Неточные совпадения
Бывало, покуда поправляет Карл Иваныч лист с диктовкой, выглянешь в ту сторону, видишь черную головку матушки, чью-нибудь спину и смутно слышишь оттуда говор и смех;
так сделается досадно, что нельзя там быть, и думаешь: «Когда же я буду большой, перестану учиться и всегда буду сидеть не за диалогами, а с теми, кого я люблю?» Досада перейдет в грусть, и, бог знает
отчего и о чем,
так задумаешься, что и не слышишь, как Карл Иваныч сердится за ошибки.
— Вот если бы здесь была Наталья Савишна: у нее, верно бы, нашлись и перчатки. Вниз идти нельзя в
таком виде, потому что если меня спросят,
отчего я не танцую, что мне сказать? и здесь оставаться тоже нельзя, потому, что меня непременно хватятся. Что мне делать? — говорил я, размахивая руками.
— Ах, Володя! ты не можешь себе представить, что со мной делается… вот я сейчас лежал, увернувшись под одеялом, и
так ясно,
так ясно видел ее, разговаривал с ней, что это просто удивительно. И еще знаешь ли что? когда я лежу и думаю о ней, бог знает
отчего делается грустно и ужасно хочется плакать.
Я вздрогнул от ужаса, когда убедился, что это была она; но
отчего закрытые глаза
так впали?
отчего эта страшная бледность и на одной щеке черноватое пятно под прозрачной кожей?
отчего выражение всего лица
так строго и холодно?
отчего губы
так бледны и склад их
так прекрасен,
так величествен и выражает
такое неземное спокойствие, что холодная дрожь пробегает по моей спине и волосам, когда я вглядываюсь в него?..
— Ах, нет — я упиваюсь тобой. Ты сердишься, запрещаешь заикаться о красоте, но хочешь знать, как я разумею и
отчего так высоко ставлю ее? Красота — и цель, и двигатель искусства, а я художник: дай же высказать раз навсегда…
— Что
отчего так? Что помирают от солнечного удара? А так, сидя без движения, без света всю зиму, и вдруг на солнце, да в такой день, как нынче, да идут толпою, притока воздуха нет. Вот и удар.
Неточные совпадения
Хлестаков. Поросенок ты скверный… Как же они едят, а я не ем?
Отчего же я, черт возьми, не могу
так же? Разве они не
такие же проезжающие, как и я?
Хлестаков.
Отчего вы
так испугались, сударыня?
Городничий. Не гневись! Вот ты теперь валяешься у ног моих.
Отчего? — оттого, что мое взяло; а будь хоть немножко на твоей стороне,
так ты бы меня, каналья! втоптал в самую грязь, еще бы и бревном сверху навалил.
Уже Лука Лукич говорит: «
Отчего ты, Настенька, рыдаешь?» — «Луканчик, говорю, я и сама не знаю, слезы
так вот рекой и льются».
Скотинин. Это подлинно диковинка! Ну пусть, братец, Митрофан любит свиней для того, что он мой племянник. Тут есть какое-нибудь сходство; да
отчего же я к свиньям-то
так сильно пристрастился?