— Я вас послушаюсь, — повторила Джемма, а у самой брови все надвигались, щеки бледнели; она покусывала нижнюю губу. — Вы так много для меня сделали, что и я обязана сделать, что вы хотите; обязана исполнить ваше желание. Я
скажу маме… я подумаю. Вот она, кстати, идет сюда.
Неточные совпадения
— Вы уходите, — начала она, ласково заглядывая ему в лицо, — я вас не удерживаю, но вы должны непременно прийти к нам сегодня вечером, мы вам так обязаны — вы, может быть, спасли брата — мы хотим благодарить вас —
мама хочет. Вы должны
сказать нам, кто вы, вы должны порадоваться вместе с нами…
— Это ничего не значит, — промолвил Эмиль, ласкаясь к нему. — Пойдемте! Мы завернем на почту, а оттуда к нам. Джемма вам так рада будет! Вы у нас позавтракаете… Вы можете
сказать что-нибудь
маме обо мне, о моей карьере…
— Вам
мама сказала, что я не желаю быть женою господина Клюбера?
— Хорошо, —
сказала Джемма. — Если вы, как друг, советуете мне изменить мое решение… то есть не менять моего прежнего решения, — я подумаю. — Она, сама не замечая, что делает, начала перекладывать вишни обратно из тарелки в корзину… —
Мама надеется, что я вас послушаюсь… Что ж? Я, быть может, точно послушаюсь вас…
— Dimitri, monsieur Dimitri, —
сказала она, — мы еще не вошли туда, мы еще не видели
мамы… Если вы хотите еще подумать, если… вы еще свободны, Димитрий.
—
Мама, —
сказала Джемма, входя с Саниным в комнату, где сидела фрау Леноре, — я привела настоящего!
— Ты смотри же, не говори маме, — сказала Катя Соне, отправляясь с ней спать. — Володя привезет нам из Америки золота и слоновой кости, а если ты
скажешь маме, то его не пустят.
— Я к тому это спрашиваю, что, если бы кто-нибудь тебе нравился, я бы сейчас
сказала маме и ты тоже была бы невестой, как и я.
Неточные совпадения
—
Мама, можно мне заговорить с нею? —
сказала Кити, следившая за своим незнакомым другом и заметившая, что она подходит к ключу, и что они могут сойтись у него.
—
Мама! Я… я… не… —
сказал он, стараясь понять по ее выражению, что ожидает его за персик.
— Что
мама? — спросил он, водя рукой по гладкой, нежной шейке дочери. — Здравствуй, —
сказал он, улыбаясь здоровавшемуся мальчику.
— Пойдемте к
мама! —
сказала она, взяв его зa руку. Он долго не мог ничего
сказать, не столько потому, чтоб он боялся словом испортить высоту своего чувства, сколько потому, что каждый раз, как он хотел
сказать что-нибудь, вместо слов, он чувствовал, что у него вырвутся слезы счастья. Он взял ее руку и поцеловал.
— Ах,
мама! — с выражением страдания
сказала Кити.