Лезу и проваливаюсь, в своих тяжелых русских башмаках, в тяжелом буром,
вроде как войлочном, платье сразу падаю в воду (в воду, а не в море), а рыжий Володя меня вытаскивает и выливает воду из башмаков, а потом я рядом с башмаками сижу и в платье сохну — чтобы мать не узнала.
Неточные совпадения
Книжка — десть писчей бумаги, сложенной ввосьмеро, где нужно разрезанной и прошитой посредине только раз, отчего книжка топырится, распадается, распирается, разрывается —
вроде меня в моих пикеях и шевиотах —
как я ни пытаюсь ее сдвинуть, все свободное от писания время сидя на ней всем весом и напором, а на ночь кладя на нее мой любимый булыжник — с искрами.
— По-моему, это не революция, а простая уголовщина,
вроде как бы любовника жены убить. Нарядился офицером и в качестве самозванца — трах! Это уж не государство, а… деревня. Где же безопасное государство, ежели все стрелять начнут?
А лечат они этим секретным лекарством Григория Васильевича раза по три в год-с, когда у того поясница отнимается вся-с,
вроде как бы с ним паралич-с, раза по три в год-с.
Варя. Я так думаю, ничего у нас не выйдет. У него дела много, ему не до меня… и внимания не обращает. Бог с ним совсем, тяжело мне его видеть… Все говорят о нашей свадьбе, все поздравляют, а на самом деле ничего нет, всё как сон… (Другим тоном.) У тебя брошка
вроде как пчелка.
Неточные совпадения
Деревня показалась ему довольно велика; два леса, березовый и сосновый,
как два крыла, одно темнее, другое светлее, были у ней справа и слева; посреди виднелся деревянный дом с мезонином, красной крышей и темно-серыми или, лучше, дикими стенами, — дом
вроде тех,
как у нас строят для военных поселений и немецких колонистов.
Он рассердился, приготовился даже задать что-то
вроде потасовки приятелю нашему Селифану и ожидал только с нетерпением,
какую тот с своей стороны приведет причину в оправдание.
При этом было сказано как-то даже несколько обидно насчет тоненького мужчины: что он больше ничего,
как что-то
вроде зубочистки, а не человек.
Как вдруг в передней —
вроде некоторого бряканья сапогов с шпорами и жандарм в полном вооружении,
как <будто> в лице его было целое войско.
И понемногу начал он и подпрыгивать, и потирать себе руки, и подпевать, и приговаривать, и вытрубил на кулаке, приставивши его себе ко рту,
как бы на трубе, какой-то марш, и даже выговорил вслух несколько поощрительных слов и названий себе самому,
вроде мордашки и каплунчика.