной гурьбой, вошли в зал и заняли места в креслах, стоявших посередине между портретами Императора Павла I и Царя-Освободителя.
Не долго думая,
девочка извлекла монету и, по примеру
старших, написала лавочнику, чтобы получить самые доступные институтским средствам лакомства.
После обедни нас повели завтракать…
Старшие, особенно шумно и нервно настроенные, не касались подаваемых им в «последний раз» казенных блюд. Обычную молитву перед завтраком они пропели дрожащими голосами. После завтрака весь институт, имея во главе начальство, опекунов, почетных попечителей, собрался в зале. Сюда же толпой хлынули родные, приехавшие за своими ненаглядными
девочками, отлученными от родного дома на целых семь лет, а иногда и больше.
В последнее время она стала все чаще и больше разговаривать с своею
старшей девочкой, десятилетнею Поленькой, которая хотя и многого еще не понимала, но зато очень хорошо поняла, что нужна матери, и потому всегда следила за ней своими большими умными глазками и всеми силами хитрила, чтобы представиться все понимающею.
Два детские голоса (Степан Аркадьич узнал голоса Гриши, меньшого мальчика, и Тани,
старшей девочки) послышались за дверьми. Они что-то везли и уронили.
Настя,
старшая девочка, восьми уже лет, умела читать, а младший пузырь, семилетний мальчик Костя, очень любил слушать, когда Настя ему читает.
Неточные совпадения
Старых барышень было две: меньшая, подобрее — Софья Ивановна, она-то и крестила
девочку, и
старшая, построже — Марья Ивановна.
— Да, да, это правда: был у соседа такой учитель, да еще подивитесь, батюшка, из семинарии! — сказал помещик, обратясь к священнику. — Смирно так шло все сначала: шептал, шептал, кто его знает что,
старшим детям — только однажды
девочка, сестра их, матери и проговорись: «Бога, говорит, нет, Никита Сергеич от кого-то слышал». Его к допросу: «Как Бога нет: как так?» Отец к архиерею ездил: перебрали тогда: всю семинарию…