Неточные совпадения
Исповедание христианства в его
истинном значении, включающем непротивление злу насилием, освобождает людей от всякой внешней власти. Но оно не только освобождает их от внешней власти, оно вместе с тем дает им возможность достижения того улучшения жизни, которого они тщетно ищут через изменение внешних
форм жизни.
Но горе было в том, что к тому времени, когда христианское учение в его
истинном значении стало выясняться людям, большая часть христианского мира уже привыкла считать истиной те внешние религиозные
формы, которые не только скрывают от людей
истинный смысл христианского учения, но и утверждают прямо противоположные христианскому учению государственные установления.
Так что для восприятия христианского учения в его
истинном значении людям христианского мира, более или менее понявшим истину христианства, нужно освободиться не только от веры в ложные
формы извращенного христианского учения, но еще и от веры в необходимость, неизбежность того государственного устройства, которое установилось на этой ложной церковной вере.
Так что хотя освобождение от ложных религиозных
форм, всё убыстряясь и убыстряясь, совершается, люди нашего времени, откинув веру в догматы, таинства, чудеса, святость библии и другие установления церкви, не могут все-таки освободиться от тех ложных государственных учений, которые основались на извращенном христианстве и скрывают
истинное.
«Все формы, выше рассмотренные: чувство, представление, могут, конечно, иметь содержанием истину, но сами они не составляют
истинной формы, которая необходима для истинного содержания.
Неточные совпадения
«Все в человеке, для чего почвой является мысль, может быть облечено в
форму чувства: право, свобода, нравственность и т. д…. но это не есть заслуга чувства, что содержание его является
истинным…
Итак,
истинная вселенскость, кафоличность, не считается ни с какими внешними
формами и установлениями, которые создаются людьми и для людей и в себе не имеют ничего непререкаемого или неизменного.
Основная мысль Гегеля о различии между религией и философией состоит, как мы уже знаем, в том, что «религия есть
истинное содержание, но только в
форме представления» (94) [Ср. там же.
При ответе на этот вопрос в тех многочисленных определениях религии, которые делаются в религиозно-философской литературе, в большинстве случаев делается попытка установить те или иные черты (или задачи)
истинной религиозности, иначе говоря, высказывается нормативное суждение о том, чем должна или может быть религия в наиболее совершенной
форме.
«Относительно этой
формы бесконечности прогресса верно прежде всего то, что мы раньше заметили относительно качественно бесконечного прогресса, а именно, что он не есть выражение
истинной бесконечности, а есть та дурная бесконечность, которая не выходит за пределы долженствования и, таким образом, на деле остается в конечном» (там же.