Неточные совпадения
Гагин сообщил мне свои планы на будущее: владея порядочным состоянием и ни
от кого не завися,
он хотел посвятить себя живописи и только сожалел о том, что поздно хватился за ум и много времени потратил по-пустому; я также упомянул о моих предположениях, да, кстати, поверил
ему тайну моей несчастной любви.
Мы не застали Асю. Она, по словам хозяйки, отправилась на «развалину». Верстах в двух
от города Л. находились остатки феодального замка. Гагин раскрыл мне все свои картоны. В
его этюдах было много жизни и правды, что-то свободное и широкое; но ни один из
них не был окончен, и рисунок показался мне небрежен и неверен. Я откровенно высказал
ему мое мнение.
Дома я нашел записку
от Гагина.
Он удивлялся неожиданности моего решения, пенял мне, зачем я не взял
его с собою, и просил прийти к
ним, как только я вернусь. Я с неудовольствием прочел эту записку, но на другой же день отправился в Л.
Дядя представил
ему, что мальчику моих лет вредно жить в совершенном уединении, что с таким вечно унылым и молчаливым наставником, каков был мой отец, я непременно отстану
от моих сверстников, да и самый нрав мой легко может испортиться.
Я получал
от отца ежемесячно по короткому письму; об Асе
он упоминал редко, и то вскользь.
Представьте же мой ужас: вдруг я, ничего не подозревавший, получаю
от приказчика письмо, в котором
он извещает меня о смертельной болезни моего отца и умоляет приехать как можно скорее, если хочу проститься с
ним.
— Вот, — сказал мне с усилием отец, — завещаю тебе мою дочь — твою сестру. Ты все узнаешь
от Якова, — прибавил
он, указав на камердинера.
Отправляясь на следующий день к Гагиным, я не спрашивал себя, влюблен ли я в Асю, но я много размышлял о ней, ее судьба меня занимала, я радовался неожиданному нашему сближению. Я чувствовал, что только с вчерашнего дня я узнал ее; до тех пор она отворачивалась
от меня. И вот, когда она раскрылась, наконец, передо мною, каким пленительным светом озарился ее образ, как
он был нов для меня, какие тайные обаяния стыдливо в
нем сквозили…
— Вы ли господин Н.? — раздался вдруг за мною детский голос. Я оглянулся; передо мною стоял мальчик. — Это вам
от фрейлейн Annette, — прибавил
он, подавая мне записку.
— Вы, повторяю, благородный человек, — проговорил
он, — но что же теперь делать? Как? она сама хочет уехать, и пишет к вам, и упрекает себя в неосторожности… и когда это она успела написать? Чего ж она хочет
от вас?
—
От фрейлейн Annette, — сказал
он шепотом и подал мне другую записку.
Настало молчание. Я продолжал держать ее руку и глядел на нее. Она по-прежнему вся сжималась, дышала с трудом и тихонько покусывала нижнюю губу, чтобы не заплакать, чтобы удержать накипавшие слезы… Я глядел на нее: было что-то трогательно-беспомощное в ее робкой неподвижности: точно она
от усталости едва добралась до стула и так и упала на
него. Сердце во мне растаяло…
Я узнал
от хозяйки, что
они в шесть часов утра сели на пароход и поплыли вниз по Рейну.
В Кёльне я напал на след Гагиных; я узнал, что
они поехали в Лондон; я пустился вслед за
ними; но в Лондоне все мои розыски остались тщетными. Я долго не хотел смириться, долго упорствовал, но я должен был отказаться, наконец,
от надежды настигнуть
их.
Неточные совпадения
Бобчинский. Возле будки, где продаются пироги. Да, встретившись с Петром Ивановичем, и говорю
ему: «Слышали ли вы о новости-та, которую получил Антон Антонович из достоверного письма?» А Петр Иванович уж услыхали об этом
от ключницы вашей Авдотьи, которая, не знаю, за чем-то была послана к Филиппу Антоновичу Почечуеву.
Кутейкин. Из ученых, ваше высокородие! Семинарии здешния епархии. Ходил до риторики, да, Богу изволившу, назад воротился. Подавал в консисторию челобитье, в котором прописал: «Такой-то де семинарист, из церковничьих детей, убоялся бездны премудрости, просит
от нея об увольнении». На что и милостивая резолюция вскоре воспоследовала, с отметкою: «Такого-то де семинариста
от всякого учения уволить: писано бо есть, не мечите бисера пред свиниями, да не попрут
его ногами».
Милон. Душа благородная!.. Нет… не могу скрывать более моего сердечного чувства… Нет. Добродетель твоя извлекает силою своею все таинство души моей. Если мое сердце добродетельно, если стоит
оно быть счастливо,
от тебя зависит сделать
его счастье. Я полагаю
его в том, чтоб иметь женою любезную племянницу вашу. Взаимная наша склонность…
Стародум. Вы оба друг друга достойны. (В восхищении соединяя
их руки.)
От всей души моей даю вам мое согласие.
Г-жа Простакова. Пронозила!.. Нет, братец, ты должен образ выменить господина офицера; а кабы не
он, то б ты
от меня не заслонился. За сына вступлюсь. Не спущу отцу родному. (Стародуму.) Это, сударь, ничего и не смешно. Не прогневайся. У меня материно сердце. Слыхано ли, чтоб сука щенят своих выдавала? Изволил пожаловать неведомо к кому, неведомо кто.