Неточные совпадения
В индийском законе сказано так: как верно то, что зимою бывает холодно, а летом тепло, так же верно и то, что
злому человеку бывает дурно, а доброму хорошо. Пусть никто не входит в ссору, хотя бы он и был обижен и страдал, пусть не оскорбляет никого ни делом, ни
словом, ни мыслью. Всё это лишает человека истинного блага.
Слова эти великие. Для того, чтобы человеку не пришлось ненавидеть людей и делать им
зло только потому, что они живут в отмежеванной от нашей части земли и признают над собой власть тех, а не других людей, всякому человеку надо помнить, что границы земельные и разные власти — это дела людские, а что перед богом мы все жители одной и той же земли и все под высшей властью не людской, а закона божьего.
Наказывать — по-русски значит поучать. Поучать можно только добрым
словом и добрым примером. Платить же
злом за
зло — это не поучает, а развращает.
Всё христианское учение без запрещения отплаты
злом за
зло — пустые
слова.
Слово — выражение мысли, мысль — проявление божеской силы, и потому
слово должно соответствовать тому, что оно выражает. Оно может быть безразлично, но не может и не должно быть выражением
зла.
Мы знаем, что с заряженными ружьями надо обращаться осторожно, а не хотим знать того, что так же осторожно надо обращаться и со
словом.
Слово может не только убить, но и сделать
зло хуже смерти.
Мы возмущаемся на телесные преступления: объелся, подрался, прелюбодействовал, убил, — а легко смотрим на преступления
слова: осудил, оскорбил, передал, напечатал, написал вредные, развращающие
слова, а между тем последствия преступлений
слова гораздо более тяжелы и значительны, чем преступления тела. Разница только в том, что
зло телесных преступлений тотчас же заметно.
Зло же преступления
слова мы не замечаем, потому что оно сказывается далеко от нас и по месту и по времени.
Такое великое
зло может сделать одно глупое
слово.
Тут, в театре, видно
зло, которое сделало одно глупое
слово, но часто бывает, что вред глупого
слова хотя и не сразу виден, как в театре, а делает понемногу и незаметно еще больше
зла.
Слова эти значат то, что как бы тяжело ни было человеку, какие бы горести и беды ни напали на него, ему стоит только понять и принять в сердце истинное учение о том, что жизнь и ее благо в соединении души с тем, от чего она отделена телом: с душами других людей и с богом, и сразу исчезнет всё кажущееся
зло.
Так, молча, он и ушел к себе, а там, чувствуя горькую сухость во рту и бессвязный шум
злых слов в голове, встал у окна, глядя, как ветер обрывает листья с деревьев.
Мне не нравилось, что она зажимает рот, я убежал от нее, залез на крышу дома и долго сидел там за трубой. Да, мне очень хотелось озорничать, говорить всем
злые слова, и было трудно побороть это желание, а пришлось побороть: однажды я намазал стулья будущего вотчима и новой бабушки вишневым клеем, оба они прилипли; это было очень смешно, но когда дед отколотил меня, на чердак ко мне пришла мать, привлекла меня к себе, крепко сжала коленями и сказала:
И, видимо чувствуя что-то большое, чего не мог выразить обычными словами, человек ругался крепкой руганью. Но и злоба темная, слепая злоба раба, шипела змеей, извиваясь в
злых словах, встревоженная светом, упавшим на нее.
Он напомнил Кожемякину воинственным видом своим солдата Пушкарева, напомнил все
злые слова, которыми осыпали его за глаза горожане, и пренебрежительное отношение к нему, общее всем им.
Неточные совпадения
Он мог бы чувства обнаружить, // А не щетиниться, как зверь; // Он должен был обезоружить // Младое сердце. «Но теперь // Уж поздно; время улетело… // К тому ж — он мыслит — в это дело // Вмешался старый дуэлист; // Он
зол, он сплетник, он речист… // Конечно, быть должно презренье // Ценой его забавных
слов, // Но шепот, хохотня глупцов…» // И вот общественное мненье! // Пружина чести, наш кумир! // И вот на чем вертится мир!
Вы уже видите гнездо
злого духа между неприступными утесами, — не тут-то было: название Чертовой долины происходит от
слова «черта», а не «черт», ибо здесь когда-то была граница Грузии.
— Я все слышал и все видел, — сказал он, особенно упирая на последнее
слово. — Это благородно, то есть я хотел сказать, гуманно! Вы желали избегнуть благодарности, я видел! И хотя, признаюсь вам, я не могу сочувствовать, по принципу, частной благотворительности, потому что она не только не искореняет
зла радикально, но даже питает его еще более, тем не менее не могу не признаться, что смотрел на ваш поступок с удовольствием, — да, да, мне это нравится.
— Одним
словом, я выхожу за Петра Петровича, — продолжала Дунечка, — потому что из двух
зол выбираю меньшее. Я намерена честно исполнить все, чего он от меня ожидает, я, стало быть, его не обманываю… Зачем ты так сейчас улыбнулся?
— Э, вздор! Не верьте! А впрочем, ведь вы и без того не верите! — слишком уж со
зла сорвалось у Раскольникова. Но Порфирий Петрович как будто не расслышал этих странных
слов.