Отчего так тяжело бывает несогласие с другим человеком и еще тяжелее нелюбовь к другому человеку? Оттого, что мы все чувствуем, что то, что в нас делает нас людьми, одно во всех. Так что, не любя других, мы расходимся с тем, что одно во всех, расходимся сами с собою.
Неточные совпадения
Верить — значит доверять тому, что нам открывается, не спрашивая о том,
отчего это
так и что из этого выйдет. Такова истинная вера. Она показывает нам, кто мы
такие и что мы поэтому должны делать, но ничего не говорит нам о том, что выйдет из того, что мы будем делать то, что велит нам наша вера.
Отчего нам бывает хорошо на душе после всякого дела любви? А оттого, что всякое
такое дело утверждает нас в том, что наше истинное «я» не в одной нашей личности, а во всем живом.
Если человек и не знает, что он дышит воздухом, он знает, что когда он задыхается, у него чего-то нет
такого, без чего он жить не может. То же бывает и с человеком, когда он потеряет бога, хотя он и не знает,
отчего страдает.
«Все
так,
отчего же мне не делать того же, что и люди».
Отчего у разных людей есть разные привычки, а привычки курения и пьянства одни и те же у всех, и у богатых и у бедных? А оттого, что большинство людей недовольно своею жизнью. А недовольны люди своею жизнью оттого, что все ищут удовольствий тела. А тело никогда не довольно, и от этого недовольства люди, как бедные,
так и богатые, стараются забыться в курении или пьянстве.
Основа общественного устройства язычников было возмездие и насилие.
Так это и должно было быть. Основа нашего христианского общества, казалось бы, неизбежно должна быть любовь и отрицание насилия. А между тем насилие всё еще царствует.
Отчего это? Оттого, что то, что проповедуется под именем учения Христа, не есть это учение.
Часто приходится видеть, что человек добрый, умный, правдивый, хотя и знает, что война, мясоедение, владение землей, суд и другие
такие же дела — дурны, спокойно продолжает их делать.
Отчего это? А оттого, что
такой человек дорожит мнением людей больше, чем судом своей совести.
Для того, чтобы из дурной жизни сделалась хорошая, надо прежде всего постараться понять,
отчего жизнь стала дурная и что надо сделать, чтобы она стала хорошей.
Так что для того, чтобы жизнь стала лучше, надо прежде думать, а потом уже делать.
Смерть
так легко избавляет от всех затруднений и бедствий, что неверующие в бессмертие люди должны бы желать ее. Люди же, верующие в бессмертие, ожидающие новой жизни, еще больше должны бы были желать ее.
Отчего же большинство людей не желает ее? А оттого, что большинство людей живет телесной, а не духовной жизнью.
— Ах, нет — я упиваюсь тобой. Ты сердишься, запрещаешь заикаться о красоте, но хочешь знать, как я разумею и
отчего так высоко ставлю ее? Красота — и цель, и двигатель искусства, а я художник: дай же высказать раз навсегда…
— Что
отчего так? Что помирают от солнечного удара? А так, сидя без движения, без света всю зиму, и вдруг на солнце, да в такой день, как нынче, да идут толпою, притока воздуха нет. Вот и удар.
Неточные совпадения
Хлестаков. Поросенок ты скверный… Как же они едят, а я не ем?
Отчего же я, черт возьми, не могу
так же? Разве они не
такие же проезжающие, как и я?
Хлестаков.
Отчего вы
так испугались, сударыня?
Городничий. Не гневись! Вот ты теперь валяешься у ног моих.
Отчего? — оттого, что мое взяло; а будь хоть немножко на твоей стороне,
так ты бы меня, каналья! втоптал в самую грязь, еще бы и бревном сверху навалил.
Уже Лука Лукич говорит: «
Отчего ты, Настенька, рыдаешь?» — «Луканчик, говорю, я и сама не знаю, слезы
так вот рекой и льются».
Скотинин. Это подлинно диковинка! Ну пусть, братец, Митрофан любит свиней для того, что он мой племянник. Тут есть какое-нибудь сходство; да
отчего же я к свиньям-то
так сильно пристрастился?