Неточные совпадения
Хорошо при встрече с каждым человеком, хотя бы он казался самым неприятным и противным тебе, вспомнить, что ты имеешь через этого человека возможность общения с тем духовным началом, которое живет в нем, в тебе и
во всем мире, и потому не тяготиться этим общением, а быть благодарным за то, что имеешь это
благо.
Так что бог есть та сущность жизни, которую человек сознает в себе и познает
во всем мире как желание
блага и осуществление его.
Тело хочет
блага только себе, хотя бы
во вред душе; душа же хочет
блага себе, хотя бы
во вред телу. Борьба эта кончается только тогда, когда человек поймет, что жизнь его не в теле, а в душе, и что тело — это только то, над чем должна работать его душа.
Одни люди полагают жизнь в чревоугодии, другие — в половой похоти, третьи —
во власти, четвертые — в славе людской, и на всё это тратят свои силы, а нужно всегда и всем людям только одно: растить душу. Только одно это дает людям то истинное
благо, такое
благо, какого никто отнять не может.
И начинается, во-первых, праздная, а во-вторых, вредная, гордая (мы исправляем других людей) и злая (можно убивать людей, мешающих общему
благу), развращающая деятельность.
Главный вред суеверия устроительства жизни других людей насилием в том, что как только человек допустил возможность совершить насилие над одним человеком
во имя
блага многих, так нет пределов того зла, которое может быть совершено
во имя такого предположения. На таком же предположении основывались в прежние времена пытки, инквизиции, рабство, в в наше время суды, тюрьмы, казни, войны, от которых гибнут миллионы.
Пусть человек не думает небрежно о добре, говоря в сердце своем: «нет
во мне сил воспринять добро». Как капля за каплей вода наполняет сосуд, так и мало-помалу, творя доброе, весь наполняется добром человек, стремящийся к
благу.
Чтобы обладать высшим
благом, нужно, чтобы было благоустройство
во всем народе.
Если человек думает только о себе и ищет
во всем своей выгоды, то он не может быть счастлив. Хочешь жить для истинного своего
блага, жить для себя, живи для других.
Не бойся унижения: если ты сумеешь принять его с смирением, оно
во много раз окупится теми духовными
благами, которые соединены с ним.
Только скажи себе, что
во всем, что случается, воля бога, и верь, что воля бога всегда добро, и ты ничего не будешь бояться, и жизнь для тебя всегда будет
благом.
Жизнь человека и
благо его
во все большем соединении души, отделенной телом от других душ и от бога, с тем, от чего она отделена. Соединение это делается тем, что душа, проявляясь любовью, всё больше и больше освобождается от тела. И потому, если человек понимает то, что в этом освобождении души от тела и жизнь и ее
благо, то жизнь его, несмотря ни на какие бедствия, страдания и болезни, не может быть не чем иным, как только ненарушимым
благом.
«Иго мое
благо». Люди надевают на себя ярмо, не по ним сделанное, и впрягаются в воз не по их силам. Ярмо не по себе и воз не по силам, — это жизнь для
блага своего тела или для телесного
блага других людей.
Благо только
во всё большем и большем сознании в себе бога. Только это ярмо сделано как раз по силам людей, и ему-то учит Иисус. Попробуйте и узнаете, как ладно и легко. Кто захочет узнать, правду ли я говорю, пусть попытается делать то, что я говорю, — сказал Иисус.
Ничего, кроме смерти впереди, и ничего, кроме исполнения должного сейчас! Как это кажется безрадостно и страшно! А между тем положи свою жизнь только в этом:
во всё большем и большем сейчас соединении любовью с людьми и богом, и то, что казалось страшным, сделается лучшим, ненарушимым
благом.
Одни люди ищут
блага во власти, другие — в любознательности, в науках, третьи — в наслаждениях.
Исполнение закона бога — закона любви, дающего высшее
благо, возможно
во всяком положении.
Воля бога совершится
во всяком случае, буду ли я или не буду исполнять ее; но от меня зависит быть противником этой воли и лишить себя
блага участия в ней, или быть проводником ее, втянуть ее в себя, насколько она может вместиться
во мне в виде любви, и жить ею и испытывать ненарушимое
благо.
— Хоть все лазы облазил, а не нашел. Пришлет ли, нет ли леску, Бог его знает, а красненькую пожаловал. Нам и то годится… А ведь Авдотья-то Марковна богачка страшная, к тому и добра и милостива, как заметила я. Поди, не десять рублей даст Петровичу. Соверши, Господи,
во благо ее возвращение в дом родительский! Такой богачки ни разу еще не приводилось Петровичу выручать из этого дома.
Неточные совпадения
А мы, их жалкие потомки, скитающиеся по земле без убеждений и гордости, без наслаждения и страха, кроме той невольной боязни, сжимающей сердце при мысли о неизбежном конце, мы не способны более к великим жертвам ни для
блага человечества, ни даже для собственного счастия, потому, что знаем его невозможность и равнодушно переходим от сомнения к сомнению, как наши предки бросались от одного заблуждения к другому, не имея, как они, ни надежды, ни даже того неопределенного, хотя и истинного наслаждения, которое встречает душа
во всякой борьбе с людьми или с судьбою…
Погодя немного минут, баба в коровник пошла и видит в щель: он рядом в сарае к балке кушак привязал, петлю сделал; стал на обрубок и хочет себе петлю на шею надеть; баба вскрикнула
благим матом, сбежались: «Так вот ты каков!» — «А ведите меня, говорит, в такую-то часть,
во всем повинюсь».
«Видно, не дано этого
блага во всей его полноте, — думал он, — или те сердца, которые озарены светом такой любви, застенчивы: они робеют и прячутся, не стараясь оспаривать умников; может быть, жалеют их, прощают им
во имя своего счастья, что те топчут в грязь цветок, за неимением почвы, где бы он мог глубоко пустить корни и вырасти в такое дерево, которое бы осенило всю жизнь».
Служители божества предвечного, подвизаемые ко
благу общества и ко блаженству человека, единомыслием с нами изъясняли вам в поучениях своих
во имя всещедрого бога, ими проповедуемого, колико мудрости его и любви противно властвовати над ближним своим самопроизвольно.
— И так умеренность
во страсти есть
благо; шествие
во стезе средою есть надежно.