Турка подъехал к острову, остановился, внимательно выслушал от папа подробное наставление, как равняться и куда выходить (впрочем, он никогда не соображался с этим наставлением, а делал по-своему), разомкнул собак, не спеша второчил смычки, сел
на лошадь и, посвистывая, скрылся за молодыми березками. Разомкнутые гончие прежде всего маханиями хвостов выразили свое удовольствие, встряхнулись, оправились и потом уже маленькой рысцой, принюхиваясь и махая хвостами, побежали в разные стороны.
Неточные совпадения
Несмотря
на увещания папа и Володи, который с удивительным молодечеством говорил, что это ничего и что он очень любит, когда
лошадь несет, бедняжка maman продолжала твердить, что она все гулянье будет мучиться.
Начались разговоры о том, что Володя поедет
на охотничьей
лошади, о том, как стыдно, что Любочка тише бегает, чем Катенька, о том, что интересно было бы посмотреть вериги Гриши, и т. д.; о том же, что мы расстаемся, ни слова не было сказано.
За линейкой ехали охотники с собаками, за охотниками — кучер Игнат
на назначенной Володе
лошади и вел в поводу моего старинного клепера.
Нимало не медля, мы принялись за это дело, торопясь скорее кончить его и бежать
на крыльцо, наслаждаться видом собак,
лошадей и разговором с охотниками.
Когда линейка тронулась, maman, указывая
на «охотничью
лошадь», спросила дрожащим голосом у кучера...
Володя сел
на «охотничью
лошадь», несмотря
на твердость своего характера, не без некоторого содрогания, и, оглаживая ее, несколько раз спросил...
Вот послышались шаги папа
на лестнице; выжлятник подогнал отрыскавших гончих; охотники с борзыми подозвали своих и стали садиться. Стремянный подвел
лошадь к крыльцу; собаки своры папа, которые прежде лежали в разных живописных позах около нее, бросились к нему. Вслед за ним, в бисерном ошейнике, побрякивая железкой, весело выбежала Милка. Она, выходя, всегда здоровалась с псарными собаками: с одними поиграет, с другими понюхается и порычит, а у некоторых поищет блох.
Доезжачий, прозывавшийся Турка,
на голубой горбоносой
лошади, в мохнатой шапке, с огромным рогом за плечами и ножом
на поясе, ехал впереди всех.
Подъехав к Калиновому лесу, мы нашли линейку уже там и, сверх всякого ожидания, еще телегу в одну
лошадь,
на середине которой сидел буфетчик. Из-под сена виднелись: самовар, кадка с мороженой формой и еще кой-какие привлекательные узелки и коробочки. Нельзя было ошибиться: это был чай
на чистом воздухе, мороженое и фрукты. При виде телеги мы изъявили шумную радость, потому что пить чай в лесу
на траве и вообще
на таком месте,
на котором никто и никогда не пивал чаю, считалось большим наслаждением.
Володя заметно важничал: должно быть, он гордился тем, что приехал
на охотничьей
лошади, и притворялся, что очень устал. Может быть, и то, что у него уже было слишком много здравого смысла и слишком мало силы воображения, чтобы вполне наслаждаться игрою в Робинзона. Игра эта состояла в представлении сцен из «Robinson Suisse», [«Швейцарского Робинзона» (фр.).] которого мы читали незадолго пред этим.
Коли так рассуждать, то и
на стульях ездить нельзя; а Володя, я думаю, сам помнит, как в долгие зимние вечера мы накрывали кресло платками, делали из него коляску, один садился кучером, другой лакеем, девочки в середину, три стула были тройка
лошадей, — и мы отправлялись в дорогу.
Очень живо изобразив синего мальчика верхом
на синей
лошади и синих собак, я не знал наверное, можно ли нарисовать синего зайца, и побежал к папа в кабинет посоветоваться об этом.
Всегда она бывала чем-нибудь занята: или вязала чулок, или рылась в сундуках, которыми была наполнена ее комната, или записывала белье и, слушая всякий вздор, который я говорил, «как, когда я буду генералом, я женюсь
на чудесной красавице, куплю себе рыжую
лошадь, построю стеклянный дом и выпишу родных Карла Иваныча из Саксонии» и т. д., она приговаривала: «Да, мой батюшка, да».
Я стал смотреть кругом:
на волнующиеся поля спелой ржи,
на темный пар,
на котором кое-где виднелись соха, мужик,
лошадь с жеребенком,
на верстовые столбы, заглянул даже
на козлы, чтобы узнать, какой ямщик с нами едет; и еще лицо мое не просохло от слез, как мысли мои были далеко от матери, с которой я расстался, может быть, навсегда.
Я выделывал ногами самые забавные штуки: то, подражая
лошади, бежал маленькой рысцой, гордо поднимая ноги, то топотал ими
на месте, как баран, который сердится
на собаку, при этом хохотал от души и нисколько не заботился о том, какое впечатление произвожу
на зрителей, Сонечка тоже не переставала смеяться: она смеялась тому, что мы кружились, взявшись рука за руку, хохотала, глядя
на какого-то старого барина, который, медленно поднимая ноги, перешагнул через платок, показывая вид, что ему было очень трудно это сделать, и помирала со смеху, когда я вспрыгивал чуть не до потолка, чтобы показать свою ловкость.
Неточные совпадения
Он поскорей звонит. Вбегает // К нему слуга француз Гильо, // Халат и туфли предлагает // И подает ему белье. // Спешит Онегин одеваться, // Слуге велит приготовляться // С ним вместе ехать и с собой // Взять также ящик боевой. // Готовы санки беговые. // Он сел,
на мельницу летит. // Примчались. Он слуге велит // Лепажа стволы роковые // Нести за ним, а
лошадям // Отъехать в поле к двум дубкам.
Прямым Онегин Чильд Гарольдом // Вдался в задумчивую лень: // Со сна садится в ванну со льдом, // И после, дома целый день, // Один, в расчеты погруженный, // Тупым кием вооруженный, // Он
на бильярде в два шара // Играет с самого утра. // Настанет вечер деревенский: // Бильярд оставлен, кий забыт, // Перед камином стол накрыт, // Евгений ждет: вот едет Ленский //
На тройке чалых
лошадей; // Давай обедать поскорей!
Как взглянул он
на его спину, широкую, как у вятских приземистых
лошадей, и
на ноги его, походившие
на чугунные тумбы, которые ставят
на тротуарах, не мог не воскликнуть внутренно: «Эк наградил-то тебя Бог! вот уж точно, как говорят, неладно скроен, да крепко сшит!..
Лошади то и дело падали
на передние коленки, потому что не были подкованы, и притом, как видно, покойная городская мостовая была им мало знакома.
Чичиков между тем так помышлял: «Право, было <бы> хорошо! Можно даже и так, что все издержки будут
на его счет. Можно даже сделать и так, чтобы отправиться
на его
лошадях, а мои покормятся у него в деревне. Для сбереженья можно и коляску оставить у него в деревне, а в дорогу взять его коляску».