по произведению ««Едва мы вышли из Трезенских врат...»» (Тютчев Ф. И., 1820) искать по всей классике
Область поиска
««Едва мы вышли из Трезенских врат...»» (Тютчев Ф. И., 1820) по всей классике
Бесстрашный Ипполит С изломанной, разбитой колесницы На землю пал, опутанный вожжами, — Прости слезам моим!… сей вид плачевный Бессмертных слез причиной будет мне!
Пока он сам, своею волею, шел на опасность и смерть, пока свою смерть, хотя бы и страшную по виду, он держал в собственных руках, ему было легко и весело даже: в чувстве безбрежной свободы, смелого и твердого утверждения своей дерзкой и бесстрашной воли бесследно утопал маленький, сморщенный, словно старушечий страшок.
Что из того, что лишь толщиною ножа отделены мы от другой стороны Нулевого Утеса. Нож — самое прочное, самое бессмертное, самое гениальное из всего, созданного человеком. Нож — был гильотиной, нож — универсальный способ разрешить все узлы, и по острию ножа идет путь парадоксов — единственно достойный бесстрашного ума путь…
Вот и выходит, что вроде как нельзя сказать, что я абсолютно бесстрашный человек, но поскольку волю я страху не даю и внутрь его не допускаю, то справляюсь с ним довольно легко, будто бы и нет его.
Но если уж человеческий дух решится понять и оценить то, чем пленяется невольно, дознаться причин собственного наслаждения, то непростительно ему остановиться на полдороге: бесстрашная добросовестность и отчетливость до конца — вот главные достоинства критики в обширном смысле, которая, несмотря на вопли ее противников, никому еще не сделала зла.
Ведь даже самые бесстрашные воины знают, что порой лучше переждать бурю, чем бросаться ей навстречу.
Вот и выходит, что вроде как нельзя сказать, что я абсолютно бесстрашный человек, но поскольку волю я страху не даю и внутрь его не допускаю, то справляюсь с ним довольно легко, будто бы и нет его.
– Венецианцы, синьор, становятся бесстрашными, когда есть возможность похвалить своих хозяев.